Владимир Новак

Политическая недальновидность
или неточность объяснений?

В последнее время коммунистическое движение страны оповещено об учреждении новой политической партии - «РОТ Фронт». В заинтересованных кругах активно ведутся споры как относительно целесообразности данного действия, так и его места в современной борьбе рабочего класса. В значительной степени эти споры вызваны с одной стороны, закулисным характером создания новой партии, с другой - невразумительностью обоснований приводимыми ее организаторами. Во всяком случае, со стороны руководства РКРП. Не будем выяснять, каким образом принималось решение на вхождение во Фронт другими составившими его организациями, но в Постановлении последнего 6-го съезда РКРП одной из задач ЦК было четко определено:

«19. Съезд, поддерживая обозначенную линию на сближение позиций РКРП-РПК и КПСС, ВКПБ, РКП-КПСС, поручает ЦК определиться с возможными формами союзов и объединений с другими группами и организациями на основе принципов марксизма-ленинизма и продолжить эту работу».

Факт, что данная задача решена не была. Но вместо доведения начатого дела до положительного результата, партии предлагается некое новообразование под грозным названием - РОТ Фронт, что не может не вызвать по крайней мере недоумение, поскольку проводится по ненормальной, а если точнее, то противоречащей нормам партийной организации, логике, когда партия сначала ставится перед свершившимся фактом, а уж затем получает объяснения содеянному. К тому же, всё делается с непонятной поспешностью, буквально накануне очередного партийного съезда, который бы мог принять соответствующее решение. Поэтому ссылка на то, что данная идея якобы вызревала уже в течение нескольких лет и наконец-то внезапно дозрела, малоубедительна. Видимо съезд узаконит действия ЦК, но… уже по осуществленному событию, т.е. задним числом. Поэтому не случайны и вполне оправданы возмущения и протесты части коммунистов такой «оперативностью» своего ЦК, фактически ведущим работу за спиной партии. Однако больше сомнений порождает невразумительность обоснований ЦК своих действий. Создается впечатление, что и сами руководители не совсем убеждены в правоте свершенного. О чем можно судить хотя бы по стилю их «объяснений» и «доводов», представляющих собой сочетание косвенных исторических ссылок, общих фраз и намеренно подобранных оппонентов. Так, к примеру, большинство объяснений строится на противопоставлении позиции руководства РКРП-РПК мнению КПРФ, т.е. партии, которая во всех документах РКРП характеризуется как оппортунистическая. Члены РКРП уже с 1993 года признали позиции КПРФ порочными и потому использование их критики в качестве убеждающих доводов малозначимо. Тем не менее, основная часть «убеждений» построена именно на полемике с КПРФ, в которой не столько доказывается правота собственной позиции, сколько обличается неправота позиции КПРФ. Сомнительна и линия опровержения критических суждений более коммунистичных оппонентов, стиль которой как раз свидетельствует об отсутствии убедительных аргументов. Именно в таких случаях конкретные доводы подменяются звонкими декларациями и налепливанием предосудительных ярлыков. Так, в статье о «друзьях рабочих», которые якобы вдалеке, ответ на их замечания предваряется либо безапелляционной начальной установкой, что это «упреки со стороны товарищей троцкистов», либо пренебрежительным намеком о неких литераторствующих членах РКРП. В то же время вместо четких и вразумительных ответов на предъявляемые упреки им дается указание заглянуть в коммунистические буквари. Далее приводятся не собственные доказательные обоснования, а назидательные воззвания типа заявлений о необходимости классовой организации рабочих. Но ведь этого никто и не оспаривает. Разве что КПРФ, для которой задача классовой организации вообще не ставится. Или разве кто-то оспаривает, что «экономическая борьба является неотъемлемой частью общеклассовой борьбы»? Оспаривается способ решения задачи. Который через РОТ Фронт для части партийцев представляется не только сомнительным, но бесполезным или даже вредным. И как раз эти сомнения не развеиваются в разъясняющих статьях и заявлениях руководства, а подменяются общими рассуждениями и ссылками на некие аналогии. В частности на исторические примеры борьбы методом широкого классового фронта. Однако и здесь больше возникает вопросов, чем дается ответов, поскольку, если речь идет о классовом (!) фронте, то как понимать объединение с АВН Мухина. Пример Греции тоже не подходит, т.к. там имеют место не две самостоятельных рабочих партии, как в нашем случае, а партия и, находящееся с ней в контакте, объединение трудящихся. То есть в этом примере попросту имеет место сознательное или нет, но искажающее действительность, а потому настораживающее, передергивание. Дело не просто в форме организации трудящихся, а в форме, которая меняет весь характер ее борьбы. Или кому-то представляется, что партия рабочего класса и объединение трудящихся суть одно и то же? И уж совсем чудовищно использование для поддержки своих взглядов, тезисов бесноватого Адольфа. Тем более, что они вызывают определенные аналогии в связи с формированием второй партии.

Наибольшее сомнение вызывает главный довод учредителей Фронта, что Фронт создан для лучшей организации трудящихся [выделено - ВН] на проведение решительной борьбы за свои права». Пожелание, несомненно, благое. Но ведь нет оснований для утверждения, что в вопросах перспектив рабочего движения у АВН и РКРП нет идеологических расхождений. Разве АВН где-нибудь признала коммунистическую перспективу рабочего движения? Если же нет принципиальных расхождений в идеологии, то АВН просто должна признать себя коммунистической партией и объединиться с РКРП не на какой-то нейтральной, плюралистической, а на принципиальной позиции. Поэтому нет оснований считать убедительным утверждение, что «одинаково (?!) ставя задачу борьбы, РКРП и АВН расходятся лишь в тактике (?!) достижения цели». Признавая такое положение вещей за нормальное, Фронт обрекает себя на анархию, а его руководство на недееспособность, поскольку расхождение в тактике есть практическое подтверждение расхождения в идеологии. Видимо составители текста не понимают, что описание партийной тактики и составляет часть партийной идеологии. Утверждать, что можно одинаково ставить задачи борьбы, но расходится в вопросах тактики, это все равно, как если бы Жуков отдал фронту приказ на наступление, все сказали «Есть!», а роты, по сигналу «зеленая ракета», начали бы судорожно окапываться с криками «Ура! За Родину! За Сталина!».

Решающим положением марксистского представления об организации пролетариата является мысль, что только коммунистическая партия способна поднять рабочий класс и все трудящиеся массы до уровня классовых интересов пролетариата. Ибо только коммунистическая партия способна совлечь рабочий класс с позиций тред-юнионизма, объединить его и превратить в самостоятельную политическую силу. Только коммунистическая партия единственная организация, способная централизовать руководство борьбой и тем превратить все и всякие беспартийные организации рабочего класса в обслуживающие органы и приводные ремни общего коммунистического движения. Вот почему партия есть высшая форма классового объединения пролетариев. Чтобы выполнить эти задачи коммунистическая партия должна быть не простой суммой партийных организаций, а единой системой этих организаций, с высшими и низшими органами руководства, с подчинением меньшинства большинству, с практическими решениями, обязательными для всех членов партии.

Как говорит Ленин:

«…коммунистическая партия сможет выполнить свой долг лишь в том случае, если она будет организована наиболее централистским способом, если в ней будет господствовать железная дисциплина …если ее партийный центр будет являться властным авторитетным органом с широкими полномочиями, пользующимся всеобщим доверием членов партии» («Условия приема в Коминтерн»).

Из сказанного вытекает безусловность требования недопустимости фракций в партии. Поскольку существование фракций несовместимо ни с единством партии, ни с ее железной дисциплиной, т.к. наличие фракций ведет к существованию нескольких центров, что означает отсутствие общего центра, разбивку единой воли, ослабление и разложение дисциплины, ослабление и разложение диктатуры. Отсюда решительное требование Ленина о «полном уничтожении всякой фракционности» и «немедленном роспуске всех без изъятия образовавшихся на той или иной платформе групп» под страхом «безусловного и немедленного исключения из партии» (из резолюции «О единстве партии»). Неуклонное проведение этих принципов есть ленинизм в организационном вопросе. Что же предлагается сегодня? Создание даже не фракции, а целой, фактически параллельной, партии. При этом еще с непонятным восхищением подчеркивается, что «партия РОТ Фронт организация гораздо более широкая, чем коммунистическая партия». Но о каком улучшении организации трудящихся можно говорить при создании второго центра руководства пролетарским движением. Что скорее внесе сбои в руководство движением, не даст ни выработать единую общую линию борьбы, ни побудить все пролетарские силы провести эту линию в жизни, т.е. не позволит вести успешную борьбу с капитализмом. Думается, что, в силу как раз гораздо большей широкости РОТ Фронта и по сути устанавливаемого попустительства со стороны коммунистов, в коммунистическом движении быстрее возобладают не коммунистические, а некие тред-юнионистские «общечеловеческие» ценности. То есть политическое руководство классом будет подменено заигрыванием с размытой социальной средой. Тем самым, Фронт выходит на меньшевистские позиции начала ХХ-го века. Поэтому признавать двухпартийность улучшением организации с марксистской точки зрения не просто нелепо, но преступно.

Так как главный довод видится весьма сомнительным, то естественно предположить иные причины происходящего. Во всех спорах прорывается мнение, что действительной целью образования РОТ Фронта является создание подзаконной организации для более активного ведения легальной борьбы в современных реальных условиях нынешнего буржуазного государства. Если поставить вопрос таким образом, сделать его решающим и сказать об этом открыто, то позицию ЦК можно будет понять. Однако ЦК почему-то большей частью пытается от нее откреститься. Но настолько ли это плохо, чтобы ее стыдиться и бояться прямого разговора? Конечно, если иметь ввиду лишь продвижение в буржуазные государственные органы партийного руководства, а на такую мысль как раз наталкивает закулисный характер происходящего, то она вряд ли найдет поддержку в рядах партии и отсюда скрытность, слабость доводов, возмущения и сомнения членов партии. С другой стороны, если ставить вопрос прямо, честно, а дело вести по-марксистски, то проделанная работа, безусловно, будет признана полезной и важной.

Повторим уже неоднократно ранее высказываемое мнение относительно этого вопроса.

Коммунисты и буржуазный парламентаризм

Участвовать или не участвовать в избирательных кампаниях и буржуазных парламентах? Марксизм определяет, что во всемирно-историческом смысле, эпоха буржуазного парламентаризма кончена. Это бесспорно. Однако политически парламентаризм не только не изжит, поскольку в него еще верит значительная часть трудящихся, но и до его практического преодоления еще очень далеко. Потому участие в предвыборной борьбе и затем в борьбе на парламентской трибуне обязательно для партии революционного пролетариата. Пока коммунисты не в силах ликвидировать буржуазные парламенты и любые иные реакционные учреждения, они обязаны работать внутри них именно потому, что есть еще рабочие, одураченные буржуазией, СМИ, попами, забитые невежеством. Именно в целях воспитания отсталых слоев своего класса, именно в целях пробуждения и просвещения неразвитой или заболваненной массы. Опытом большевиков доказано, что участие в буржуазном парламенте не только не вредит революционному пролетариату, но облегчает ему возможность доказать отсталым массам, почему такие парламенты заслуживают ликвидации, облегчает успех их ликвидации, облегчает политическое изживание буржуазного парламентаризма. Большевики участвовали в самых контрреволюционных парламентах и опыт показал, что такое участие было не только полезно, но и необходимо после поражения первой буржуазной революции 1905 года, для подготовки второй буржуазной в феврале 1917-го и социалистической в октябре 1917-го.

Парламент ненавистен коммунистам, ибо трудно себе представить нечто более двуличное, лицемерное, подлое, изменническое, чем поведение буржуазных парламентариев по отношению и к своим избирателям, и вообще к судьбам собственного народа. Примеров тому предостаточно как в российской Думе, так и в украинской Раде, и в киргизском Парламенте. Да, для настоящего коммуниста-революционера не подлежит сомнению, что крупная стачка важнее парламентской деятельности всегда. Но нельзя поддаваться эмоциям и настроениям - это не только неразумно, а прямо преступно. Современному революционному движению, несомненно, нужно и полезно свое представительство в парламенте. Во-первых, расширяются возможности по обличению капитализма, буржуазного строя, буржуазного «демократизма» с его парламентаризмом и т.д. Во-вторых, в интересах движения используются материальные и иные средства, предоставляемые буржуазным государством депутатам парламента. В-третьих, осуществляется какое никакое, но влияние на принимаемые буржуазией решения. Так что вопрос участвовать или не участвовать в нынешних парламентах для современных коммунистов практически не стоит и оспаривается лишь перебивающимися скандальностью карикатурными «марксистами».

Иное дело кто должен представлять коммунистов в буржуазных парламентах, или какой ценой в них пробиваться. Вот здесь взгляды значительно расходятся. Сейчас в рядах коммунистов сформировалось и бытует мнение, что наиболее эффективно и полезно действовать с парламентской трибуны в интересах трудящихся масс способно лишь наиболее подготовленное и облеченное партийной властью руководство партий. Однако такое суждение не соответствует марксистскому пониманию роли и задач участия коммунистов в буржуазных парламентах. Ибо последовательный марксист всегда отдает отчет, что ни через какой буржуазный парламент центральная цель коммунистов - ниспровержение господства буржуазии, достигнута быть не может и потому он видит в парламентской деятельности не основную, а всего лишь вспомогательную роль. К тому же, в отличие от любого оппортуниста, далеко не самую важную. Но раз задача участия все-таки стоит перед коммунистами и они вынуждены ее решать, то решить ее надо с максимальной пользой и минимальными затратами для коммунистического движения. Тут сразу представляется сомнительной необходимость выдвижения для исполнения подсобных ролей основных сил партии. Более разумно руководителям партии заниматься решением ее главных задач и не растрачиваться на второстепенные. Исходя же из тех целей, которые коммунисты ставят перед своей парламентской деятельностью - просвещение рабочей массы и воспитание ее революционности, то для их достижения наиболее эффективным будет депутатство грамотного рабочего, причем рабочего от станка. Пусть корявее выскажет рабочий свою мысль, но она будет, безусловно, понятнее и доходчивее для масс, из которых он вышел, которых представляет и к которым обращается. Партия же обязана организовать своему рабочему депутату всестороннюю поддержку и интеллектуальное обеспечение. Его знание рабочей среды и свежесть социалистических убеждений соединенные с политическим профессионализмом партии способны обеспечить максимально действенное ведение борьбы с парламентской трибуны.

Стихийный подъем рабочего движения все больше выдвигает талантливых организаторов, пропагандистов, практиков из рабочих, которые беззаветно преданы своему классу, целям его освобождения и которым всецело доверяют самые широкие массы. Именно из них формируется революционная армия коммунистов. Поэтому внимание партийного руководства должно быть больше обращено на то, чтобы поднимать рабочих до революционеров и рабочие массы до революционной активности, а не на грамотность краснобайства с парламентской трибуны. Оно обязано заниматься тем, чтобы поставить всякого способного рабочего в такие условия, при которых его способности могли бы получить полное развитие и полное применение. В том числе помогать всякому выдающемуся по своим способностям рабочему превращаться в профессионального бойца - агитатора, организатора, пропагандиста т.д., включая депутата, без чего невозможно вести борьбу с великолепно обученным противником.

Другое дело оппортунистическая позиция, которая, следуя в хвосте за буржуазной, исходит из упования на решающие возможности буржуазного парламентаризма. Вот тут уже логично вытекает потребность в «грамотных» и «известных» авторитетах. Но это есть оппортунистический подход. Не только оттого, что уводит революционную борьбу в бесперспективную погоню за миражами. Он выказывает неверие в способность рабочего отстаивать интересы своего класса в парламенте и препятствует проникновению в буржуазный парламент, через рабочего депутата, революционного духа рабочего класса, воспитательного воздействия такого духа на массы с парламентской трибуны. Что гораздо опаснее для буржуазии, чем красноречивое мудрствование партийного чиновника. К тому же довод об исключительной полезности «авторитетов» в парламенте уже достаточно развенчан парламентской практикой и КПРФ, и КПУ. Во многом ли преуспело, к примеру, руководство КПУ, которое практически в полном составе, включая областной уровень, уже на протяжении почти двух десятилетий входит в Верховную Раду Украины и составляет в ней так называемую коммунистическую фракцию? На много ли их квалификация и численноcть улучшили положение трудового народа Украины, повысили его революционность или хотя бы подняли авторитет партии? КПРФ тоже мало чем может похвалиться. И ожидать изменений к лучшему не приходится, ибо не для того господствующим классом был изобретен парламент, чтобы работать в интересах угнетаемого им народа. Напротив, весь буржуазный «демократический» парламентаризм приноровлен именно к задачам угнетения и эксплуатации этого народа. Потому вся «борьба» в буржуазном парламенте за интересы трудящихся, будь она грамотной или неграмотной и независимо от мелочных успехов закономерно оборачивается продолжением ухудшения положения трудящихся.

Не менее острым для коммунистов нашего времени является вопрос проведения своих депутатов в буржуазный парламент. Проблема состоит в том, что сегодня коммунистические идеи представляются в буржуазных парламентах не коммунистами-марксистами, а оппортунистическими соглашателями. Прежде всего, это КПРФ и КПУ, которые марксистской фразеологией, лозунговой демагогией, всевозможными обманными ухищрениями спекулятивно обыгрывают примитивную тоску обывателя по благополучию социалистического прошлого. Хотя не только имеют мало общего с достижениями предыдущих поколений коммунистов, но, напротив, как раз их усилиями были сданы все завоевания социализма и сейчас укрепляется капитализм. В частности, приняты буржуазные конституции, поддержаны многие законы, утвердившие в обществе буржуазные порядки. Тем не менее, фактом является то, что массы избирателей, несмотря на очевидность предательств, совершенных и совершаемых такими «коммунистами» в стенах парламентов едва ли не ежедневно, наивно продолжают видеть в них основную надежду на улучшение своего положения. Значительно способствует тому буржуазная пропаганда и ее СМИ, которые, понимая жизненную значимость для сохранения буржуазного строя подобных «коммунистов», сознательно подыгрывают им, помогают в поддержании соответствующего «коммунистического» имиджа, выставляют их единственно якобы «правильными» и «современными» коммунистами в противопоставление беспощадно третируемым коммунистам действительным.

Здесь возникает ряд вопросов.

Идти ли коммунистам ради проведения своих представителей в парламент на союз с некоммунистами и какой ценой? Не спасают ли коммунисты, за пару мест в парламенте, получаемых от некоммунистов, разваливающийся под напором действительности оппортунистический корабль? И могут ли вообще в таком случае оставаться коммунистами те, кто, прекращая или сокращая под любыми предлогами прямое противоборство с оппортунистами, отступается от бескомпромиссности ленинского указания, что борьба с оппортунизмом есть необходимейшее условие подготовки пролетариата к победе? Бесспорно, для коммунистов первостепенным вариантом должно быть объединение исключительно коммунистических организаций, идеологические позиции которых соответствуют марксистско-ленинским. Даже в случае если оно бесперспективно для какой-то данной избирательной кампании. Ибо отказываться от использования предвыборных возможностей для активных разоблачений буржуазной системы и всяких ее лакеев под оправданием бесперспективности значит подчиняться стихийности приспособленчества и тем уподобляться оппортунистам, для которых всегда желательна та борьба, которая возможна, а возможна та, которая идет в данную минуту. В то же время был бы абсурдным полный и безоговорочный отказ от союзов с другими политическими организациями, включая и либерально-буржуазные, демократические. Относительно КПРФ-КПУ все станет на свои места, если, не греша против истины, прямо признать их разновидностью партий буржуазных, левым крылом этих партий. В соответствие с тем и строить отношения с ними. Тогда не только допустимо, но желательно, взаимное определение тех сближающих «ЗА», на основе которых возможен поиск компромиссов и построение какого-то союза.

Здесь необходимо напомнить ленинское суждение о компромиссах. Капитализм характерен тем, что окружен массой чрезвычайно пестрых переходных типов - от пролетария к полупролетарию, от полупролетария к крестьянину и т.д., что внутри самого пролетариата имеется деление - более или менее развитые слои, землячества, профессиональные и т.д. Отсюда проистекает необходимость прибегать к лавированию, соглашательству, компромиссам с разными группами пролетариев, с разными партиями рабочих и даже мелких хозяйчиков. Однако: «Все дело в том, чтобы уметь применять эту тактику в целях повышения, а не понижения, общего уровня пролетарской сознательности, революционности, способности к борьбе и к победе» (Ленин, «Детская болезнь…»).

Относительно оппортунистических КПРФ и КПУ. Как и все оппортунисты, они неизбежно колеблются между буржуазией и пролетариатом, между буржуазной демократией и демократией пролетарской, между реформизмом и революционностью, между рабочелюбием и боязнью пролетарской диктатуры и т.д. Поэтому правильная тактика коммунистов должна состоять не в игнорировании, а в использовании этих колебаний, что требует уступок тем элементам, какие, когда и поскольку поворачивают к пролетариату, наряду с борьбой против тех, кто поворачивает к буржуазии. В результате такой тактики оппортунизм распадается, изолируя оппортунистических вождей и переводя в коммунистический лагерь лучших рабочих, лучшие элементы от мелкобуржуазной демократии. Это длительный процесс и скоропалительными отказами от лавирования и компромиссов можно только повредить делу усиления влияния революционного пролетариата и увеличения его сил.

Не менее важным является и вопрос отношения коммунистов к всевозможным реформам. Этот вопрос наиболее четко пояснил И.Сталин. Чем отличается тактика коммунистов от оппортунистической? Ленинизм не против реформ, компромиссов и соглашений вообще. Но для него главное - революционная работа, а реформы есть побочный продукт революции, который пролетариат превращает в орудие разложения власти, в орудие укрепления революции, в опорный пункт для дальнейшего ее развития. Революционные коммунисты включали и включают в свою деятельность борьбу за реформы, но эту борьбу подчиняют, как часть целому, революционной борьбе за социализм и свободу. Революционер использует реформы как зацепку для сочетания легальной работы с нелегальной, использует ее как прикрытие для усиления нелегальной работы по подготовке масс к свержению буржуазии. В отличие от оппортунистов, для которых реформы все и потому реформизм у них обращается в орудие укрепления власти буржуазии, в орудие разложения революции. Они приемлют реформы, чтобы отказаться от всякой нелегальной работы, подорвать дело подготовки масс к революции и почить под сенью дарованных реформ.

Возвращаясь к парламентским кампаниям еще раз отметим, что для коммунистов, несомненно, наиболее предпочтительным вариантом участия в них является борьба под собственными лозунгами, ибо, хотим или нет, но любое блокирование предполагает ограничение собственных действий, жертвование какой-то частью собственных позиций. Однако, исходя из существующего положения, когда доверие масс еще не завоевано и эти массы в достаточной мере еще не привлечены под лозунги и на сторону коммунистов, приходится приспосабливаться, присоединяясь к чужим, близким по сути, или согласованным сообща лозунгам. Поэтому блокирование с другими партиями и организациями, в ходе избирательных кампаний и при действиях уже внутри парламентов, на основе заключения всевозможных компромиссных соглашений, в данное время является наиболее действенным для коммунистов способом ведения собственной борьбы и усиления своего положения.

Из вышесказанного можно вывести, что всякие союзнические контакты коммунистов с иными политическими силами должны носить лишь тактический характер, а всякие объединения с ними проводиться исключительно в форме блокирования. В связи с тем, видится абсолютно недопустимым выдвижение руководителей коммунистических организаций кандидатами в депутаты буржуазных парламентов по партийным спискам некоммунистических, включая КПРФ-КПУ, партий. Сам факт предложения своих руководителей в списки таких партий есть признак незрелости коммунистической организации, ее неспособности к стратегическому мышлению, неумению выделять главное и жертвовать ради него сиюминутным. При отдельных договоренностях в такие списки могут вводиться члены организаций, но лишь рядовые и непременно из непосредственных представителей рабочего класса, крестьянства, трудовой интеллигенции. Первым лицам партии, которым, вплоть до уничтожения буржуазного строя, надлежит отдавать все свои силы руководству партией и открыто провозглашать коммунистические взгляды, не пристало юлить на виду у всех, выгадывая как бы не сдать свои позиции и не очень больно обидеть проведшую его в парламент организацию. Выдерживание приведенных положений позволит коммунистам сохранить принципиальность собственной идеологической позиции и своих лозунгов, обеспечить себе достаточные пропагандистские возможности, усилить разоблачение оппортунистических сил.

Для завершения необходимо еще раз особо выделить, что последовательный коммунист, при любых обстоятельствах исходит из признания того, что единственной по-настоящему демократической и потребной современному обществу политической системой является не буржуазный парламент, а пролетарские Советы. На основе которых только и возможна замена диктатуры буржуазной диктатурой пролетарской.

Если так ставить вопрос, открыто и честно называя вещи своими именами, то все станет на свои места и все действия получат обоснованное оправдание. Пока же ясности нет. Хуже, на наш взгляд, несмотря на бравурный оптимизм сторонников РОТ Фронта, что его линия отдаляет от фронта классовой борьбы не неких отдельных «друзей рабочих», а собственно рабочий класс. Ибо, во-первых, подрывается роль коммунистической партии, как единственной организации способной поднять рабочий класс и все трудящиеся массы до уровня классовых интересов пролетариата. Во-вторых, создание второго центра руководства разобщает пролетарское движение, разбивает единство его воли, разлагает и ослабляет дисциплину. Подобное приемлемо лишь для оппортунистических организаций, не желающих вести пролетариат к власти, но не для партии коммунистов, строящей свою работу на основе задач завоевания и укрепления диктатуры пролетариата. Однако более всего удивляет и озадачивает, что, используя исторические примеры (привлекая даже Гитлера), опускается самый важный исторический опыт коммунистов - практика Советов. Которые являются той единственной политической формой, в рамках которой возможно совершение освобождения пролетариата и полная победа социализма. Ибо только Советы, охватывающие всю угнетенную и эксплуатируемую массу, являются наиболее мощными органами революционной борьбы масс, политических выступлений масс, органами способными сломить тиранеию капитала и его политических придатков. Только Советы способны заменить буржуазную псевдодемократию демократией пролетарской, способны стать основой пролетарской государственной власти. Не некие Фронты, а система Советов при несомненном и неформальном авторитете комунистов, означающих на практике союз коммунистов и беспартийных - вот исторически определенный и оправданный путь к победе.

Так с чем мы сегодня имеем дело? С ложностью позиции или неточностью ее определения? В любом случае, вся полемика вокруг РОТ Фронта свидетельствует о крайне низкой теоретической подготовке партии. Вопрос о том недавно поднимался т. Подгузовым, но тут же был подвергнут обструкции. Как видим, зря, поскольку торжествующее невежество лишает коммунистов их главного преимущества, которое состоит в том, что научная теория позволяет коммунистам понимать условия и ход рабочего движения, видеть его общие результаты и правильно руководить этим движением, демонстрируя мудрость, продуктивность, гибкость, а когда обстановка требует, то и героизм.

Апрель 2010
Написать
автору письмо
Ещё статьи
этого автора
Ещё статьи
на эту тему
Первая страница
этого выпуска


Поделиться в соцсетях

Рейтинг@Mail.ru Rambler's Top100
№2(27) 2010
Новости
К читателям
Свежий выпуск
Архив
Библиотека
Музыка
Видео
Ссылки
Контакты
Живой журнал
RSS-лента