Владимир Новак

К вопросу об оппортунизме

На интернет-сайте «Коммунист.Ру» (14.07.05) была опубликована статья Н.Кузьменко «Что такое оппортунизм?». Тема для коммунистов наиважнейшая и неслучайно сегодня нет ни одного их заявления, выступления, документа, в котором бы не упоминалось об оппортунизме. Однако, за редкими исключениями, такие напоминания носят характер некоего штампа, штатного ярлыка или просто обязательного атрибутного показателя коммунистичности. В лучшем случае, приводятся отдельные высказывания и указания Ленина. К характерным образцам такого подхода можно отнести и работу товарища Н.Кузьменко, который очень аккуратно и точно вывел ленинский взгляд на суть оппортунизма. Тем не менее, в своих рассуждениях автор никак не связал их с современностью, т.е. пренебрег существеннейшим ленинским замечанием, высказанным им в работе «О чистке партии»: «Всякий оппортунист отличается приспособляемостью…» (Ленин, Соч., изд. 4, т. 33, стр. 19). Если теперь вспомнить, что сейчас начало века ХХІ-го, а не ХХ-го, то непременно возникнет логичный вопрос: «а как эта приспособляемость отразилась в нашем времени, через целое столетие жестоких классовых битв, в чем специфика проявлений оппортунизма современного?».

Прежде всего установим, что речь идет и единственно может идти лишь о современных формах проявления оппортунизма. Ибо его суть, заключающаяся в жертвовании коренными интересами рабочего класса ради выгадывания временных частичных выгод, естественно, измениться не могла и не изменилась. Ленин определил как конкретно эта суть проявляется на практике:

«Защита сотрудничества классов, отречение от идеи социалистической революции и от революционных методов борьбы, приспособление к буржуазному национализму, забвение исторически-преходящих границ национальности или отечества, превращение в фетиш буржуазной легальности, отказ от классовой точки зрения и классовой борьбы из боязни оттолкнуть от себя “широкие массы населения” (читай: мелкую буржуазию) - таковы, несомненно, идейные основы оппортунизма.» (Ленин, “Положение и задачи социалистического интернационала”, соч., изд. 4, т. 21, стр. 19).

Без сомнения, и сегодня ни одно из приведенных положений не потеряло своей актуальности. Свидетельством тому “идеологические” материалы нынешних “коммунистических” партий - КПРФ, КПУ или других. К примеру, в выступлении лидера КПУ Симоненко на последнем 39-м съезде партии и в решениях съезда абсолютно все указанные положения нашли свое отражение. То есть, идейные основы оппортунизма остаются неизменными и в полном объеме свойственны оппортунизму современному. Что, к слову, свидетельствует не столько о политическом тупике оппортунизма, сколько о тупике собственно капитализма, который уже давно исчерпал весь запас идей и свершений, а потому не способен к созиданию чего-то принципиально нового. Оппортунизм же, тянущийся на поводу капитализма, естественно, тоже ничего нового предложить уже не может.

Не будем голословными и подтвердим данные заявления конкретными примерами, взятыми из официальных (!) документов съезда - Политического отчета Центрального Комитета ХХХІХ съезду (Доклад первого секретаря ЦК КПУ П.Н.Симоненко) и Резолюции съезда на политический отчет. Оговорим, что разговор будет идти о сути вопросов, а не пышной демагогии докладчика, который за многословием и обилием звонких лозунгов ловко эту суть скрывает. Собственно доклад большей частью представляет собой набор голых деклараций и призывов, ибо за ними, как правило, не следует каких-либо практических выводов и предложений. В то же время примечательно, что декларативными и размазанными являются лишь принципиальные вопросы коммунистической направленности, в то время как предложения, не посягающие на господство капиталистического строя, вполне обоснованны, точно определены и сформулированы.

Не станем цепляться к мелким глупостям и противоречиям в рассуждениях Симоненко, зачастую доходящим до абсурда и взаимоисключения. Которые, кстати, обусловлены как раз его оппортунизмом, заключающимся в отказе от марксистской науки - единственной науки способной правильно объяснить все происходящее сегодня в нашем обществе. Науку марксизма Симоненко не просто отвергает, поскольку нигде не использует ее выводы и заключения, но подменяет чудовищной мешаниной буржуазной лжи с личными “творческими” разработками. Чем одновременно запутывает и дискредитирует ее, пытается доказать ее, если не порочность, то несостоятельность и несовременность. Поэтому, вместо того, чтобы, в соответствии с научными выводами марксизма, разъяснять трудящимся почему, откуда и как появляется безработица, Симоненко спрашивает (всего лишь спрашивает) у Президента, где рабочие места, которые тот обещал создать. И ни слова у руководителя “коммунистов” о том, что в социалистической Украине не только не было безработицы, но не хватало рабочих рук.

Однако обратимся к опорным идеологическим вопросам. Если Ленин указывал на отказ оппортунистов от классовой точки зрения и классовой борьбы, то как на этот вопрос сегодня смотрят Симоненко и КПУ. Ответ попытаемся найти в разделе доклада с многозначащим названием “V. ВПЕРЕД, К СОЦИАЛИЗМУ!”. Для достижения цели “коммунистам” КПУ ставятся задачи. Первая: «Сделать все возможное, чтобы весной 2006 года вместе с тружениками города и села добиться максимального представительства трудящихся (? - В.Н.) не только в Верховной Раде, но и, в первую очередь, в местных Советах”. Задача вторая: “…без сочетания борьбы за власть с повседневным настойчивым трудом по защите прав людей нам не победить”. Задача третья: “В борьбе за власть для трудового народа (!? - В.Н.) мы должны сплотить вокруг себя могучий и массовый Левый фронт…».

Вот и весь, по сути, предложенный партии путь к социализму (??!!). Здесь комментарии не требуются. Вместе с тем серьезные вопросы порождают разъяснения Симоненко к поставленным задачам. В них, например, никак не упоминается о какой-либо роли рабочего класса. Отдельно и особо выделены и крестьянство, и пенсионеры с ветеранами, и молодежь, а вот рабочих просто нет. И вообще, исходя из текста всего доклада, в котором вспоминаются всякие социально-общественные группы, складывается впечатление, что рабочего класса или даже просто промышленных рабочих в Украине попросту не существует. То есть вперед к социализму общество поведут все, включая малый со средним бизнес, поскольку “интересы его представителей не антагонистичны тем интересам, которые представляет наша партия” (к тому же они “работают сами у себя по найму”), кроме… рабочих. Такое вот отношение к классовой точке зрения и классовой борьбе у “коммунистов” КПУ, признавших “политическую линию Центрального Комитета правильной”. Хотя дежурная декларация и по этому поводу в докладе не забыта: “Главной задачей остается то, что партия должна стать авангардом рабочего класса (!? - В.Н.) не на словах, а на деле”. Правда, в отличие от марксизма, который видит авангардность партии в том, чтобы быть способной взять власть и вести весь народ к социализму, быть учителем, руководителем, вождем трудящихся, Симоненко утверждает, что “На современном этапе авангардная роль коммунистов заключается в том, чтобы, начиная с себя и своей семьи, двора, улицы и заканчивая районом, городом, страной вести разъяснительную работу, выявлять, разоблачать и противодействовать фальсификации выборов”.

Основным вопросом революции Ленин называл вопрос о власти. При этом подчеркивал, что взятие власти - только начало дела, а все дело в том, чтобы власть удержать, укрепить, сделать непобедимой. Марксизм видит возможность решения вопроса в организации Советов и сосредоточении в их руках всех властных полномочий, поскольку только Советы способны не только заменить буржуазную демократию демократией пролетарской, но стать основой пролетарской государственной власти. Суть в том, что Советы и Советская власть, по марксистски, строятся на основе низовых трудовых коллективов, из которых непосредственно проводится все последующее выстраивание пирамиды государственной власти и управления. То есть пролетарская власть и управление формируются снизу вверх, а не наоборот, как в буржуазном парламентаризме. Именно такое построение делает Советы: во-первых, наиболее всеобъемлющими массовыми организациями трудящихся; во-вторых, единственными массовыми организациями, которые охватывают всех угнетаемых и эксплуатируемых; в-третьих, наиболее мощными органами революционной борьбы масс, способными сломить всесилие капитала; в-четвертых, непосредственными организациями самих масс, т.е. наиболее демократическими и, значит, наиболее авторитетными организациями масс.

Отсюда понятно, что только и исключительно Советы являются той искомой и найденной политической формой, в рамках которой возможно экономическое освобождение пролетариата и полная победа социализма. Обратимся к докладу Симоненко и сразу выявим, что в его представлении власть в государстве должна осуществляться по принципам демократизма не пролетарского - базирующегося на непосредственном и всеобъемлющем привлечении масс трудящихся к демократии, а буржуазного - базирующегося на участии в демократии, главным образом, имущих и ставящего массу преград для неимущих, т.е. пролетарских, слоев. Еще раз выделим, что основной и решающей сутью пролетарских Советов, их принципиальным отличием от буржуазного парламентаризма, является именно опора на всю массу пролетарского населения страны. Включая тех кухарок и их сыновей, которыми буржуазная пропаганда лукаво пытается опошлять пролетарский демократизм и профанировать значимость пролетарских Советов. Хотя тем самым недвусмысленно подтверждается, что в буржуазной “демократии” кухаркам с сыновьями места нет. Не о том ли свидетельствует нынешний состав Верховной Рады Украины, “демократию” в котором вершат 300 (из 450 депутатов) миллионеров. И вот на защиту такого “демократизма” на деле становится КПУ. Правда, опять же не без лукавых оговорок, что права народа не могут быть надежно обеспечены “без подлинного полновластия трудового народа”. Симоненко даже обвиняет существующую власть в том, что: “Трудовые коллективы лишены права выдвигать кандидатов в депутаты, а значит, и принимать участие в формировании власти”. А далее? Очередная декларация, что: “Все это еще раз убедительно подтверждает необходимость немедленной смены системы политической власти, перераспределения властных полномочий в государстве и повышения ответственности власти перед народом. А в нынешних условиях - это в первую очередь проведение политической реформы”. За кого же принимает членов партии Симоненко, предлагая проводить “политическую” реформу руками… трехсот миллионеров. Неужели им непонятно, какую смену политической системы и перераспределение полномочий могут провести миллионеры. Но, чтобы низовые партийцы меньше сопротивлялись, теряясь в сомнениях, запускается альтернатива из двух путей “решения базисной проблемы власти и собственности”. В основе первого якобы лежит “мандат”, в основе второго - “булыжник”. Если попросту, то “благородство” буржуазного мандата противопоставляется вульгарности большевистского “булыжника”. Классика буржуазной пропаганды. Кстати, “булыжник” - это все, чем лидер украинских “коммунистов” удосужился помянуть события 17-го года.

Теперь отойдем от “теоретических” испражнений Симоненко и установим во что выливаются его предложения на практике. Прежде всего, партии предлагается борьба на правовом поле буржуазии и по ее правилам. В том, что результат предрешен, мало сомневаются даже “коммунисты” из КПУ. Во-вторых, предлагаемый парламентаризм исключает самостоятельную, а тем более авангардную, политическую роль рабочего класса, фактически выводит его из борьбы. Тем подрывается решающая движущая сила коммунистического движения. В-третьих, нацеленность на борьбу за парламент и в парламенте уводит партию от непосредственной работы в низовых коллективах трудящихся, исключает ее подотчетность и ответственность перед пролетарскими - угнетаемыми и эксплуатируемыми массами. Вся работа направляется на безоглядную погоню за голосами классово обезличенного электората. Следствием стремления понравиться сразу всем становятся безответственные заявления, пустые декларации, угодливо лживые обещания и популистским лозунги, что дискредитирует партию, подрывает авторитет коммунистов, дает основания для нападок идеологических противников. В-четвертых, основной политической организацией делается не партия, а парламентская фракция. Партия превращается в придаток и обслуживающий элемент фракции. Ни о какой ее авангардности или руководстве рабочим классом и массами трудящихся речь идти уже не может.

Как видим, Симоненко предложил партии, а съезд утвердил, “борьбу”, которая и по целям, и по способам, аналогична “борьбе” всякой буржуазной партии. Подобная “борьба” ведет не к достижению социализма, но гарантирует сохранение капитализма. В этом контексте не удивительно, что КПУ является ярым проводником пропорциональной избирательной системы. Посредством чего не только убивается советский пролетарский демократизм, но сужается даже и “демократизм” буржуазный, поскольку уменьшается круг участвующих в нем и усложняется само участие. Вместо Советов списки, составляемые самими симоненками - такую систему власти предлагают “коммунисты” из КПУ трудовому народу Украины. Поэтому лидер “коммунистов” беспардонно лжет, когда говорит о Советах. Он попросту бесстыдно спекулирует на их историческом авторитете в трудящихся массах.

В докладе значительное место уделяется вопросу о собственности. Но прежде напомним позицию марксизма. Ее суть в том, что капитал есть не личная, а общественная сила, ибо может быть приведен в движение лишь совместной деятельностью многих, в конечном счете - всех, членов общества. Следовательно, превращение капитала в коллективную, всем принадлежащую, собственность, уничтожающее не вообще собственность, а только ее классовый характер, естественно, разумно и справедливо. С другой стороны, с уничтожением частной собственности производительные силы общества ставятся на службу всему обществу непосредственно, а не через посредничество отдельных личностей, организующих производство исходя из интересов прибыли и присваивающих неадекватную часть произведенного всеми общественного продукта. То есть, коммунизм отменяет не собственность вообще, а лишь собственность буржуазную, заменяя ее собственностью общественной. Поэтому в Манифесте Коммунистической (!- В.Н.) партии однозначно определено, что “коммунисты (! - В.Н.) могут выразить свою теорию одним положением: долой частную собственность”. Однако у “коммуниста” Симоненко и подобных ему “коммунистов” такая постановка не проходит даже в намеках. И как вопрос о собственности был поставлен и решен на съезде? Как обычно все начинается с грозных деклараций, что “мы никогда не смиримся с фактами (всего лишь фактами? отдельными? - В.Н.) незаконного (а какого законного? - В.Н.) отчуждения народной собственности”, что важнейшим направлением деятельности партии является “возврат народу украденных у него стратегических объектов базовых отраслей промышленности и природных монополий…”. Каким образом? Провести инвентаризацию и национализацию “ведущих базовых отраслей промышленности и нефтегазового хозяйства”, “создать неделимый фонд защищенной государством общенародной собственности для постоянного и максимального наполнения Государственного бюджета”.

Если все приведенное перевести на нормальный марксистский язык, от которого КПУ тоже давно отказалась, то это означает, что в стране предлагается организовать государственно-монополистический способ хозяйствования или государственно-монополистический капитализм. Давно существующий в развитых капиталистических странах и позволяющий им пока, хотя и с большими потугами, решать не только текущие, но и, а порой главным образом, коренные проблемы капитализма. То есть, предлагается не уничтожить капитализм, не уничтожить классовый характер частной собственности, а просто привести их в некоторое соответствие с требованиями современности. О том, что подобные переоборудования не меняют хищнически-эксплуататорскую суть капитализма, а с тем и положение трудящихся, предупреждали еще основоположники марксизма. Энгельс указывал:

«Современное государство, какова бы ни была его форма, есть по самой своей сути капиталистическая машина, государство капиталистов, идеальный совокупный капиталист. Чем больше производительных сил возьмет оно в свою собственность, тем полнее будет его превращение в совокупного капиталиста и тем большее число граждан будет оно эксплуатировать.» (К.Маркс и Ф.Энгельс, Соч., т. 20, стр. 290).

То есть, огосударствление экономики означает не уничтожение капиталистических отношений, а, напротив, доведение их до высшей точки. О какой коммунистичности КПУ после этого можно говорить?

И, наконец, о классическом лозунге коммунистов-интернационалистов: “Пролетарии всех стран, соединяйтесь!”. В противовес которому Симоненко тоже разворачивает свое, но подло представив как якобы “коммунистическое”, понимание национальной идеи. Заметим, что дать какое-либо вразумительное определение ей не сумели даже ортодоксальные националисты за все годы незалежности. Теперь за неблагодарную работу освежения залежалого товара взялись “коммунисты” КПУ. Наперекор очевидности всех современных реалий, демонстрирующих не только глобальное объединение человечества в единой системе хозяйствования, но и политическое сближение народов мира. Однако, в безудержном желании угодить внутренним правящим буржуазно-националистическим силам, Симоненко ловчит и выдает за некую особенную национальную идею решение обычных для любого современного государства политических, экономических и социальных проблем. Вот что он предлагает (без сокращений) во внутренней политике:

«…и наращивать, и укреплять экономический потенциал; бороться против расхищения общенародной собственности и продажи земли; поддерживать и стимулировать отечественного товаропроизводителя, защищать внутренний потребительский рынок от низкосортной западной продукции; постоянно заботиться о расширении производства и создании новых рабочих мест, неуклонном повышении заработной платы, пенсий и стипендий до достойного человека уровня; обеспечить бесплатное образование и медицинское обслуживание населения; бороться против коррупции и преступности, защищать конституционные права и свободы каждого человека».

Трудно представить какими сугубо национально-украинскими способами возможно решать эти проблемы. К примеру, обеспечить бесплатное образование и медицинское обслуживание. Поэтому не удивляет, что и вопрос о собственности рассматривается в разделе национальной идеи. Аналогичное лукавство применяется и к вопросам внешней политики. Ибо здесь тоже вносятся не какие-то необычные, основанные на особой украинской национальной идее, предложения, а всем давно и хорошо известные приемы защиты национальных интересов отдельных народов в современном капиталистическом мире. Отказавшемуся от марксизма “коммунисту” Симоненко неведомо (!?), что потребность в защите суверенитета и независимости страны вызывается не необходимостью реализации некой абстрактной национальной идеи, а необходимостью отражения вполне конкретных империалистических устремлений капиталистических монополий. Поэтому всякая национальная идея в наше время, по сути, представляет собой лишь мобилизацию и организацию национальных сил для отпора империалистической экспансии мирового капитала. В ее основе сегодня лежит противодействие не вообще другим нациям, а противодействие империалистам этих наций. Симоненко же не желает признавать тот марксистский тезис, что борьба ведется не между собственно нациями в целом, а между господствующими классами наций. В этой борьбе главное действующее лицо - буржуазия, а сама борьба является борьбой буржуазных классов между собой. Даже под прикрытием национальной идеи и принимая по внешности “общенародный” характер, в существе своем она всегда остается буржуазной, выгодной и угодной главным образом буржуазии. Как видим, “коммунисты” КПУ становятся не просто на защиту национальной идеи, а идеи буржуазно-национальной, идеи защиты не интересов народа, но интересов своей буржуазии. Такое положение способствует увековечению господства буржуазии, отвлекая внимание широких слоев населения от вопросов социальных, вопросов классовой борьбы. Одновременно ставится серьезная преграда делу объединения рабочих всех национальностей. Обратим внимание, как избирательно, в зависимости от собственных интересов, сами капиталисты относятся к национальным идеям. В одном и том же акционерном обществе - и русские, и украинцы, и поляки, и евреи, и немцы. Они, капиталисты всех наций и религий, едины только против рабочих, которых и стараются разделить и ослабить национальной враждой. Как раз в том им поддержкой “коммунисты” КПУ, которые, в погоне за голосами избирателей, вербуют себе сторонников из “соотечественников”, спекулируя на интересах “родины” и “нации”. Так можно ли признать такую позицию коммунистической, а поддерживающих ее коммунистами?

Но что особо отличает оппортунизм нашего времени? Ответы дает тот же 39-й съезд КПУ, который, очевидно, может быть признан образцовым наглядным пособием по современному оппортунизму.

Фактор первый, главнейший - организационное структурирование оппортунизма. Когда собственно сама партия обращена в организацию реформистского, оппортунистического типа. В такой партии не просто выхолощена революционность марксизма, но вся ее идеология есть идеология буржуазная. То есть на деле она представляет собой полноценную буржуазную партию. Посмотрим на решения 39-го съезда КПУ и убедимся, что они нацелены исключительно на “улучшение”, а, по сути, усиление, существующих буржуазно-капиталистических порядков. Вся же борьба, аналогично всякой буржуазной партии, направляется на выклянчивание подачек и противодействие отдельным политическим режимам или структурам. Но не на смену самой системы неправедных социальных отношений, что именно присуще коммунистической идеологии и ее партиям. В свое время Ленин отмечал, что оппортунизм “...Это не течение, не направление; это (оппортунизм) теперь стало организованным орудием буржуазии внутри рабочего движения.” (Ленин, “Д. Вайкопу”, соч., изд. 4, т. 35, стр. 152).

Сегодня оппортунизм организован в целые самостоятельные партии, которые под фальшивыми вывесками “коммунистических”-“социалистических” ведут целенаправленную работу по разрушению рабочего движения. Ведут наступательно, открыто, нагло, используя те же приемы и способы, что любая буржуазная партия, которая, отстаивая вопиющие несправедливости капитализма, обязана лгать, лицемерить, искажать и подменять правду. Изменение ситуации отразилось в том, что если ранее коммунисты вели борьбу с элементами оппортунизма в рядах своих коммунистических партий, с чем и сражался Ленин, то сегодня, наоборот, оппортунисты ведут борьбу с коммунистическими элементами в своих “коммунистических” партиях. Характернейший пример из КПУ - массовая чистка в 2000-м году. Этот год для КПУ можно считать рубежным, поскольку именно тогда она закончила стыдливо прикрывать свою пробуржуазность оппортунистическим лукавством и начала откровенное слияние с буржуазией, врастание в буржуазию.

Благодаря проведенному “очищению” и регулярным последующим зачисткам от всего мало-мальски коммунистического революционного, КПУ из союзника буржуазии, чем всегда являются оппортунисты, превратилась в ее единокровную составляющую. Через обуржуазивание руководства, через привлечение в руководящие органы партии представителей откровенно буржуазного и пробуржуазного толка, через подкуп отдельных групп “коммунистов”, через насаждение невежества и лицемерия в массах членов партии. Все это стало возможным после оппортунистического “очищения”. В итоге, сегодня КПУ на деле представляет собой лишь один из многочисленных организованных отрядов буржуазии. И вся ее “борьба“ за права трудящихся мало чем отличается от “борьбы” “Партии Регионов”, “Батькивщины” или “Нашей Украины”. Ведь и Ющенко, и Тимошенко, равно с “оппозиционным” Януковичем так же, не жалея сил, “бьются” за права тех же трудящихся, за увеличение, к примеру, их зарплат и пенсий. Однако существенно то, что “борьба” ведется на одной принципиальной основе, которая сущностно и единит их всех - основе незыблемости буржуазно-капиталистического устройства общества. То есть не за коренные интересы трудящихся, а за мелочные подачки и выгоды.

Так в чем коммунистичность КПУ и в чем ее отличие от самой затрапезной буржуазной организации? Пусть такие заявления не нравятся отдельным, сохранившим еще элементы совести, ее членам, но речь идет не о названии, атрибутике или символике, не о лозунгах, которые партия декларирует с трибун, а о сути ее нынешнего состояния. Поэтому и отношение к КПУ должно быть соответствующим - как к идеологическому противнику, со всеми вытекающими из того следствиями.

Сейчас некоторые товарищи задаются вопросом: а можно ли вообще критиковать коммунистические партии. Думается, что для настоящего коммуниста мало что может быть нелепее такой постановки вопроса, ибо критика в среде коммунистов есть необходимейшее условие их развития и силы. Более того, уже при его постановке можно говорить о сомнительной коммунистичности над ним задумывающихся. Отметим, что само обсуждение вопроса проводится на фальшивой и некорректной основе, когда под коммунистическими подразумеваются лишь официозные партии, которые, подобно КПУ, только по названию таковые. Как будто вообще нет иных, по-настоящему, т.е. по идеологии, коммунистических организаций и групп. Тем самым именно эти официозные партии, пусть косвенно, но только и признаются коммунистическими. Единственными коммунистическими. Не для того ли раскручивается вся “дискуссия”, не по очередному ли буржуазно-оппортунистическому заказу для поддержки шаткой легитимности нынешней “коммунистической” обслуги буржуазного строя? К тому же, руководству этих партий подбрасывается благовидный предлог осаживать особо ретивых критиканов в собственной организации. Вполне естественно, что и Симоненко с компанией партийных вельмож и буржуазию очень устроил бы вывод о невозможности критики их партии. Прежде всего, точнее исключительно, о невозможности критики снизу, что собственно и предполагается в вопросе, поскольку только такая критика, в отличие от ритуальной верхушечной, способна разрушать устанавливаемые в партии псевдокоммунистические взгляды и порядки. Хотя руководители КПУ и сейчас мало обращают на нее внимания, но всегда желательно еще более упростить себе существование.

Не менее странным в контексте вышесказанного видится и предложение статьи Ю.Терека («Коммунист.Ру», 19.08.05) “Уже пришла пора не критиковать, а предать забвению (!? - В.Н.) все современные, так называемые коммунистические партии”. Сродни скалозубовскому предложению о закрытии Америки. Просто и эффективно. Вот если бы еще и реально. Теперь позволим высказать свое предложение - к современной КПУ и ей подобным партиям победившего оппортунизма последовательным коммунистам и их организациям должно относиться как ко всякой иной буржуазной партии. Не отгораживаться и не предавать забвению, что просто-напросто практически невозможно, а вести последовательную, упорную, активную разоблачительную работу. Работу наступательную, марксистски грамотную, в центре которой должно стоять разоблачение и отрицание собственно капитализма, как объективного источника всех народных бед и трудностей, и только вслед за тем возможно разоблачение любых его прислужников. Как буржуазных, так и оппортунистических. Одновременно расширять внедрение в массы подлинной марксистской идеологии и опыта большевистской практики, настойчиво подводить трудящиеся массы к их революционным позициям. Единственно таким образом возможно не закрыть, но изолировать буржуазные и пробуржуазные партии от народа, оторвать их от народа, лишить их поддержки масс людей, сделать недееспособными. С другой стороны, самим стать в авангарде борьбы. При этом борьба с оппортунизмом внутри стоящих на марксистских позициях, а не переродившихся, организаций будет продолжаться. Вплоть до полного построения коммунистического общества, поскольку людям еще долго придется изживать многовековые предрассудки индивидуализма.

Вторым характерным фактором является марксистская неграмотность масс коммунистов. Опять же, речь не о знании дежурного набора цитат, а о сути. Именно этот фактор обусловливает и обеспечивает возможность материализации фактора первого. Именно этот фактор позволил сначала идеологически развалить КПСС, а потом разгромить и социализм в СССР. Отметим, что марксистское невежество возникло не случайно и не сразу, но стало результатом многолетнего упрощенческого, начетнически-цитатного подхода послесталинской КПСС к вопросам идеологии и политики, при котором должностной авторитет партийного руководителя или голая цитата становились решающим аргументом всякого обсуждения или спора. Что было умело использовано буржуазными силами для сокрушения КПСС и советского социализма, когда посредством наукообразного словоблудия о “верной дороге к коммунизму” подсадным идеологам типа кравчуков, яковлевых или волкогоновых, удалось воспитать целое поколение коммунистов-виртуалов - искренне верящих в свою коммунистичность, но не являющихся таковыми. Спросите сейчас любого рядового члена КПУ и он, не задумываясь, без тени сомнения ответит, что является коммунистом. Он убежден в том и чистосердечно верит в это. Но… в то же время аплодирует откровенно антикоммунистическим заявлениям Симоненко и от души поддерживает откровенно пробуржуазные решения съездов. Он не смущается, прикалывая рядом с Орденом Красного Знамени крест с трезубом или бляшку с орлами. Причин приводящих к подобному абсурду объективно есть только три - или такой “коммунист” вопиюще невежествен, или чудовищно глуп, или просто продался за сколько-то сребреников. Самой массовой категорией из этих трех, безусловно, является первая. Она же способна, через должное обучение и воспитание, избавляться от невежественности и по мере того становиться полноценным участником уже неподдельного коммунистического движения.

Обратим внимание, как много и часто Симоненко говорит о необходимости организации в партии марксистского обучения и как много решений, в том числе 39-м съездом, принято на эту тему. Но, тем не менее, не только ничего практически не делается для того, а даже препятствуется возникновению подобных инициатив снизу. Противодействие проводится в “лучших” традициях буржуазной науки манипулирования массами - скрытно, косвенно, методом саботажа. Все это естественно и объективно свойственно оппортунизму. Ведь даже самый мало-мальски марксистски образованный и честный человек способен понять не просто оппортунизм всевозможных симоненков, но их прямую измену марксизму. Более важно, что настоящее марксистское образование масс людей непременно активизирует и революционизирует подлинное коммунистическое рабочее движение, придаст ему победную направленность. Посему абсолютно ясно, что, только одолев невежество, научный марксизм превращается в то боевое оружие угнетенных классов, которое способно привести их к победам. Не менее значимым является и умение использовать это оружие в практике. Тогда не будут разыгрываться мыльные “драмы” под названием “Как один буржуин перессорил целый союз рабочих”. Со своей стороны, буржуазия и ее прихвостни, допустить до всего этого, конечно же, никак не должны. Поэтому именно невежество, которое всегда было одним из наиболее действенных (а в наше время гигантского интеллектуального подъема - буквально решающее) орудий эксплуататорских классов по закабалению и удержанию в повиновении эксплуатируемых ими масс людей, сегодня является и орудием всех псевдокоммунистов. Выбить это орудие из рук классового противника и его лакеев задача настоящих коммунистов-марксистов.

И, наконец, третьим характерным фактором, обеспечивающим нынешнюю жизнеспособность оппортунизма, является беспринципность, которая господствует сегодня во внутрипартийных и межпартийных отношениях. За примерами далеко ходить не надо. На том же 39-м съезде Симоненко поставил одной из задач партии борьбу с… оппортунизмом. Поставил единственной фразой, вскользь, в силу стереотипного порядка, не дав при том никаких конкретных идеологических обоснований и пояснений ни своему пониманию оппортунизма, ни способам борьбы с ним. В решениях же съезда о том даже не упоминается. И ведь никто из делегатов не попросил ни уточнить, ни разъяснить, что же это за задача такая (а Симоненко ее выделил в целый самостоятельный фронт борьбы) и почему она, в таком случае, не вошла в итоговые решения съезда. Подобное отношение к обсуждаемым вопросам, когда смиренно прослушивается и принимается на простую веру всякое заявление руководителя, оппортунисты называют партийной дисциплинированностью. Но, опять же, обыгрывают здесь невежество партийной массы, поскольку “забывают”, что на самом деле считается дисциплиной в большевистском, ленинско-сталинском понимании. Да, бесспорно, коммунистической партии нужна буквально железная дисциплина, которая обеспечивает единство воли и действий всех членов партии, без чего немыслимо завоевание и удержание власти. Однако это не значит

“…что тем самым исключается возможность борьбы мнений внутри партии. Наоборот, железная дисциплина не исключает, а предполагает критику и борьбу мнений внутри партии. Это, тем более, не значит, что дисциплина должна быть “слепой”. Наоборот, железная дисциплина не исключает, а предполагает сознательность и добровольность подчинения, ибо только сознательная дисциплина может быть действительно железной дисциплиной. Но после того, как борьба мнений кончена, критика исчерпана и решение принято, единство воли и единство действия всех членов партии является тем необходимым условием, без которого немыслимы ни единая партия, ни железная дисциплина” (Сталин, “Об основах ленинизма”, «Вопросы ленинизма», изд. 11, стр. 72-73).

Вот правильное марксистское, а не ложно-оппортунистическое, понимание коммунистической партийной дисциплины. И насколько оно отличается от того, что сегодня подразумевают под дисциплиной “коммунисты” из КПУ и прочих, идеологически родственных им, организаций. Но для них резон в том, что именно извращаемое ими понимание дисциплины позволяет оправдывать господствующую в этих партиях беспринципность, которая, в свою очередь, способствует прикрытию их измены марксизму.

К сожалению, подобная беспринципность сегодня господствует и в отношениях между коммунистическими партиями мира. Достаточно посмотреть любой материал любого мирового коммунистического форума. Все сглажено, обтекаемо, корректно и обходительно. Да, обличается империализм, капитализм, клеймятся отдельные их преступления, но не более. О состоянии же внутри компартий или международного коммунистического движения речь не идет. Не подлежат критике? Хотя дело даже не в ней, а просто в откровенном и естественном для коммунистов совместном обсуждении существующего положения товарищами по интернационально-общей борьбе. Разве нет такой потребности? Или самостийность отдельных организаций превыше? Но ведь как раз за ней укрываются не только извращения марксизма, а и прямые измены. Неужели же ради чьей-то самостийности возможно жертвовать судьбой всего коммунистического движения и всей освободительной борьбы трудящихся. И неужто можно признать нормальными отношения между коммунистами, когда под итоговыми документами якобы коммунистических форумов учтиво соседствуют подписи представителей последовательно марксистских организаций с подписями явно буржуазных партий. А не является ли все это просто беспринципной профанацией марксистского интернационализма?

Возвратимся к статье Н.Кузьменко, которая не может не породить вопрос, а не представляет ли собой ее безотносительный академизм элементарную беспринципность и, в конечном счете, оппортунизм. Ведь автор, ограничившись цитатами Ленина и никак не связав его суждения с современной жизнью, фактически обескровил суть проблемы, выхолостил и свел ее к пустому разглагольствованию. Он не применил ленинские мысли как орудие в практике, а превратил их в банального бумажного тигра. Чем подход Кузьменко в таком случае отличается от подхода того же Симоненко? Поговорил, изобличил, поругал вообще оппортунизм. И все? В народе про такое говорят: “Прокукарекал, а там хоть солнце не всходи”. Нет, товарищи, так нельзя. Марксизм не парадная шашка на ковре в гостиной, а боевое оружие для борьбы. Поэтому всегда и везде надо неотступно изобличать и беспощадно бичевать не оппортунизм вообще, а конкретный оппортунизм конкретных оппортунистов. В том, собственно, и состоит принципиальность настоящего коммуниста - последовательное проведение в теории и практике принципов марксизма.

Октябрь 2005
Написать
автору письмо
Ещё статьи
этого автора
Ещё статьи
на эту тему
Первая страница
этого выпуска


Поделиться в соцсетях

Рейтинг@Mail.ru Rambler's Top100
№3(13) 2005
Новости
К читателям
Свежий выпуск
Архив
Библиотека
Музыка
Видео
Ссылки
Контакты
Живой журнал
RSS-лента