Александр Каллистов

С думой о будущем

В 2006 году редакция газеты «Мысль» на своих страницах открыла дискуссию, название которой не сформулировано, но может быть оценено как стремление определить насколько практические дела руководства СССР в тот или иной период его развитии соответствовали прогнозам классиков научного коммунизма, и что явилось причиной временного поражения социализма в ССCР и странах Восточной Европы и, соответственно, какие практические уроки мы должны извлечь для себя в будущем.

Сама по себе идея является весьма позитивной. Поэтому, ознакомившись с двумя статьями в рамках этой дискуссии, опубликованными в № 9/275 от августа 2006 года, я решил высказаться по некоторым вопросам этой темы.

Но, прежде чем это сделать, я должен напомнить читателям некоторые положения.

Кто такой коммунист? В дискуссии, развернувшейся на страницах издания «Слово к рабочему», работник ВГУП Гознак Чижиков A.B. и инже-нер Столярова Л.И. пишут:

«Пришло понимание того, что у власти те же коммунисты, выходцы из КПСС и члены действующей KПРФ. Это они делят между собой национальную, общенародную собственность, предав забвению создателя этой собственности - трудовой народ. Это они чтобы успешно управлять народом в свое время разделяли его на рабочих и на всех остальных - «гнилую» интеллигенцию».

Между прочим, такую «кочку зрения» разделяют сегодня многие. Для сторонников её, коммунист - это обладатель партийного билета какой-либо партии, не важно какой по сути, но именующей себя коммунистической - КПСС, КПРФ, СКП-КПСС и пр. Они готовы считать фашистом даже Максима Максимовича Исаева (собирательный образ главного героя телефильма «Семнадцать мгновений весны») лишь потому, что он по версии фильма имел чин оберштурмбанфюрера СС и работал в IV от-деле РХСА. Они не знают или не помнят истории своей страны, историю ленинской партии, в которую практически с мгновения её появления стали проникать идеологические враги, умело маскировавшие своё истинное лицо.

Примеры? Пожалуйста! Широко известен случай, когда рабочий Р.В. Малиновский, член ЦК РСДРП с 1912 г. и депутат IV Государственной думы от рабочей курии Московской губернии, председатель думской фракции большевиков одновременно являлся агентом царской охранки. Или более поздние примеры, уже после революции: видные деятели партии и советского государства Троцкий, Ягода, Пятаков, Бухарин, Сокольников, Тухачевский, Радек, Каменев, Зиновьев и целый ряд других. Отнюдь не тайно, а во время открытых процессов 1937-1938 гг., в присутствии представителей зарубежной прессы они сами, открыто и откровенно рассказывали о своей преступной антигосударственной и антикоммунистической деятельности. А вот и последняя волна отнюдь не рядовых «коммунистов» - Горбачёв, Ельцин, Яковлев, Чубайс, Шахрай, Гайдар, Бурбулис и целый ряд им подобных. Это что, разве не гнилая интеллигенция даже без всяких кавычек?

Это всё оборотни, мерзость приспособленческая. А настоящий коммунист - это человек искренне и до конца воспринявший коммунистическую идеологию и решительно добивающийся построения на нашей планете бесклассового и бесгосударственного общества, счастья и социальной справедливости для каждого члена общества. И совершенно не важно какова его профессия. Важно лишь то, чтобы у него была искренняя цель: овладение глубокими знаниями марксизма-ленинизма, т.е. законов развития человеческого общества, и претворение их в жизнь.

Ещё один важный вопрос, связанный с оценкой истории CCСP. Как-то еще в 90-х годах уже прошлого века в дискуссии с одним из «демократов» (тогда они eщё не уходили трусливо, как сейчас, от дискуссий), который усиленно критиковал советскую власть, я сказал ему: «Будьте добры, назовите хотя бы один недостаток, присущий коммунизму или его первой стадии - социализму, которого не было бы раньше». Он перечислил несколько и я тут же на практических примерах показал ему, что эти недостатки пышным цветом цвели почти во всех предшествовавших эксплуататорских общественно-экономических формациях. В конце концов, он постарался перевести разговор на другую тему.

Из всего сказанного уже можно сделать первый вывод. Процитированные ранее реплики Чижикова и Столяровой относятся, и совершенно правильно относятся, вовсе не к настоящим коммунистам, а к тем так называемым «коммунистам», которые представляли собой в лучшем случае карьеристов и хапуг, а в большинстве своем - врагов советской власти, так называемую «пятую колонну» мировой империалистической буржуазии, боровшейся с советской властью с первых дней её существования. В социальном плане они и представляют собой именно вот эту пресловутую гнилую интеллигенцию, которую следовало бы так называть без всяких кавычек.

Еще одним мотивом дискуссии является обвинение советского руководства в отсутствии или, как минимум, в серьезном ограничении демократичности, в том, что диктатура пролетариата была попыткой превратить рабочий класс в новую элиту, попирающую всех остальных трудящихся. Действительно в левой оппозиции находились «теоретики», которые на полном серьезе предлагали принимать в коммунистическую партию только рабочих крупных промышленных предприятий со стажем работы нe менее пяти лет, а остальных прини-мать в виде исключения под строгим контролем.

Они клеймили И.В. Сталина за то, что в Конституции от 5 декабря 1936 г. он заменил термин «диктатура пролетариата» на понятие «диктатура рабочего класса».

Но ведь Сталин был прав: пролетариата уже действительно не было. Средства производства принадлежали всему народу на праве общей собственности. Была ликвидирована система наемного труда (правда, не сразу, а с ликвидацией последнего эксплуататорского класса - кулачества - на основе сплошной коллективизации) и просто смешно выглядят потуги некоторых «марксистов», заявляющих, что советский рабочий нанимался и какой-то «партийно-государственной бюрократии».

Диктатура рабочего класса выполняет две основные функции. В сфере государственной - это система Советов депутатов трудящихся. В партийно-политической - это воспитание нового челове-ка, освобожденного прежде всего от пережитков капитализма в своём сознании. И, конечно же, ошибкой руководства : страны было явное дублирование и даже подмена системы Советов и явное неуважение к воспитательной функции, уверенность в том, что организация нового строя сама по себе все сделает. (Бытие определяет сознание).

Вопли о партийно-государственной бюрократии вызваны в основном двумя обстоятельствами. Первое из них заключается в том, что с лета 1918 года наша страна и её новая Советская власть находи-лись вынужденно в состоянии боевого лагеря, требующего железной дисциплины и организации. Как пример, вспомним попытку ленинцев осуществить в 1918 году марксистские положение о замене постоян-ной армии вооружённым народом. В caмый кратчайший срок из-за серьёзных негативных последствий мы отказались от выборности командиров, от второй подписи комиссара под любым приказом и т. п.

Второе заключалось в двойной ошибке руководства, отменившего ленинский партмаксимум и введении понятия «номенклатура», т.е. обязательное замещение самых ответственных должностей только членами партии. И в неё начали всевозможными способами пролезать карьеристы, а то и скрытые враги.

Но есть еще один важнейший вопрос, который нужно рассмотреть прежде, чем мы перейдём к основному вопросу дискуссии - кто и как должен распоряжаться общественной собственностью. Это вопрос о взаимоотношении плановой, нерыночной социалистической экономики и рыночной капиталистической экономики.

Начнем с того, что до 1929 года государственного экономического планирования хозяйственной деятельности человека на земле вообще не существовало. Только в нашей стране в 1920 году были сделаны первые попытки такого планирования в виде план ГОЭЛРО, который был рассчитан на 10 лет и затем блестяще выполнен. Но и то эта попытка ещё не была устоявшейся системой. Напомним читателям, что составление и реализация первых советских пятилетних планов в сочетании с некоторыми другими факторами позволило достичь таких уровней прироста продукции народного хозяйства, каких не добивалось ни одно капиталистическое государство. Заметим при этом, что современные империалисты, поняв все преимущества планового ведения хозяйства, почти во всех крупнейших государствах перешли на такое планирование и создали свой своеобразный симбиоз из социалистического производства и капиталистического распределения.

Так или иначе, но жизнь привела всех мыслящих руководителей к бесспорному выводу - плановая государственная организация народного хозяйства превосходит и полностью искпючает стихийное рыноч-ное капиталистические хозяйство. Казалось бы всё ясно. Так нет. В 1907 - 1912 гг., т.е. в период отступления революции, в рядах трудящихся, и, прежде всего интеллигенции, начинаются идеологические шатания, появляются «теории», которые «объясняют» почему отступила революция и «рекомендуют» железобетонные способы исправления положения.

Одна из таких теорий вновь всплыла в кругах левой оппозиции с десяток лет тому назад. Одним из пионеров этой теории был ныне покойный профессор Б.П. Курашвили. Его дело продолжили член РАН Клопвог и ряд других учёных. Суть теории состояла в том, что, мол, рыночная экономика может эффективно обслужи-вать любую общественно-экономическую формацию, в том числе и социалистическую. Несмотря на мои попытки доказать порочность этой теории, она получила распространение и сейчас стала базой развернувшейся дискуссии.

Вот несколько цитат из статьи кандидата философских наук В.К. Дьяченко, который, в свою очередь откликается на опубликованные в №7 за 2006 г. газеты «Мысль» статьи Р.З. Арсланова и Е.Т. Щербаковой. Автор поддерживает точку зрения Арсланова и критикует Щербакову.

«Попытаемся сопоставить взгляды обоих авторов (Апсланова и Шербаковой) по затронутым ими проблемам с положениями классического марксизма, т.е. учением К. Маркса, Ф. Энгельса и В. И, Ленина. Сознательно или не сознательно, но совершенно явно Арсланов исходит из реального исторического процесса развития СССР после В.И. Ленина; теория К. Маркса, Ф. Энгельса и В.И. Ленина была извращена. трансформирована в государственно-социалистическую идеологию, выражающую относительно самостоятельные интересы нового слоя партхозуправленцев».

«Классики научного коммунизма, противопоставляют друг другу частную и общественную (отнюдь не государственную) собственность на средства производства. Они рассматривали национализацию средств производства как исторически необходимый способ превращения их в общую собственность людей труда. Идеология и политика государственного социализма отождествили общественную собствен-ность с государственной её формой, добавив словечко «общенародная». В современных исторических условиях, но именно в интересах советской бюрократии, была установлена государственно-бюрократическая собственность».

И закончим цитирование большой тирадой из статьи А.В. Чижикова и Л.И. Столяровой из издания «Слово к рабочему» № 3 за сентябрь 2006 года:

«Базисом новых социально-экономических условий должна стать подлинно общественная собственность на всё национальное богатство и персонализированный (социалистический) способ присвоения результатов своего труда и доли (не изымаемой в денежном выражении) национального богатства. В коммунистическом обществе все и каждый гражданин - совладельцы всего национального богатства. И развитие на этой основе широчайшего самоуправления на всех уровнях производства и общества как механизма уничтожения (в перспективе) государства (аппарата бюрократического управления и насилия). Это общая формула, детали опущены, но могут быть предъявлены. Они рассчитаны и научно, (и в первую очередь с позиций марксизма) обоснованы, устраняется система наёмного труда, эксплуатация не только человека человеком, но и человека государством, устраняется буржуазная эксплуатация и отчуждение от результатов труда, собственности и власти, иерархические производственные и общественные (сословные) отношения и создаются социально-экономические условия для проявления и развития новых форм коллективистских отношений».

Ну, а теперь попробуем разобраться во всём этом. Начнем с того, что критерием правильности любой теории является практика. Где-то в 70-е годы студент инженерно-строительного института им. В.В. Куйбышева написал великолепную басню о коте, который блестя-ще овладев теорией вышел на охоту за мышью и, увидев объект, тут же произвёл сложный расчёт нападения. Но, пока он это закончил, объект скрылся в норе. Кончаемся басня словами:

«Таков удел печальных дел:
Сорвалась у кота атака.
В науках он собаку съел,
А в практике - как кот наплакал.
Ошибочность подобной тактики -
В недооценке роли практики».

Позволю себе напомнить читателям, что во времена К. Маркса и Ф. Энгельса не было ещё пролетарского государства. Поэтому и вопрос о государственной собственности не мог стоять перед ними как практическая проблема. Опыт 72 дней Парижской коммуны из-за своей краткости не может идти в расчёт. Даже при В.И. Ленине частная собственность не была ещё до конца уничтожена, и поэтому вопрос о государственной собственности тоже не встал ещё во весь рост.

Заслуга И.В. Сталина, которого, кстати, авторы процитированных статей к классикам марксизма не относят, и состояла как раз в том, что ему пришлось взвешивать на весах практики все политические марксистско-ленинские теории.

В статьях, опубликованных в номерах 7 и 9 газеты «Мысль» радетели защиты чистоты марксистско-ленинской теории не приводят конкретных примеров того как на тактике будут выглядеть их рекомендации об отмене государственной собственности на орудия и средства производства и замена её собственностью трудовых коллективов, где эти собственники будут решать вопросы не только использования своих собственных средств производства, но и распределения полученного продукта. Правда, в статье т.т. Чижикова и Столяровой указано, что это общая формула, тогда как детали опущены, но могут быть в любой момент представлены. Они рассчитаны и научно, в первую очередь с позиций марксизма, обоснованы. В них предусмотрено устранение системы наёмного труда, исключена не только эксплуатация человека человеком, но и человека государством.

Хочу напомнить читателям, что в ходе идеологической войны с коммунистической идеологией враги трудового народа широко использовали такой подлый прием - они брали то или иное положение в марксистской теории или практики, доводили его до абсурда и тем дискредитировали. Они рассчитывали на то, что при всем радикализме процесса сознание даже сознательных трудящихся не может сразу правильно прореагировать на изменения уклада жизни. К примеру, попробуем представить, что могло произойти, если бы большевики после Великой Октябрьской социалистической революции не дали бы сразу крестьянину пусть и маленький, но его личный клочок земли, а вместо этого попытались установить систему крупных совхозов. Ведь даже сам В.И. Ленин в работе «Развитие капитализма в России» отметил, что 83% товарного зерна в России давали не мелкие единоличные крестьянские, а крупные помещичьи хозяйства. Практика показала, что в этом случае революция была бы обречена на поражение. Именно разумное, постепенное подведение крестьянина к коллективизации позволило решить её, хоть и с немалыми сложностями, к общей пользе народа и советской власти. Но когда к такому методу прибегают не классовые влаги, а люди, клянущиеся в верности марксизму-ленинизму, тут остается только руками развести.

Вот, к примеру, сейчас отбивает длительный срок лишения свободы И.В. Губкин. В своё время он решил обогатить теорию и в газете опубликовал ряд конкретных действий, которые советская власть, по его мнению, должна была бы произвести сразу же после второй социалистической революции. Назовем лишь некоторые из них: конфискация всех ювелирных изделий из драгоценных металлов (надо полагать, и обручальные кольца у женщин); образование из молодежи трудовых армий (надо полагать, и из студентов путем закрытия вузов) и т.п. Как встретит такие «мероприятия» простой трудящийся человек, рядовой обыватель, без поддержки или хотя бы нейтралитета которого никакая революция невозможна? Ответ очевиден. Поистине прав был великий баснописец И.А. Крылов, написавший в одной из басен: «Услужливый дурак опаснее врага».

Но, прежде чем перейти к воссозданию картины того, что получится на практике при внедрении в жизнь рекомендаций «защитников чистоты марксистско-ленинской теории», надо сказать читателям, что же послужило началом временного поражения социализма в СССР. Общеизвестно, что корни политики лежат в экономике: общественное бытие определяет общественное сознание. Так вот развал СССР начался с экономических новаций Хрущёва и Косыгина. Переход оценки деятельности промышленных предприятий с себестоимости на прибыль, расширение сферы товарно-денежных отношений, вялое реагирование на бурное развитие теневой экономики, где сосредоточились денежные средства, явившиеся впоследствии финансовой базой для первоначального накопления капитала в форме приватизации и возврат к рыночной капиталистической экономике, все «прелести» которой трудящиеся ныне ощущают на своём собственном горбу.

Перейдем теперь к самому сложному вопросу - о собственности. Ранее цитируемые авторы противопоставляют собственность государственную и общенародную. Первую они представляют как изобретение партхозбюрократии и отход от марксизма, а вторую - как базу для собственности трудовых коллективов. Напомним читателям, что собственность, в отличие от владения, пользования и распоряжения, означает, что права собственника никем и ничем не могут быть ограничены, он (собственник) вправе поступать с объектом собственности как ему будет угодно: уничтожить, передать кому-либо, использовать не по назначению. Соответственно, по мысли Дьяченко и Ко, стоимость, созданная трудом данного коллектива собственников должна распределяться по воле и в интересах этого самого коллектива. И что же будет тогда с государственным планированием, эффективность которого перед рынком доказана фактически его (планирования) применением в условиях развития народного хозяйства СCCP? Можно ли будет построить еще одну БАМ или крупную гидроэлектростанцию, или крупный металлургический комбинат? Ведь сужение интересов такого коллектива собственников своего хозяйствующего субъекта неизбежно повлечет за собой мелкогрупповой эгоизм, недооценку государственных интересов, застой экономической жизни. И, наконец, пышным цветом расцветёт конкуренция и возродится тот самый капиталистический рынок, существование которого вольно или невольно защищают авторы этих идей. Что Вы видите в этом от социализма и коммунизма, Виктор Кириллович? Что Вы видите здесь от учения классиков марксизма?

А что это за термин «советская бюрократия»? Это та, которая, по Вашему мнению, «изобрела» или «создала» государственную собственность? И что, действительно единственным действенным средством от такой советской бюрократии является раздробление общенародной собственности среди трудовых коллективов? Значит долой всякий централизм, как прибежище советской бюрократии, и да здравствует «чистая демократия»?

История развития, деформации и временного распада СССР показывает каждому трезвомыслящему человеку, что:
- бюрократизм, как общественное явление, не присущ социализму и строительству коммунизма, а является в России пережитком царизма, где он цвёл пышным цветом;
- бюрократические методы в народном хозяйстве были или непреодолённым ещё пережитком царского и капиталистического прошлого в сознании работников госаппарата, или в форме саботажа были одним из методов борьбы врагов народа (к которым с полным правом нужно отнести и карьеристов) с советской властью;
- объединение понятий «бюрократизм» с понятием «централизм» и «государственная дисциплина и законность» - есть приём политического шулерства, недопустимый в кругах людей считающих себя марксистами и сторонниками коммунистической идеи.

Подводя итоги сказанному, следует отметить:

1. Временная победа империалистической контрреволюции в СССР была не следствием использования советской бюрократией государственной собственности, а объединёнными усилиями мировой империалистической буржуазии и сил внутренней контрреволюции, которые уже с первых же часов существования Советской власти и до последнего её дня вели яростную многостороннюю борьбу с ней.

2. Облегчила им эту задачу хрущёвская политика «оттепели», когда была ослаблена требовательность и ответственность работников всех степеней за результаты своей работы, ослаблено идеологическое противоборство с пропагандистской машиной наших классовых врагов, поднят флаг «мирного сосуществования» с империализмом, подвергнуто всесторонней критике всё, что сделано в стране в плане построения социализма до 1953 года.

3. В данный период времени коммунистам необходимо, в том числе и путём широких дискуссий, преодолеть идеологические шатания, раскритиковать и идейно разгромить различного рода как реакционные, так и левацкие теории построения социализма и коммунизма.

4. Отстоять в планах на будущее:
а) восстановление в полном объёме плановой нерыночной социалистической экономики;
б) обеспечение дальнейшего развития её с уменьшением элементов рынка и денежного обращения;
в) обеспечить чёткое разграничение функций диктатуры рабочего класса на государственную в форме Советов и партийно-идеологическую в форме марксистской партии. Осуществлять идеологическое руководство страной через членов партии, работающих в составе Советов и их исполнительных органов;
г) строго соблюдать принципы демократического централизма. Восстановить систему органов народного контроля.
д) добиться восстановления морально-политического единства советского народа. Постоянно повышать общественно-ведческую, философскую образованность народа.
е) обеспечить открытую идеологическую борьбу путём всемерного развития контрпропаганды против так называемых «ценностей открытого общества».

Декабрь 2006
Написать
автору письмо
Ещё статьи
этого автора
Ещё статьи
на эту тему
Первая страница
этого выпуска


Поделиться в соцсетях

Рейтинг@Mail.ru Rambler's Top100
№1(16) 2007
Новости
К читателям
Свежий выпуск
Архив
Библиотека
Музыка
Видео
Ссылки
Контакты
Живой журнал
RSS-лента