Валерий Подгузов

Крокодилы летают…
но низко-низко

«мы не экономисты, мы не экономисты, мы не экономисты, мы не…»

Если полистать подшивку «Трудовой России», то можно легко заметить, что тема экономической формы борьбы никогда не покидала её страниц. Тема политической формы классовой борьбы присутствует, но, практически, никогда не выходит за рамки митинговщины и описания проделок «красных эркаэсэмбят», а проблемы теоретической формы классовой борьбы, строго говоря, не поднимались последние десять лет вообще.

Не так давно редакция газеты «Трудовая Россия» поместила приглашение её главного редактора, В.А. Тюлькина,

«…обсудить вопросы не столько содержания статьи В. Туруло (признаем, с не очень удачным изложением мыслей), сколько вопрос возможности и целесообразности использования различных форм экономической борьбы, в том числе лозунга "Даешь народное предприятие!". Особенно важной эта тема становится в условиях кризиса, в ситуациях банкротств градообразующих предприятий. Например, рабочие Ясногорского машиностроительного завода Тульской области так и не смогли добиться не только предотвращения банкротства градообразующего завода, но и выплаты долгов по зарплате (у некоторых работников - до двух лет), а завода практически уже нет».

В этом же номере газеты был помещен уже готовый отклик дуэта авторов, Пугачева и Ферберова, т.е. явно договорная статья, что свидетельствует, как раз, не о желании редколлегии газеты исследовать проблему, развернув полемику, а о стремлении навязать читателям заранее оговоренное мнение. При ближайшем рассмотрении становится ясно, что статья Пугачева и Ферберова «доказывает» ровно то, что «доказал» Туруло и поддержал Тюлькин.

Но, спрашивается, если сам первый секретарь РКРП-РПК изложил свою точку зрения, то зачем нужно было ещё раз, от имени младших партийных функционеров, «углублять» точку зрения высшего партийного руководителя, причем, не в региональной прессе, а в том же номере центральной газеты? Создаст ли такой прием у читателей ощущения массового одобрения лозунга «Даешь народное предприятие!». Что за «горячая тема»? Неужели в пролетарских средах созрела идея необходимости срочной приватизации предприятий трудовыми коллективами, и они, засомневавшись, обратились в «ТР» за советом? Или это просто «удачный» предвыборный ход депутата Туруло?

Но представьте ситуацию. Массы созрели для скоординированных действий, проявили инициативу, подумали, сами додумались до лозунга «Даешь народное предприятие», обратились за советом к партии, а партия ответила им тем же, до чего додумались пролетарии. Эти ли не хвостизм? Не имеет права называть себя коммунистической партия, не способная ясно предложить пролетариям однозначно победоносный вариант действий, а лишь поддакивающая их стихийному движению. Нужно ничего не понимать в природе анархо-синдикализма, чтобы ввергать пролетариев в заведомо проигрышное положение.

Кризисы возникают в рыночной экономике, прежде всего, по причине отсутствия централизованного научного общественного управления её производственными мощностями. О каком выживании трудовых коллективов может идти речь в условиях глубокого разделения труда, если оказывается, что даже корпоративно-государственного капиталистического централизованного управления совершенно недостаточно для того, чтобы не упереться в НЕПРЕОДОЛИМУЮ диспропорциональность рыночной экономики? Сегодня все градообразующие предприятия находятся в карманах конкурирующих олигархов. Поэтому превратить в народное можно лишь предприятие, производящее деревянные ложки да матрешки. Банкротство потому и наступает, что среди потенциальных потребителей НЕТ желающих покупать продукцию любого, в том числе, и данного производства. Что может изменить в этой ситуации смена собственника? Ничего. Поверить же, что в среде фрезеровщиков дремлют маркетологические таланты - абсурдно. Избавление пролетарских коллективов от ужасов безработицы и голодной смерти лежит совершенно в иной плоскости, и именно это следует самым настойчивым и грамотным образом объяснять пролетариям.

Посмотрим на проблему с другой стороны. Например, в РФ очередной экономический кризис, предприниматели, особенно олигархи, демонстрируя свою немощь и глупость, сами банкротят свои предприятия. Пролетарии бездействуют, профсоюзы заседают. Отдельно взятый депутат Туруло предлагает пролетариям одного завода приватизировать его, чтобы выжить в условиях кризиса, надеясь, что это произойдет по всей стране. Руководство РКРП-РПК предлагает партийцам обсудить и одобрить эту инициативу и предложить пролетариям градообразующих предприятий, переживающих банкротство, стать собственниками заводов. Массы прислушались, коллективы приватизировали все предбанкротные предприятия… Ну, и чем эта ситуация отличается от Югославии накануне краха социалистической экономики? Или чем эта ситуация отличается от эпохи Андропова, когда большая часть министерств и предприятий СССР была переведены на полный хозрасчет, т.е. фактически приватизирована, а позднее акционирована трудовыми коллективами. Ну, и что получили КПЮ и КПСС, кроме почвы для бурного развития капитализма и роста безработицы?

Партия, в которой её первые лица не способны НАУЧНО оценить инициативы партийных и пролетарских масс, указать на мелкобуржуазную природу этих инициатив, не является партией авангардного типа. Этого не понимают сегодня многие руководители в РКРП-РПК.

Самые отъявленные враги Маркса, Ленина и Сталина, совершая на них систематические нападки, тем не менее, никогда не пытались их «ущучить» в том, что они ЗАРАНЕЕ обращались за помощью к активистам из региональных партийных организаций с просьбой выступить им в унисон, адвокатами точки зрения первого партийного лица. Иной вопрос, если бы главный руководитель РКРП-РПК обратился к товарищам по партии с просьбой добросовестно исследовать проблему и опубликовать результаты, а затем сказал бы свое веское, заключающую полемику, слово. По крайней мере, Сталин именно по этой схеме проводил широко известную партийную полемику по экономическим проблемам социализма в СССР. Но Пугачев и Ферберов ещё ошибочнее, чем Туруло, изложили свои мысли, изобразив массовую поддержку мнения высшего партийного руководителя, оказав ему, тем самым, и, как всегда, медвежью услугу.

«Учитывая, - пишут Пугачев и Ферберов - необходимость (само собой разумеющуюся для марксиста) конкретно-исторического, диалектического подхода к любым лозунгам и, в частности, к этому лозунгу о трудовом коллективе как собственнике предприятия, мы понимаем, что в зависимости от обстановки и, прежде всего, в зависимости от достигнутого в данный исторический момент уровня развития классового сознания и классовой борьбы рабочих, он в тот или иной момент может быть как прогрессивным, так и реакционным. И критерием прогрессивности этого лозунга, на наш взгляд, может служить только один: какой практический эффект он может вызвать для развития классовой борьбы - развивать её, продвигать вперёд, или же наоборот - тормозить её, двигать назад».

Если здесь есть хоть капля диалектики, тогда, что такое прагматизм? Пугачев и Ферберов не заметили, что спутали диалектику и прагматику.

Джон ДЬЮИ - «познание - есть орудие, инструмент приспособления человека к противостоящей ему среде. Мерило истинности теории или гипотезы её практическая эффективность в ситуации, данной в опыте.»

В частности, Джон Дьюи (1859-1952) - американский философ, один из ведущих представителей прагматизма, развивший его до уровня инструментализма, писал, что «познание - есть орудие, инструмент приспособления человека к противостоящей ему среде. Мерило истинности теории или гипотезы [а равно и лозунга, П.В.] - её практическая эффективность в ситуации, данной в опыте.»

Ясно, что Пугачев и Ферберов плохо читали Ленина, и уж никогда не слыхали про Дьюи, но им будет приятно узнать (как и герою знаменитой пьесы «Мещанин во дворянства»), что они пишут прозой и думают практически так же, как и их знаменитый американский единомышленник, Дьюи, у которого критерием истинности тоже являлся практический эффект. Но такой подход называется прагматическим а не диалектическим, а тем более не диаматическим.

Владимир ЛЕНИН - «Вся человеческая практика должна войти в полное «определение» предмета и как критерий истины и как практический определитель связи предмета с тем, что нужно человеку».

А как на вопрос о критерии истинности отвечал Ленин?

«Вся человеческая практика, - писал Ленин, - должна войти в полное «определение» предмета и как критерий истины и как практический определитель связи предмета с тем, что нужно человеку».

Т.е. не одноразовая, сиюминутная выгода той или иной группы пролетариев, не единичный практический эффект, а вся человеческая практика при диаматическом её истолковании может позволить по достоинству оценить истинность того или иного лозунга.

Вирус прагматизма, подменив диалектику в сознании актива РКРП-РПК, свёл на нет все попытки «Прорыва» возродить в партии исследование и пропаганду коммунистической тематики, поскольку наши доморощенные прагматики исходят из того, что думать нужно о текущих задачах, сулящих сиюминутный практический эффект, что МО РКРП-РПК - региональная организация и ей не пристало замахиваться на научные проблемы всемирного масштаба (Ферберов), а Пугачев говорил, что нужно думать, как сделать сначала социалистическую революцию, а уж потом замахиваться на проблематику коммунизма.

Разумеется, гораздо легче искать «истину» по рецепту Дьюи, чем искать истину по-ленински, наполняя свою память знанием всего того, что практически наработало человечество за всю свою историю в каждой области общественной практики. Иными словами, не всякая кроха практики - критерий истинности наших представлений о прогрессе.

Но, как известно, каким бы чумазым ни было лицо, всегда можно разглядеть или, хотя бы, уловить его черты. Примерно так же обстоит дело и с мыслями. Какими бы корявыми они ни были, всегда можно понять, о чем думали авторы на самом деле, даже тогда, когда они сами не поняли ни того, что хотели сказать, ни того, что сказали. Пугачеву и Ферберову очень хотелось сделать как лучше, чтобы их принимали за марксистов. Для этого они и применили макияж из «практических эффектов» и припудрили глаза читателей будто бы «диалектикой».

О том, что авторы не понимают сути диалектического подхода в марксизме, свидетельствует запятая, между выражениями: «конкретно-исторический» и «диалектический подход».

Предварительно следует ещё раз обратить внимание читателей на то обстоятельство, что, поскольку марксистская диалектика не существует вне материализма, а материализм мыслится исключительно как диалектический, поэтому для исследования «любых» лозунгов применим лишь диаматический метод. Классики марксизма для решения проблем применяли не диалектику, а именно материализм, но какой, - диалектически понятый, поставленный Марксом с идеалистической гегелевской «головы на ноги» материализма. Поэтому, сначала необходимо подняться на уровень классиков, познать материализм Фейербаха и диалектику Гегеля в такой же степени, в какой их постигли классики, чтобы приобрести право применять слово «диалектика», имея в виду диалектический материализм или, коротко, диаматику.

Каждому диаматику ясно, что для исследования «любых» лозунгов пригоден лишь диаматический подход, поскольку «конкретно-исторический подход» - лишь один из обязательных составных элементов диаматического подхода, но недостаточный, если не использовать все остальные подходы, применяемые в диаматике. Маркс, например, наряду с конкретно-историческим при исследовании любых проблем, применял метод анализа, синтеза, метод научной абстракции, метод индукции, метод дедукции, метод восхождения от простого к сложному и т.д. Эти методы применялись классиками не как сумма методов, а как система, поскольку только в системе они образуют то, что можно назвать диаматическим подходом.

Только владея диаматическим мышлением как системой методов, можно осуществить исследование исторического факта или лозунга и докопаться до понимания его сущности.

Более того, вообще невозможно подойти к лозунгу конкретно-исторически, т.е. с надеждой обратиться «по адресу», не освоив диаматического метода. При прагматическом подходе удаление от понимания сущности объекта исследования обычно принимают за приближение к его пониманию, что и происходит сегодня и с нашими оппортунистами, и с официальными историками РФ, пытающимися, конкретно, ухватить «быка» истории за «рога», а потом удивляющимися: почему от того исторического места, из которого, по их расчетам, должны расти «рога», пахнет пометом.

Пугачев и Ферберов могут спросить, а как же быть с понятием «исторический материализм»? Здесь ведь нет слова диалектика? Дескать, «следовательно», можно использовать отдельно понятие конкретно-исторический подход, ставить запятую, а потом говорить и о диалектическом подходе. За ними не заржавеет.

Повторимся, исторический материализм есть сокращенное название диаматического подхода к исследованию проблем истории. Только применив материалистическую диалектику к исследованию истории, классики открыли основные объективные, абсолютные законы исторического развития общества.

Субъект может знать, каким червеобразным знаком обозначается интеграл, но это вовсе не означает, что он владеет интегрированием. Точно так, Пугачев и Ферберов наверняка знают как «рисуется» выражение «исторический материализм», но совершенно не понимают его смысла.

Короче говоря, читая публикации наших оппонентов, мы часто сталкиваемся с попандопулизмом, т.е. с любовью к громким фразам, внешне безобидным, но безграмотным по существу, что самым печальным образом сказывается на качестве их «исследований» и на практике рабочего и коммунистического движения.

Прежде всего, вызывает брезгливость размашистая теоретическая неряшливость, присущая всем публикациям Пугачева и Ферберова. В рассматриваемой статье они пишут:

«… в зависимости от обстановки и, прежде всего, в зависимости от достигнутого в данный исторический момент уровня развития классового сознания и классовой борьбы рабочих, он [любой лозунг, В.П.] в тот или иной момент может быть как прогрессивным, так и реакционным…».

Товарищи из идеологической комиссии ЦК РКРП-РПК и редколлегии «ТР», посмотрите, чему вы учите своих читателей. Оказывается, в зависимости от обстановки и некоего уровня развития классового сознания и борьбы пролетариев, лозунг, например, «Пролетарии всех стран соединяйтесь», может стать реакционным, а потом опять прогрессивным. Можно ли придумать большую глупость? Невозможно. А лозунг «Обогащайтесь»? Оказывается, при некотором уровне развития классовой борьбы, он может стать прогрессивным. Если поверить Ферберову и Пугачеву, лозунг «Вперед к победе коммунизма!» может стать реакционным, а лозунг «Россия для русских», может стать на определенном этапе борьбы против «гастарбайтеров» - прогрессивным. Можно ли придумать историческую ситуацию, в которой лозунг «Коммунист, кровь из носа, но ты должен овладеть диаматическим мышлением» стал бы реакционным? Интересно, смогут ли Пугачев и Ферберов придумать историческую ситуацию, в которой лозунг «Бей жидов, спасай Россию» мог бы стать прогрессивным?

Оппоненты «Прорыва», оказывается, никогда не понимали, что, в процессе познания общественного бытия, в общественном сознании по каждому политическому вопросу формируются противоположности: с одной стороны, гигантское количество вариантов заблуждения, а с другой - одна единственная истина. Однако среди заблуждений находятся такие, которые, оставаясь заблуждениями, представляют собой исторический процесс движения мысли от абсолютного заблуждения к заблуждениям относительным. Поэтому в реальной истории движение общественного сознания от заблуждения к истине и выступает как смена лозунгов, находящих свою материализацию в движении наиболее передовых классов общества от заблуждения к истине, от полной реакционности к относительной реакционности, которая выглядит уже как некая прогрессивность. Например, движение мысли от абстрактного лозунга: «Либерте, эгалите, фратерните!», который легко уживается с колониализмом, религиозностью, к действительно прогрессивному лозунгу: «Даёшь диктатуру пролетариата!», а от него к абсолютно прогрессивному лозунгу эпохи завершения политических противоборств: «Вперед к победе коммунизма!».

До Великого Октября созревание объективных предпосылок для смены способов производства во всем мире происходило только стихийно, тем не менее, в общественном сознании отдельных индивидов (на каждом этапе развития объективных предпосылок) созревали адекватные представления и формулировались лозунги, соответствующие относительно прогрессивной тенденции развития общества, поскольку ни одна из предшествующих формаций не являлась абсолютно прогрессивной.

Таким образом, поскольку объективное бытие материального мира есть абсолют, адекватно отраженный в «самом себе», в том числе, и в человеческом мозгу как органической части материального бытия, постольку в «сером веществе» неизбежно формируются выводы и лозунги, постепенно «дрейфующие» в сторону абсолютной истины, абсолютно прогрессивного лозунга.

Монополия на абсолютные истины есть прерогатива научного уровня общественного теоретического сознания, а коммунистическая партия есть единственная политическая партия в истории человечества, взявшая на себя обязательство овладевать абсолютными истинами и, только в силу этого обстоятельства, приобрести моральное право предлагать обществу абсолютно прогрессивные лозунги и организовывать их воплощение в жизнь. Партия не является коммунистической, если она предлагает обществу лозунги, которые, «при определенных условиях», способны «превращаться» в реакционные.

Иной вопрос, каким бы абсолютно верным ни был политический лозунг, он не может быть воплощен в жизнь немедленно, т.е. в момент его первого оглашения. Обыденное общественное сознание характеризуется трагически мощной инерционностью. Поэтому коммунистам и приходится проделывать гигантскую пропагандистскую и агитационную работу для того, чтобы лозунг был понят или, хотя бы, однажды услышан, сквозь какофонию частных СМИ и оппортунистические пошлости.

Невостребованность прогрессивного лозунга в качестве сигнала к непосредственному действию и «реакционность» лозунга - это «две большие разницы». Лозунг, сформулированный на базе диаматического подхода - это не собачий хвост, который с завидным постоянством колеблется справа налево. Диаматический подход лишает коммуниста возможности сформулировать реакционный лозунг. Диаматический подход, будучи освоенным, позволяет безусловно отделить прогрессивное от реакционного, поскольку действует на идею как лакмус на раствор, который красным или голубым цветом демонстрирует его прогрессивное или реакционное содержание.

Научно обоснованный лозунг, в зависимости от ситуации, может выдвигаться как перспективный или животрепещущий, а может, временно сниматься с повестки дня, в зависимости от открывшихся объективных обстоятельств. Но всё это не делает лозунг, например, «Вся власть Советам» - реакционным. Реакционными могут быть конкретные составы Советов, например, Совет безопасности США, Совет безопасности ООН, меньшевистский Совет. Именно таким конкретным Советам, а не лозунгу, объявляется бойкот. Но, если нас интересует лозунг Советов, как способ обозначения идеи политической диктатуры рабочего класса, а не как «сходняк» шайки лиц, вставших на путь соглашательства с буржуазией, но «косящих» под Совет рабочих, то, в пределах эпохи, требующей диктатуры рабочего класса, этот лозунг - безупречен. Как только большевикам удалось решить кадровый вопрос в Советах всех уровней, лозунг «Вся власть Советам», без каких-либо редакционных правок, вновь был актуализирован для непосредственного воплощения пролетариями, объединившимися через свои Советы в рабочий класс. Выполнив свою историческую миссию, Советы сойдут с исторической сцены, как это произошло со многими политическими формами, но реакционным от этого лозунг не станет.

Пугачеву и Ферберову, прежде чем браться за перо, необходимо было выяснить, что такое реакционное, а что такое прогрессивное. Но они, как всегда, посчитали, что нет вопроса проще.

Великим завоеванием диаматической философии является понятие «категории», т.е. система абсолютно точно установленных истин в пределах данной философии. Основу диаматики составляют абсолютные истины, поскольку она (диаматика) исходит из того, что мозг, являясь материальным образованием, способен воспринимать окружающую его действительность абсолютно адекватно. Мозг, как разновидность материи, не способен врать сам себе. Искусству лжи мозг учится в классовом обществе с помощью проплаченных СМИ, под давлением рыночной мошеннической практики и религии, т.е. по мере превращения недопонятых физических явлений (грома и молнии) в «абсолютного бога».

Не понимая значение диаматических категорий: относительное и абсолютное, прогрессивное и реакционное, Пугачев и Ферберов не поняли и того, что оппортунизм в рабочем движении и все его лозунги ни при каких обстоятельствах не могут стать прогрессивными. Термин «оппортунизм» введен в оборот марксистами для обозначения реакционного и только реакционного явления в рабочем движении. Анархо-синдикализм есть одно из проявлений оппортунизма, который только безграмотные пролетарии могут воспринять как прогрессивный. Сталин потому и считал колхозное крестьянство мелкобуржуазным классом в социальной системе советского общества, что этот класс, по своему отношению к собственности, был объективно анархо-синдикалистским и фактически замедлял движение СССР к бесклассовому обществу. Между кооперативом и народным предприятием, с научной точки зрения, нет никакой принципиальной разницы. И то и другое есть форма проявления мелкобуржуазности. Кооперативное движение в СССР, возрожденное усилиями Горбачева и Лигачева, поддержанное отупевшей КПСС, сыграло чрезвычайно реакционную роль

Если бы у Пугачева и Ферберова была совесть, то, прежде чем писать статью в газету, они бы задали себе три простых вопроса:
1. Чем отличается коммунист от сторонника экономизма;
2. Чем отличается коммунист от сторонника анархо-синдикализма;
3. Допустимы ли представители этих направлений мысли и действия в партию, претендующую на звание коммунистическая.

Тогда бы им пришлось признать, что коммунистом можно назвать только того, кто утилизирует стихийную борьбу пролетариев, сначала, в политическую сознательность, а затем и в политические формы борьбы, а не подыгрывает пролетариям в их умении вести лишь экономическую борьбу с хозяевами.

Тогда бы им пришлось признать, что коммунистом является только тот, кто, в случае возникновения анархо-синдикалистских уклонов в рабочем движении и коммунистической партии, способен ДОКАЗАТЬ пролетариям бесперспективность этого направления, как с точки зрения решения проблемы выживания, так и с точки зрения коренных задач пролетариев в деле избавления их от тирании вороватых и некомпетентных хозяев. Коммунист обязан уметь научно доказать пролетарием наличие иного пути, гарантирующего решение всех пролетарских проблем.

Тогда бы им пришлось признать, что из всех лозунгов, Пугачев и Ферберов, последнее время с завидным упорством повторяют лишь лозунги экономизма и анархо-синдикализма.

Правда, дело не только в Пугачеве и Ферберове. Они просто старательно выполнили заказ Туруло и Тюлькина, хотя заказ не случаен и полностью соответствует их уровню понимания коренных задач пролетарского движения. Сегодня в РКРП-РПК подавляющее большинство членов думает и заблуждается так же.

В чем же корень массовых заблуждений?

Многие думают, что если они систематически повторяют заклинание, что они коммунисты, что им известно марксистское учение о трех формах классовой борьбы, то это позволяет им двадцать лет заниматься пропагандой теории и практики экономической борьбы без признания того факта, что, в связи с этим, они экономисты, а не коммунисты. Они делают вид, что не понимают, что они осуществили решительный, осмысленный отрыв своей практики от теории марксизма. Т.е. на словах они превозносят учение марксизма о трех формах классовой борьбы, а на деле двадцать лет занимаются хвостизмом в экономической борьбе, пройдя оппортунистический путь от тред-юнионизма до анархо-синдикализма.

Несмотря на длительность полемики, пока не удалось убедить идеологический актив РКРП-РПК, что они заразились экономизмом, анархо-синдикализмом и хвостизмом. Они считают, что призывать пролетариат к экономической форме сопротивления в течение двадцати лет - это не означает страдать экономизмом. Им кажется, что призывать рабочих к созданию народных предприятий - это не означает страдать анархо-синдикализмом. Можно, оказывается, призывать рабочих к тому, до чего рабочие и сами смогли догадаться и, при этом, не считать себя хвостистами. Иными словами, некоторые наши товарищи эксгумировали все мыслимые оппортунистические лозунги, но продолжают, без всякого на то основания, называть себя марксистами. Хорошо еще, что не спорят, кто из них больше похож на Маркса.

Те, кто следит за полемикой между «прорывцами» и «пугачевцами», не могут не заметить, сколько собак было спущено ими на «Прорыв» за то, что журнал проводит границу между пролетариатом как эксплуатируемым классом и рабочим классом как классом, борющимся за победу коммунизма. Иными словами, «прорывцы» всегда исходили из того, что сегодня в РФ есть идеальный класс эксплуатируемых пролетариев, но нет, пока, боевого класса революционно настроенных рабочих. Позиция «пугачевцев» в этом вопросе до сих пор состояла в том, что, однажды возникнув по воле буржуазии, пролетариат сразу превратился в рабочий класс, поскольку он «совокупный общественный рабочий»1. Но, проводя защиту линии Туруло в пролетарских средах, Пугачев и Ферберов «вдруг» запели другую песню.

«Ну, вот нет сейчас, - пишет Ферберов, - у масс российских рабочих не только передового классового сознания и сопутствующей ему политической борьбы, но нет пока и настоящей экономической борьбы - как борьбы класса. Реальность такова, что рабочий класс России пока - класс в себе. Рабочие пока даже не осознают себя классом, не понимают не только коренных своих интересов, но даже и к борьбе за сиюминутные интересы не готовы. Так что лозунги, выдвинутые кировчанами и т. Туруло, - не "опускают" нашу пропаганду до уровня сегодняшнего рабочего движения. Уровень движения пока существенно ниже, чем эти лозунги. Это движение в подавляющем большинстве рабочих коллективов вообще отсутствует. И, следовательно, быстрое привнесение коммунистического сознания в стихийное рабочее движение пока малореалистично за отсутствием такового движения. Эти лозунги, как ни крути, ПОДНИМАЮТ рабочих хотя бы на такую борьбу, хотя бы на тот уровень, какой сегодня возможен, на уровень осознания себя если не классом, то пока хотя бы коллективом».

Можно ли ещё громче и определеннее расписаться в собственной умственной немощи, спеть гимн хвостизму, экономизму, анархо-синдикализму, прогнуться перед стихийностью в пролетарском движении, чем это сделали в одном абзаце Пугачёв и Ферберов? Нет, уважаемые читатели, это рекорд.

Как выяснилось, наши оппоненты не понимают, что «экономическая борьба» это неоправданно сильный словесный оборот, принятый из педагогических соображений для обозначения формы пролетарского сопротивления, которая время от времени используется отдельными, в большинстве случаев мелкими, отрядами пролетарского класса, но никогда эта форма не была и не может быть борьбой ВСЕГО пролетарского класса и даже ВСЕГО национального отряда пролетариата. Лучше всего отражает суть «экономической формы классовой борьбы» выражение - бунт на коленях. Иными словами, оборот «экономическая форма классовой борьбы» это своеобразный оборот усиления, форма морального поощрения за то, что пролетариат сам хоть как-то реагирует на своё ограбление и унижение. С научной точки зрения, выражение «экономическая борьба» - это щадящая форма теоретического обобщения опыта безуспешного СТИХИЙНОГО сопротивления пролетарского класса за последние 200 лет.

За всю более чем двухсотлетнюю историю экономической формы сопротивления, начиная с «луддитов», пролетариат никогда не выдвигал политических требований и даже не объединялся в общенациональном масштабе, а потому, в конечном итоге, ВСЕГДА проигрывал. Забастовки редко выходили за рамки предприятия, а тем более, отрасли. «Общенациональные» стачки никогда не были общенациональными даже при большевиках, хотя большевики делали все, чтобы стачки приняли всеобщий, наиболее продуктивный характер. Более того, органическим элементом пролетарского класса являются штрейкбрехеры, это, собственно, сами пролетарии, еще не продавшие свою рабочую силу на рынке, но страстно желающие это сделать. Сегодня в любой стране они составляют многомиллионные армии. Как только человек достигает дееспособного возраста, он идет на рынок труда, и встав в очередь на бирже, он автоматически превращается в штрейкбрехера, который с удовольствием займет место только что уволенного собрата. В начале своей биографии все пролетарии думают не о классовой борьбе, а о возможности продаться. Это потом хозяин, дубя шкуру пролетария, заставит его задуматься над причинами своего бедственного положения. Но в повседневной практике, чисто пролетарский взаимный мордобой у проходной - постоянный постыдный атрибут слегка затянувшихся забастовок во всех цивилизованных странах.

Но, даже если забастовки на несколько дней объединяли рабочих нескольких профсоюзов в крупных городах одной страны, то и тогда они не выходили за рамки примитивных экономических требований. Никогда ни один профсоюз развитых рыночных стран, не требовал от рабочих борьбы за политическую власть. Так было недавно и во Франции. Почему забастовки во Франции не переросли в нечто, более продуктивное? А потому, что во Франции, со времен Жоржа Марше, все коммунисты стояли и стоят на позициях Пугачева и Ферберова.

Еще в 1847 году Карл Маркс и Фридрих Энгельс написали Манифест Коммунистической партии и сформулировали главную задачу коммунистов, как партии: коммунисты ОБЯЗАНЫ внести научное сознание в пролетарскую среду и отличаться от пролетариев именно тем, что коммунисты обо всем могут судить с научных позиций и, потому, представляют из себя наиболее мотивированную, активную и авторитетную, авангардную ЧАСТЬ рабочего класса. Если группа лиц, т.е. партия, не обладает в пролетарской среде авторитетом безусловно политически грамотного, добросовестного организатора, такая партия, объективно, не является коммунистической.

Пугачев и Ферберов не замечают вопиющего антимарксизма в своем «плаче Ярославны». Они напоминают склеротических старушек, которые, забыв содержание Манифеста, сидят на исторической завалинке и констатируют отсутствие фактов «политического классового сознания» у современных пролетариев. Они сидят и ЖДУТ, когда же у рабочих появится передовое «политическое классовое сознание», чтобы они «хотя бы» сами начали «настоящую экономическую борьбу». Они не видят своей вины в том, что сами не способны внести в пролетарскую среду политического, тем более, научного сознания.

Десять лет ждут, двадцать лет ждут… вместо того, чтобы составить себе труд понять, что они, партбилетчики РКРП-РПК, двадцать лет, льстя себе и называя друг дружку «коммунистами», пальцем не пошевелили в деле добросовестной работы по овладению теорией марксизма, чтобы просветить политически безграмотный пролетарский класс. Из приведенного абзаца совершенно определенно следует вывод о том, как в «ТР» понимают задачу коммунистов в сложившейся ситуации: не только ждать, когда в пролетарской среде само собой появится «политическое классовое сознание», а ОТВЛЕКАТЬ рабочее движение на заведомо проигрышное направление сопротивления, тупизм и тупиковость которого Пугачев с Ферберовым многократно и всесторонне описали.

«Лозунг «Даёшь народное предприятие», - пишут они, - «как ни крути, ПОДНИМАЕТ рабочих хотя бы на такую борьбу, хотя бы на тот уровень, какой сегодня возможен, на уровень осознания себя если не классом, то пока хотя бы КОЛЛЕКТИВОМ».

Как видите, поговорив для главного редактора о пролетариате как классе, два опытных проводника экономизма в рабочем движения сами понимают, что, объективно, их призыв означает растаскивание класса на «коллективы», и обучают пролетариев не классовому единению, а эгоистической, бесперспективной и бессмысленной коллективной суете за выживание.

Полюбовавшись на свою «тоже логику» Пугачев с Ферберовым пришли к выводу, который главный доверчивый редактор, пока, не оценил по достоинству:

«…следовательно, - пишут Пугачев и Ферберов, - быстрое привнесение коммунистического сознания в стихийное рабочее движение пока малореалистично за отсутствием такового движения».

Оказывается, когда пролетариат, образно говоря, сидит и ничего не делает, актив РКРП-РПК должен… тоже сидеть и ещё больше ничего не делать. А вот когда пролетарии начнут, от отчаяния и политической безграмотности, делать то, что они время от времени делают с автомобилями, магазинами и банкоматами, то на окраине Парижа, то в Кишиневе, то в Афинах, Бишкеке или Оше, только тогда пропагандисты РКРП-РПК выйдут из своего подвала и на бегу начнут внедрять коммунистическое сознание в головы людей, громящих банки и магазины, задыхающихся от слезоточивых газов. А пока рабочие сидят в цехах обанкротившихся предприятий, у пропагандистов язык не повернется заговорить с ними о коммунистической программе, гарантирующей рабочим труд, сокращение рабочего дня, исчезновение инфляции, гарантирующей бесплатные квартиры и санатории, бесплатное образование, т.е. полную социальную защищенность им и их детям. Нет, когда полиция еще не бьёт рабочих, в этот момент нужно нашептывать им в уши совершенно идиотские рецепты пролетарской… приватизации и убеждать их в том, что всё это… ничего хорошего не даст, но нужно что-то делать хотя бы для выживания.

Наши седовласые оппоненты не поняли, что несчастье людей, рожденных и сформировавшихся в пролетарской среде, в том и заключается, что они не способны самостоятельно докопаться до сущности современного рыночного общества и выработать научно состоятельную стратегию политической борьбы. Их специально так обучают в рыночных государственных школах. Можно сколько угодно ждать, но политическое сознание в рабочей среде возникнуть не может. Об этом со всей определенностью и горечью сказано в Манифесте коммунистической партии. А наши оппоненты, не имея ни малейшего представления о механизме и особенностях формирования политического сознания в пролетарской среде, продолжают называть себя коммунистами.

Опубликованная в «ТР» статья показывает, во-первых, что таких «кумунистов» нельзя на пушечный выстрел подпускать к пролетариям, чтобы они своей безграмотностью, т.е. породистым оппортунизмом, своим хвостизмом окончательно не разложили российских пролетариев. Во-вторых, слава объективной реальности, пугачёвы и ферберовы, составляющие сегодня большинство в РКРП-РПК, сами не пойдут к пролетариям, поскольку боятся их как огня. Они настолько слабо владеют теорией коммунизма, что им буквально нечего сказать рабочим на эту тему. Они потому сидят и ждут, и будут еще двадцать лет сидеть и ждать, когда сам пролетариат случайно разберется в хитросплетениях современной политической жизни, сам выработает стратегию политической борьбы, сам начнет «настоящую экономическую борьбу» и сам же перейдет стихийно к политической форме классовой борьбы. Вот тогда пугачевы и ферберовы соберут… политклуб в известном подвале и поздравят друг друга словами: «Мы героически ждали и дождались. Слава нам. Мы пахали!».

Можно, не преувеличивая, сказать, что нынешние члены РКРП-РПК, как членов КПРФ, в силу умственной лености и парламентского кретинизма, предали дело российского пролетариата и, лишив его политических знаний, обрекли на стихийную, мучительную и бесперспективную борьбу за выживание.

Сегодня «Прорыв» прямо и недвусмысленно указывает на вопиющий «промах» организованного коммунистического движения в России и, одновременно, обращает внимание левой молодежи на наличие давно обоснованного, исторически проверенного и подтвержденного закона развития общества по пути социального прогресса. Давно доказано, чем является пролетариат, давно доказано, чем является для пролетариата партия настоящих коммунистов. Осталось прекратить испытывать на своих головах прочность дубинок ОПОНа и использовать голову по прямому её назначению.

С этой целью «Прорыв» приглашает тех, кого это заинтересует, связаться с активом журнала по интернету и приступить к занятиям по программе клуба «Любомудрие». Однако, обращаем внимание всех, кто откликнется на это объявление, что «в науке нет широкой столбовой дороги, и только тот может достигнуть её сияющих вершин, кто, не страшась усталости, карабкается по её каменистым тропам».

Если среди читателей «Прорыва» есть люди, способные, не страшась усталости, помочь пролетарскому классу найти себя, мы им поможем освоить некоторые сияющие вершины науки. Но низко не покажется.

Вместо заключения

В период застоя многие советские интеллигенты любили забавлять друг друга армейскими анекдотами:

«Товарищ прапорщик! Скажите, а крокодилы летают?
- А какой дурак это тебе сказал?
- Да только что, командир полка, на плацу.
- Гм, как я это забыл? Конечно, летают, но только ни-и-изко-низко.»

Невозможно представить, что, прочитав вступительную статью главного редактора «ТР», Пугачев и Ферберов будут отстаивать марксистскую истину, а не падут так ни-и-изко-низко, как они это сделали.

Октябрь-ноябрь 2010
Написать
автору письмо
Ещё статьи
этого автора
Ещё статьи
на эту тему


Поделиться в соцсетях

Рейтинг@Mail.ru Rambler's Top100
Новости
К читателям
Свежий выпуск
Архив
Библиотека
Музыка
Видео
Ссылки
Контакты
Живой журнал
RSS-лента