Роман Огиенко

Он, тоже, хотел, как лучше, но...,
или
почему так слепы «поводыри» народа?

От редакции «Прорыва»: В антисоветские годы, частенько, усопших атеистов отпевают попы. По воле родственников. Присутствующие, в большинстве своём, женщины, стоят с мокрыми от слёз щеками, мужчины - хмурятся, а попы, отпевающие покойного, время от времени, согласно канонам, провозглашают: «Слава богу…». На днях, может быть, будут отпевать отошедшего в лучший из миров, известного антисоветчика-писателя Войновича. И мы опять, наверное, услышим: «Слава богу». Но, уж когда отпевали С. Говорухина, точно, было многократно повторено: «Слава богу!».

Развал СССР уже обошелся вымиранием миллионам людей, и это не предел. Разумеется, ближайшими властительными виновниками геноцида и гражданских войн, религиозного и националистического терроризма на просторах бывшего СССР являются Горбачев и Ельцин, но и Говорухин, с его всесоюзной популярностью, сделал своими фильмами по «истории» СССР, огромный вклад в то, что «Великая криминальная революция» в СССР состоялась во всех республиках и, на фоне этого небывалого разложения общества, на реальном материале, Говорухин снял фильм о самосуде - «Ворошиловский стрелок».

В эти дни, когда уходят последние мастера искусств, творившие в советские годы произведения, фактически, антисоветского содержания, и не создавшие ничего значительного при капитализме, журнал предлагает вниманию наших читателей статью Романа Огиенко об ответственности художника перед народом и историей.

- Покрасьте меня, - просит Лоскут. - Я уже себе и палку подобрал для древка. Остаётся только покраситься.
- В какой же тебя цвет - в зелёный, чёрный или оранжевый?
- Я плохо разбираюсь в цветах, - мнётся Лоскут. - Мне бы только стать знаменем.
Ф. Кривин, «Полусказки».

Умер Говорухин. Я не стану оценивать его творчество с художественной точки зрения, возможно, он действительно был талантливым режиссёром, а может быть и нет, это не принципиальный вопрос, но, как бы там ни было, Говорухин сумел снискать всенародную любовь благодаря, главным образом, экранизации «Эры милосердия» братьев Вайнеров. К слову сказать, в 90-е годы эти два «инженера душ человеческих» в своих интервью признавались, что на самом-то деле не верили в «эру милосердия» и вообще много натерпелись от советской власти. Еще бы! Мирная советская жизнь не радовала детективщиков сюжетами: убийцы, насильники, а тем паче грабители-налётчики в страшном дефиците! Приходилось братьям, сжимая фигу в кармане, писать свои книжки не о кровавых похождениях обаятельных мафиози, а про созидания советского народа. Говорухиным же экранизация была снята по принципу «и вашим и нашим», поэтому рассмотреть классовые корни сего фильма представляется проблематичным, впрочем нас в его творческой биографии интересует иной эпизод…

С 90-го по 94-й год Говорухиным была снята трилогия документальных фильмов: «Так жить нельзя», «Россия, которую мы потеряли» и «Великая криминальная революция». Пожалуй, без преувеличения можно сказать, что первый фильм, «Так жить нельзя», стал настоящим гимном всех перестройщиков, центральные советские СМИ, подконтрольные Яковлеву, дали максимальное распространение данному фильму: его показывали в кинотеатрах, по телевидению, был даже организован коллективный просмотр для депутатов Верховного Совета.

Любопытно то, что многочисленные плакальщицы старательно избегают упоминания обозначенных выше фильмов, даже в рупоре либеральной пропаганды, Новой Газете, в некрологической заметке из всех творений режиссёра вспомнили лишь «Место встречи изменить нельзя», а про документальную трилогию дипломатично умолчали.

Я остановлюсь на рассмотрении лишь первой картины трилогии, ибо она дает нам весьма богатый материал для размышлений.

Итак, первая часть фильма называется «Что такое преступность?» с подзаголовком «Советская милиция и международный опыт борьбы с преступностью». Фильм начинается с уголовной хроники. Вот нам на весь экран показывают лицо явно нетрезвого мужичка, а закадровый голос Говорухина сообщает нам, что этот мужичок только что убил человека; остывающее тело с ножевым ранением нам продемонстрировали секунду назад. Возле тела сидит заплаканная женщина. В квартире почему-то темно, что порождает особенно зловещую атмосферу; место преступления и лицо убийцы освещают фонариком. Дальше нам демонстрируют женщину, которая заморила голодом двоих собственных детей. А вот мы в зале суда: на скамье подсудимых шестеро молодых людей, их обвиняют в изнасиловании и убийстве девятиклассницы. Подсудимые ведут себя развязно, пафосная речь обвинителя веселит их, понятно, что они не испытывают ни капли раскаяния и не бояться правосудия. И что же? Суд выносит непосредственному убийце девушки удивительно мягкий вердикт: 5 лет лишения свободы, как сообщает нам Говорухин.

От леденящей душу уголовщины Говорухин неожиданно переключается на иную тему. Нам показывают видеоряд и голос Говорухина спрашивает:

«Как вы думаете, что это за „блошиный“ рынок? - И отвечает: - Это ГУМ, главный магазин страны. Тот самый, что напротив Мавзолея на Красной площади - сердца нашей Родины».

Камера показывает издали пойманного с поличным спекулянта. Автор с грустью в голосе комментирует:

«Ну и что? Ну, проведут с ним беседу, что это изменит? По-другому стоит поразмышлять. Подавляющее большинство спекулянтов - совсем молодые люди, наше будущее. Это им достанется страна, они будут хозяйничать в ней, руководить ею. Вероятно, в биографии политического деятеля будущего никого уже не удивит, скажем, такая строка: в молодости занимался фарцовкой».

Это - всё. Дальше Говорухин переходит к проблеме проституции. А ведь Говорухиным был поставлен действительно очень важный вопрос о причинах образования и развития на теле советского общества раковой опухоли спекуляции. Предложив нам поразмышлять «по-другому», Говорухин ударяется в пространные рассуждения про молодежь и будущее. Опять же, вопрос: какая же дурная сила толкает молодых людей - бывших пионеров, а ныне комсомольцев, возможно, членов коммунистической партии - массово идти в фарцовщики, кто этот «педагог», воспитывающий у молодежи беспринципную жажду наживы? Но искать ответы на эти все вопросы в фильме Говорухина тщетно; а между тем, если бы режиссер последовал собственному совету и крепко поразмышлял бы, перечитал работы Ленина и Маркса, не говоря уже о Сталине, то содержание фильма, возможно, было бы совсем иным… Но Говорухин просто ставит галочку - молодежь наша пропащая и следует дальше по язвам перестроечного Союза.

Но вот на двадцатой минуте фильма, после череды описаний леденящих душу преступлений, мы неожиданно перемещаемся в Соединенные Штаты. И первым делом нам показывают девушек, которые ходят возле магазина в шикарных шубах, завлекая покупателей: «шубы, покупайте шубы!»; прохожие с равнодушием проходят мимо зазывал. Казалось бы, причем здесь это? Еще секунду назад нам рассказывали, как женщине отрезали ухо, а угонщик сжег живьем своих раненых подельников - и вдруг Америка, так еще и шубы! А дело в том, что режиссер вознамерился провести сравнительный анализ между советским милиционером и американским копом, но чтобы приступить к данному действию, ему, прежде всего, необходимо опровергнуть марксистский тезис о загнивании капитализма, и сцена с шубами, с точки зрения режиссера, прекрасно справляется с этой задачей.

С хрущевской подачи «догнать и пережрать» самую зажравшуюся страну в советском обществе были посеяны зерна мещанства и к 80-м они дали обильные всходы и опутали собою сознание масс. Для того, чтобы продемонстрировать свой «статус» обыватели гонялись, словно бешеные кобели, за коврами, хрусталем, фарфором и прочими малополезными в хозяйстве, но редкими вещами. Одев свою жену в дорогую шубу, мещанин демонстрировал свое превосходство, подчиняясь животному анахронизму - стремлению доминировать над окружающими. И вот такой мещанин видит в фильме Говорухина, как людей буквально умоляют купить шубу, а они с равнодушием проходят мимо магазина - «живут же люди!», с ядовитой завистью думает советский мещанин; то, что большая часть американского пролетариата банально не может позволить себе шубу ему в голову как-то не приходит. Чтобы подчеркнуть для зрителя то обстоятельство, что американский народ, якобы, утопает в мехах, камера демонстрирует нам бабушку божий одуванчик, которая стоит, как сейчас принято выражаться, с одиночным пикетом, требуя американцев немедленно прекратить истребление животных ради их шкур.

Но режиссер решает, что довольно лирического отступления - и мы возвращаемся к уголовной тематике. Нам демонстрируют объявления следующего содержания: «2.000$ тому, кто поможет арестовать человека, ломающего автоматы», «10.000$ за любую информацию об убийстве полицейского». Говорухин сопровождает эти объявления фразой: «с преступностью можно бороться и такими методами», как бы намекая, что неплохо было бы перенять такую «замечательную» практику. Его абсолютно не смущает вопрос: отчего же благочестивые американские граждане меньше чем за 10 тыс. не желают оказывать содействие родным органам правопорядка?

Далее мы видим бедолагу, которого ограбили, сломав ему ногу и выбив глаз. Он рассказывает, что это произошло в Южном Бронксе. Съемочная группа направляется туда. Из едущей машины нам демонстрируют окрестный пейзаж: выглядит он просто ужасно - такое впечатление, что здесь недавно прошли ожесточенные боевые действия, а ведь это Нью-Йорк - витрина «западного образа жизни»! Говорухин, как бы между делом, небрежно сообщает зрителю:

«Грязь, мусор, запустение, сожженные дома, преступность, наркобизнес… Неисчерпаемый материал, дававший пищу советским журналистам».

Вот так вот, дорогой читатель, оказывается один несчастный район ДОЛГИЕ ГОДЫ давал пищу советским журналистам. Вы только вообразите себе эту картинку! Вот редакция поручает журналисту сделать материал о социально-экономической ситуации в США, и журналист сразу же отправляется «проторенной дорожкой» в Южный Бронкс и старательно ищет уголок, который за долгие годы еще не зафиксировал советский объектив, он ведь не хочет, чтобы советские люди заподозрили, что в качестве иллюстрации загнивающего американского империализма используют один и тот же район! Смех смехом, но Говорухин, судя по интонациям, искренне убежден, что вся Америка - это один сплошной Бродвей и только лишь в одном или двух районах Нью-Йорка отчего-то царит «грязь, мусор, запустение» и за 6 долларов неосторожному прохожему могут выбить глаз и сломать ногу! Однако же в любом американском мегаполисе можно найти свой «Бронкс», т.е. резервацию для бедняков, ибо нищета - важнейшая деталь функционирования механизма капиталистической экономики. Я уже не буду говорить о депрессивных городах, коих в США предостаточно.

«90% преступников в Америке - „цветные“» - заявляет далее Говорухин.

Естественно у зрителя возникает вопрос, отчего же такой невероятный этнический перекос? Говорухин с видом знатока объясняет зрителю:

«Как это случилось - отдельный разговор, корни далеко, в далекой истории. Когда-то африканских рабов привезли сюда в кандалах, теперь белая Америка расплачивается за давние преступления».

Прелестное объяснение! Т.е. причина высокого уровня преступности среди чернокожего населения (если мы исключаем «теорию» о культурной неполноценности «унтерменьшей») заключается в том, что чернокожие, грабя, насилуя и торгуя наркотиками, мстят таким образом «белым» за свое рабское прошлое! Тоже логика! А между тем, если отбросить завуалированный расизм Говорухина и разобраться в сути, то выяснится, что дело здесь в том, что рыночный порядок ставит представителей не «титульной» нации в такие условия, что они не находят для себя иного пути, кроме пути криминального. И это играет на руку капиталистам, позволяя стравливать между собой пролетариев разных рас.

Но вот звучит завывание полицейской сирены - «музыка Нью-Йорка», как поэтично выразился Говорухин, - и перед нами доблестная американская «police». Камера оказывается в гуще событий: кругом мерцают мигалки, множество людей в форме, есть даже один всадник - что же здесь случилось, может быть ограбление банка? Нет, оказывается, двое чернокожих парней пытались затолкать в машину проститутку, она закричала, это заметил прохожий, немедленно сообщил в полицию - и теперь здесь такое столпотворение. Говорухин восхищается действиями властей:

«Случилось совершенно незначительное для большого города происшествие… [описывает] Посмотрите, сколько их наехало! Было оцеплено несколько кварталов, и, конечно, преступников тут же поймали».

Но если бы Говорухин попридержал свой восторг и хоть немного поразмышлял над вопросом, почему же из-за столь незначительного, как он сам выразился, происшествия (очевидно нередкого) потребовалось перекрывать несколько кварталов (!), задействовать такую кучу полицейских, то он, наверное, оценил бы данный эпизод совершенно иначе. Раз для поддержания элементарного порядка на улицах города требуются такие колоссальные усилия, то значит, полиция работает очень скверно, по сути, она просто не контролирует ситуацию в городе.

Съемочная группа знакомиться с женщиной-полицейским по имени Кэли, она демонстрирует ножи, которые успела изъять с напарником за время дежурства, среди них есть особенный экземпляр - внушительный клинок, «такие предназначены для убийства», поясняет Кэли. Она говорит, что в Нью-Йорке все носят холодное оружие, ибо: «они боятся и должны защищать себя».

Далее Говорухин решил затронуть материальную сторону дела. Зрителю сообщают, что семья полицейского, погибшего при исполнении, может получить хорошие деньги - до полумиллиона долларов, и Говорухина ничуть не смутила ироническая шутка одного из полицейских, что «моя смерть стоит дороже моей жизни!». Далее происходит разговор с отрядом полицейский в неформальной обстановке. Говорухин интересуется, сколько они получают за свою службу, «да каких-то несчастных 40 тыс. долларов в год!» - с невеселым смехом, отвечают ему. Зритель в этот момент, вероятно, охал - «вот это да!», при средней годовой зарплате в 2 тыс. рублей 40 тыс. долларов казались советскому обывателю просто баснословной суммой. Вся трагикомичность картины в том, что полицейские жалуются на жизнь советским журналистам: они получают низкую зарплату, государство о них не заботиться, а население презирает - но Говорухин со съемочной группой этого просто не замечают! На вопрос, есть ли у нее жених, Кэли признается, что когда с ней знакомятся молодые люди и узнают, где она работает, то тут же ретируются, поэтому ей приходится обманывать, говорить, что она работает в Макдональдсе. Т.е. престиж американского копа, на которого предлагает равняться советским милиционерам Говорухин, ниже, чем у работника забегаловки!

По воле режиссера мы вновь возвращаемся в Союз. Вот камера снимает анекдотичного вида милиционера, охраняющего порядок на улице - съемочная группа как будто специально выискала такой «экземпляр»! Естественное дело, что этот паренек со смешно сидящей фуражкой, символизирующий собою, по произволу Говорухина, всю советскую милицию, явно теряется на фоне крепких бравых молодцев в синей форме с бронежилетами и стильными солнцезащитными очками! В руке у паренька такой символ буржуазно-демократического правопорядка, как резиновая дубинка. Говорухин каверзно интересуется, сколько ему потребуется времени, чтобы достать пистолет из кобуры. «Быстро его не вытащишь - виновато признается милиционер, - секунд 10 потратить». И тут же нам показывают Кэли и ее напарника; вопрос, сколько им требуется времени, чтобы достать пистолет, сильно удивляет их - «да он сам выскакивает [из кобуры], смотри!». «Ты на скорости помешан» - замечает напарник Кэли, видно Говорухин уже порядком утомил их своими странными расспросами.

Таким вот нехитрым путем Говорухин старается продемонстрировать зрителю несомненное преимущество рыночной полиции! Дело даже не в откроенном мошенничестве именитого режиссера (вся проблема милиционера была в том, что ему мешала дубинка - будь у него некий крючок на поясе, то он доставал бы оружие с той же скоростью, что и американские «коллеги», т.е. проблема высосана из пальца), нет, тут всё гораздо печальнее. Это какой же методологический вакуум надо иметь в голове, чтобы определять эффективность работы правоохранительных органов СССР и Америки (сбрасывая со счетов такой принципиальный момент, как различие классовых задач, стоящих перед буржуазной полицией и социалистической милицией), путем того, кто быстрее достанет оружие! Воистину, насколько же уродливые формы принимает невежество! Говорухин не понимает, что рыночное бытие ставит полицейского в такие условия, что секунда промедления, может стоить ему жизни, в то время как милиционер позволяет себе РОСКОШЬ доставать пистолет из кобуры аж 10 секунд! Возможно, мне возразят, что это не роскошь, а простое разгильдяйство, но я напомню, что до начала перестройки милиционеры часто ходили на дежурство без пистолета, с огурцом в кобуре, просто потому, что в этом не было никакой надобности, точно так же, как не было надобности в дубинках, бронежилетах, слезоточивых гранатах, водометах, спецназа и в прочих атрибутах буржуазной демократии.

Говорухин заявлял, что вот, мол, советские журналисты очерняли Америку, демонстрируя «паршивую овцу» - Южный Бронкс, но если бы он вдумчиво пересмотрел собственный отснятый материал, то осознал бы, что он, сам того не заметив, разоблачил миф о процветающей Америке лучше сотни бездарей-журналистов. Собственно, Говорухин уподобился той унтер-офицерской вдове, которая сама себя высекла. Этот интеллигент до такой степени ослеплен религиозным преклонением перед «цивилизованным» Западом, что ему и плевки капиталистического бытия кажутся божьей росой, и хижина дяди Тома воображается дворцом! Поэтому он просто не замечает крик души одного из полицейских:

«Да не слушайте вы их, у нас в полиции Нью-Йорка такой же бардак как во всей Америке! Нас никто не уважает, о нас не заботятся! Вот сюда бы советскую полицию, она бы навела порядок».

Как говорится, не в коня корм!

Кроме США, в фильме есть съемки из Гамбурга, которые должны окончательно убедить зрителя в том, что жизнь при капитализме несравненно лучше, чем при коммунизме. Камера показывает вид квартиры, довольно хорошей, надо сказать. «Кай, - обращается Говорухин к главе семейства, - а сколько ты платишь за квартиру?». «Шестьсот марок, это, примерно, пятая часть моей зарплаты, - отвечает Кай, - правда, не считая воду, газ и отопление - только за жилье». Итак, человек отдает 20% своей зарплаты за одно лишь проживание в квартире, во сколько выходят коммунальные платежи нам не сообщают, нам вообще ничего не сообщают о жизни в ФРГ, лишь преподносят факт - семья немецкого полицейского живет в красивом доме, просторной квартире, имеет хорошую машину, взятую, правда, в кредит (какая это удавка - кредит, Говорухин, естественно, не рассказывает). И тут же контрастная сцена из советской жизни - Чебоксары, семья милиционера живет в коммунальной квартире, где на 4-х человек приходится 9 кв.м комнаты; автомобиля - и того нет. Как говорится, с небес благословенного Запада свалились на грешную советскую землю! Такой вот дешевенькой манипуляцией потчует своих зрителей Говорухин! Понятно ведь, что далеко не все милиционеры в тех же Чебоксарах жили в столь стесненных условиях. Я думаю, что перед нами вопиющий случай, советская власть всегда стремилась выделить семье с детьми отдельную квартиру, и конкретно эта семья обязательно получила бы квартиру через некоторое время, если бы социализм сохранился.

Далее начинается вторая часть фильма «Так жить нельзя», которая названа «Преступники у власти» с подзаголовком «Опыт исследования преступности». Но рассматривать этот, с позволения сказать, «опыт» я не стану, ибо он не представляет ни малейшего интереса. В конце первой части зрителю приводилась статистика: так в 1989 г. зафиксирован рост преступности по стране, составляющий 32% относительно 1988 г. Но в чем же причина роста? Почему Союз накрыла волна преступности? А виною тому… расстрел царской семьи! Не верите? Посмотрите фильм, на 45 минуте утверждается буквально следующее:

«Когда жесточайшее в истории мировой криминалистики преступление ни только не осуждено, ни общество, ни его историки не выразили даже порицания убийцам, следует ли удивляться последующему разгулу преступности».

А случился этот «последующий» разгул преступности спустя 7 десятилетий… Думаю, комментарии здесь излишни. Как говорили латиняне в подобной ситуации, Allons done!

Дальше начинаются стенания о проклятых большевиках, которые замордовали 66 миллионов человек - в качестве источника Говорухин ссылается на книгу рекордов Гиннеса, - уничтожили цвет нации, превратили народ в быдло… короче, дальше уже ничего интересного, всё это мы много раз слышали от господ либералов и националистов.

Но я бы хотел обратить внимание на некоторые эпизоды, которые ярчайшим образом характеризуют логические способности Говорухина. Так, например, Говорухин озаботился вдруг вопросом, сколько было потрачено денег на возведение памятников Ленину, и пришел к выводу, что… страну разорили памятники. Цитирую:

«Новый памятник Ленину в Москве вместе с реконструкцией площади обошелся в 21 млн. рублей. Спрашивается, может ли такая страна не быть нищей?».

Говорухин судит обо всем из норы своего мещанского мировоззрения: конечно, если ему, Говорухину, всучить мешок с 21 миллионом - это будет много, но он не в силах осознать, что в масштабах страны эти деньги - ничто. Рассуждения в духе, что вместо памятника можно было бы построить школу или больницу - пустая демагогия: стране нужно определенное количество школ и больниц и, конечно, на запланированное строительство необходимого числа данных учреждений выделялась необходимая сумма денежных знаков, и я сомневаюсь, что один или даже десяток памятником играют хоть какую-то заметную роль в бюджете страны.

Еще один пример. В конце фильма речь заходит о резне армян в Баку. По улице едут армейские грузовики, ходят солдаты в полной боевой экипировке, на фоне бронетранспортера стоит Говорухин с микрофоном в руке, словно военкор на передовой позиции, и с озабоченным выражением на лице сообщает зрителю:

«Когда мы монтировали отснятый материал, на Юге нашей страны уже разбушевался первый пожар гражданской войны, а в городе Баку воцарился настоящий уголовный террор. Да, то что происходило в Сумгаите, в Фергане в Баку - это и есть разгул уголовщины под маской национализма. Борцы за расовую чистоту, измываясь над своими жертвами, никогда не забывали обчистить их квартиры, забрать деньги, драгоценности, ценные вещи - это и есть уголовный террор, на пороге которого так долго стояло наше общество».

Интересно, какие этические принципы мешают националистам совместить приятное с полезным? Всякий националист - это потенциальный грабитель и насильник. Для чего другие народы объявляются ими неполноценными? Чтобы иметь «моральное право» их ограбить и поработить! Но зачем Говорухин ринулся защищать «честь» националистов? Предположу, что причина в банальном невежестве. Говорухин сделал всё от себя зависящие, чтобы его мозг остался девственно чист от марксизма, поэтому он и несет эту нелепую чушь, подмахивая набирающему обороты нацизму. Организаторов, вдохновителей и провокаторов резни Говорухин скрывает, а виноватыми выставляет обыкновенных милиционеров! «Скажите, у вас оружие есть?» - задает вопрос режиссер сотрудникам милиции. «Нет». «Вся милиция без оружия?». «Так точно». «Почему же разоружили милицию? - уже за кадром вопрошает режиссер. - Не доверяли ей? Боялись, что оружие попадет в руки толпы?» И делает вывод: «хороша же у нас милиция!». А ведь можно и нужно взглянуть на ситуацию под иным углом. Очевидно, что приказ о разоружении в данной ситуации является настоящим вредительством. Тут одно из двух: начальство либо струсило, либо… оно заодно с погромщиками. В любом случае, вина целиком и полностью лежит на руководстве, которое довело ситуацию до кровопролития, но Говорухин, этот активист-общественник, всё сваливает на рядовых сотрудников, дискредитируя органы правопорядка!

Дальше - больше. Бессовестно спекулируя на жертвах националистической резни, этот деятель призывает к развалу Союза! Дескать, СССР - это не добровольное объединение равноправных республик, а тюрьма народов; Говорухин трусливо прикрывается именем Высоцкого, цитируя: «покажите мне край, где поют, а не стонут»! От своего имени говорить духу не хватает.

Вообще фильм, надо признать, сделан качественно, сразу видно, что руку приложил не дилетант: режиссер ловко манипулирует фактами быта, как будто искренне возмущается социальными несправедливостями, переживает за судьбу Родины, при этом аккуратно вплетая в свои «здравые» рассуждения антикоммунизм, играет на контрастах, показывая картинки «сытой» жизни Запада на фоне какой-нибудь разбитой русской деревушки. Есть, конечно, эпизоды, где режиссер явно переигрывает, но взбудораженный зритель этого уже не замечает.

Говорухин, как и тысячи дипломированных советских обществоведов, не видел никакой связи между ростом преступности, национализма, проституции и проч. и развитием рыночных отношений, а потому призывал тушить пожар керосином, т.е. еще больше углублять рыночные отношения. В своих суждениях Говорухин судорожно хватается за одно, второе, третье, старается объять всё и сразу, а в результате ни один предмет должным образом разобрать так и не смог; его обывательский умишко цепляется лишь за то, что лежит на поверхности, но даже и здесь Говорухин умудряется заплутать «в трех соснах»!

Возникает вопрос, чем же является данный фильм: четко спланированной идеологической диверсией или же искренней попыткой наивного и социологически безграмотного интеллигента разобраться в окружающих бедствиях? Кто он, автор фильма: дурак или негодяй? Определенно, умным человеком его не назовешь, а вот негодяем… Говорухин артист и, как у всякого талантливого лицедея, у него в запасе десяток масок, которые он с величайшей ловкостью меняет одну за другой, но каково же его истинное лицо? Он социальный хамелеон: он говорит, делает и думает то, что общепринято в среде его обитания; изменилась среда - изменился и «окрас» хамелеона; очень может быть, что Говорухин сам этого не осознавал, действуя рефлекторно. В голове его царил идеологический вакуум, а разум целиком подчинялся вкусовым рецепторам и животным инстинктам, завернутым в социальную оболочку - именно этим следует объяснять всеядность Говорухина, его способность прекрасно уживаться сперва с партократами, потом с либералами, а затем с «патриотами» во главе с Путиным.

Мне удалось обнаружить весьма любопытный материал: выпуск программы «Картина маслом» телеведущего Быкова, посвященной 20-летию фильма «Так жить нельзя». Кажущаяся разноголосица гостей студии внушала, на самом деле, конкретную мысль зрителю: коммунизм нежизнеспособен и развал Союза был неизбежной закономерностью. При этом, все гости отмечали, что просмотр фильма в далеком 90-м году отнюдь не стал для них откровением. Оно и понятно: Говорухин не стремился быть оригинальным и лишь воспроизводил весь тот вал лжи антикоммунизма, который обрушила на советских людей команда Яковлева. Но вот в студию является сам мастер. Небрежно, с долей презрения, словно явился в захудалый бордель, он расположился на стуле в центре студии. Он рассказывает любопытную историю, о том, что когда председатель КГБ Бакатин посмотрел на Мосфильме «Так жить нельзя», то ушел разъяренный, а на следующий день вдруг позвонил режиссеру и извинился со словами: художник имеет право по-своему смотреть на мир. Видно, перестройщики высоко оценили разрушительный потенциал говорухинской поделки, раз выдали председателю КГБ такую зуботычину, что тот долго потом извинялся!

Режиссер признается, что «был полон надежд и энтузиазма» после XX съезда, ему казалось, что началось то, что потом назвали перестройкой. Надо признать, здесь Говорухин верно ухватил нить: XX съезд действительно являлся предтечей разрушительных событий 80-хх годов и последовавшей за ними контрреволюции. Говорухин, если верить его словам, в 90-м году «ничего не понимал», верил проповедям Горбачева, но потом вдруг понял, что он «полный идиот» и до сих пор чувствует себя «врагом Отечества».

Но самый любопытный эпизод заключается в следующем. Один из участников дискуссии поднял вопрос о русской интеллигенции, этом «народном поводыре» и Говорухин неожиданно заявил следующее:

«Ленина читайте: это проституция. Это проститутки, я не скрываясь говорю это! 90% так называемой русской интеллигенции, особенно творческой, - это проститутки. Вот меня спросили: считаю ли я себя интеллигенцией? Я вынужден быть интеллигенцией, хотя мне так стыдно находится в этих рядах, но я должен вас сказать: я такая же проститутка, иначе бы я сюда не пришел!».

Что это, очередной спектакль умелого лицедея или же исповедь раскаявшегося грешника? Возможно, частично и то и другое.

Говорухин плохо разбирался в цветах, но ему, как видно, очень хотелось стать знаменем, и он действительно стал знаменем для либералов и националистов. Но потом, когда режим Ельцина стал откровенно грабить, насиловать и душить народ, Говорухин вдруг осознал, что он не вошел в историю, а вляпался в нее. И он принялся усердно отмываться от славы Геростата, сняв в частности своего «Ворошиловского стрелка», где, правда, сделал козлами отпущения пустоголовых молодчиков и полковника милиции.

На этом, пожалуй, оставим покойника, ему еще предстоит встать перед судом истории. Нас же интересует вопрос: почему 90% интеллигентов оказываются проститутками? Это на самом деле очень глубокий вопрос.

Казалось бы, интеллигенция это та прослойка, которая обеспечена всеми условиями для плодотворного усвоения марксизма, но нет - эти товарищи откровенно зевали на лекциях по политэкономии, пребывая в глубоком убеждении, что эта информация совершенно бесполезна для них. Конечно, значительная доля вины здесь лежит на оппортунистах из КПСС, превративших живое революционное учение Маркса в унылую жвачку, набор цитат и мертвых догм. Однако, с другой стороны, не лучшим образом обстояло дело с воспитанием интеллигенции и при Сталине. Корень проблемы очевидно в ином, а именно - в порочности системы односторонней подготовки работников умственного (технического и художественного) труда при капитализме, в рамках которой готовилась профессура, положившая начало и корпусу советских преподавателей.

Будучи, по факту, интеллектуальными рабами господствующего класса, данная прослойка всегда ставила себя много выше рабов обыкновенных. Условный Преображенский считает себя гораздо более значимой фигурой, чем сантехник дядя Ваня, хотя очень может быть, что от труда дяди Вани гораздо больше пользы, чем от «ученых» трудов большинства преображенских. Раздутые от высокомерия и чванства интеллигенты усердно украшают себя титулами: «совесть нации», «поводыри народа», «цвет нации» - но при этом испытывают жгучие презрение к любому содержательному научному понятию обществоведения. Взять того же академика Сахарова - он был убежден, что раз он добился определенных успехов в ядерной физике, то имеет право с видом эксперта рассуждать о советской экономике, политике и прочих вещах, о которых он имел представление на уровне школьника, причем злостного двоечника. Профессиональная узколобость, помноженная на чванство и обывательщину - такая гремучая смесь кипит в душонке любого человека, мнящего себя мозгами нации. Все «образованные» люди мира как бы заключили негласный договор, в соответствии с которым вся либеральная мишура, типа «прав человека», «демократии», всевозможных «свобод» является некой самоочевидной истиной для любого «образованного» человека. Создается такая атмосфера, что молодой человек, попадая в эту среду, испытывает неловкость и стыд, когда пытается говорить о научном познании общества, не говоря уже о стремлении перестроить общество на разумной основе, избавив человечество от шизофрении капитализма.

Интеллигенты в большей своей части прекрасно понимают, что такое капитализм, какие чудовищные страдания и разорения он приносит народам - статистические данные, документальные свидетельства открыто публикуются в буржуазных СМИ, никто людоедской сущности капиталистических отношений не скрывает. Интеллигенты всячески рефлексируют: охают, ахают, жалуются, ноют, скулят, но не делают НИЧЕГО, чтобы исправить ситуацию, избавить человечество от страданий. Попробуй-ка какому-нибудь профессору в ответ на его стенания о судьбе отечества и мира предложить прочитать, допустим, «Империализм, как высшая стадия капитализма», так он вам такие глаза сделает, словно ему предложили какую непристойность! Вот и получается, что интеллигенция представляет из себя что-то вроде коллективного узкообразованного кретина, имеющего все возможности, но не имеющего желания выступать на стороне социального прогресса. Причина тому - полный паралич СОВЕСТИ.

Если бы интеллигенты обладали добросовестностью и честно перед самими собой ответили бы: верят ли они в добродетель капиталистов (а всякий либерализм - это и есть вера в добрых и разумных частных собственников); справедливо ли, что 50% всех богатств мира владеет 1% финансовой аристократии; наконец, имеет ли право на существование узаконенное людоедство, т.е. частнособственнические отношения? А добросовестный, следовательно, научный ответ на эти вопросы естественно приведет к марксизму и коммунизму. Но очевидно, что подобного массового прозрения в ближайшее время не случится.

Общественное бытие определяет общественное сознание; капитализм ежедневно, ежечасно воспитывает и укореняет в сознании масс паразитические наклонности, животные атавизмы. Но кроме этого, общественное сознание значительной части населения, как говорил Маркс, отстает от общественного бытия и, иногда, это отставание может растянуться на поколения. Поэтому приход к политической власти коммунистической партии не может сразу изменить общественное сознание. Требуются долгие годы, а главное педагогическая работа марксистов в отношении масс и, особенно, интеллигенции. Сталиным было доказано, что пока существует капиталистическое окружение, пока существует империализм, в социалистическом обществе будет оставаться почва для мещанства, индивидуализма и паразитизма.

Пожалуй, одним из важнейших теоретических направлений, на котором должны сосредоточить свои интеллектуальные силы марксисты, это вопрос о культурной революции, воспитании нового человека, без чего окончательное торжество коммунизма немыслимо.

Июль 2018
Написать
автору письмо
Ещё статьи
этого автора
Ещё статьи
на эту тему


Поделиться в соцсетях

Рейтинг@Mail.ru Rambler's Top100
Новости
К читателям
Свежий выпуск
Архив
Библиотека
Музыка
Видео
Наши товарищи
Ссылки
Контакты
Живой журнал
RSS-лента