Игорь Советский

Кто нас рассудит
или
Ещё раз о прямом пути к истине

«Кто нас рассудит?» - этот вопрос, не подумав, задаёт и нам в своей новой статье1 о так называемом «демократическом централизме» бывший член редакции журнала «Прорыв», и теперь уже бывший, товарищ В. Новак. В ней он обрушился с критикой на позицию «некоторых прорывовцев», считающих, что в основе организационного строительства и развития партии пролетариата должен лежать принцип научного централизма. Следовательно, чтобы читатель смог найти для себя ответ на поставленный Новаком вопрос, и так как партия пролетариата - это, в идеале, организация в совершенстве овладевшая марксизмом как наукой об общественных отношениях, необходим научный анализ критики «Прорыва» со стороны Новака, прояснив тем самым вопрос, чем действительно являются демократический и научный варианты централизма. Учитывая тот факт, что свою статью Новак выложил на страницах интернет-газеты «Рабочий путь», являющейся рупором откровенных оппортунистов и предателей интересов пролетариата, приходиться помогать их читателям разобраться в том, насколько позиция редакционной коллегии «Рабочего пути» соответствует их лозунгу «марксистско-ленинского движения».

По мнению Новака, в основе демократического централизма находится «ключевой способ принятия общих и обобщающих решений, который использовался человечеством на протяжении всей его истории и доказал свою жизненную целесообразность», не давая человечеству «впадать в хаос и неразбериху» - способ принятия решений «по-большинству». По мнению Новака, этот «ключевой способ» предполагает:

«... конечное принятие некоторого обобщающего, т.е. центрального, решения большинством участников на основе демократического, т.е. равноправного, выявления всех мнений. Что единственно и безусловно верно. Даже в том случае если это мнение в будущем окажется ошибочным. Ибо оно позволит не остановиться, не застопориться, не погрязнуть в разборках разнообразия мнений (хотя, сторонники НЦ такую ситуацию попросту не допускают, предполагая, что гениальность вождей изначально обеспечивает бесспорность их решений), но привести их к некоему общему, пусть временному и частичному, мнению и тем открыть дорогу для последующего развития возникшей мысли, включая понимание существа ошибки, чтобы уже на этой основе принять новое, корректирующее предыдущее, решение. Таким образом, приблизит к решению всей проблемы».

Иными словами для Новака и его новых товарищей из «Рабочего пути» важно разнообразие мнений в партии, и чтобы «...не погрязнуть в разборках разнообразия мнений», они предлагают приводить эти мнения к некоторому знаменателю, «общему, пусть временному и частичному мнению...» Это, по их «общему мнению», даже позволит развиться «возникшей мысли». Тем не менее, разумному человеку совершенно ясно, что разность мнений никак не позволяет определить верность выбранного решения, и видимо интуитивно осознавая возникшее противоречие, Новак допускает принятие неверного решения «по-большинству». Ну, а «понимание существа ошибки» позволит принять новое решение, «корректирующее» ошибки прежнего, что, по его мнению, должно приблизить решение всей проблемы. Новак почему-то до сих пор считает себя марксистом, то есть человеком, владеющим научными знаниями, хотя речь ведёт о выработке в партии «верного» решения... при помощи разности множества немарксистских мнений. В этом, кстати, Новак и рабочепутцы ничем не отличаются от либералов, жаждущих свободу мнений далёких от науки.

Не соглашаясь с «прорывовцем» товарищем Смагиным, утверждающим, что Ленин и Сталин, «пробивавшие» свои решения путём разъяснения большинству их необходимости, проявляли «научный централизм, как суть процесса», Новак же считает, что подобные действия вождей пролетариата подпадают под определение «демократического централизма». Владимир Новак считает, что пример т. Смагина «прямо скажем, неудачный», что проталкивание своих решений Лениным и Сталиным через разъяснение соратникам их истинности является куда менее определяющим делом в партийной работе, чем дело голосования по разъяснённым вопросам. Выражая мнение всех сторонников ДЦ, Новак, таким образом, не считает важным процесс выработки научного решения в партии, и весь смысл работы партии пролетариата ему представляется в виде череды голосований «по-большинству», пусть, за «даже ошибочное мнение». Отсюда и это его допущение принятия неверного решения, которое в будущем, через голосование за новое мнение, можно будет, если что, исправить.

«Коммунист» из Цурюпинска, Н. К. Григорьев, например, в отличие от рабочепутцев и Новака, хоть и считает, что принцип демократического централизма был нарушен ещё Лениным на втором Съезде РСДРП в 1903 году, но, так же как и они, как и положено всякому стороннику ДЦ, Григорьев стоит за разность мнений при принятии решений, утверждая, что «из двух мнений верным может быть только одно», несмотря на то, что здравомыслящему человеку ясно, что ошибаться могут оба мнения. Именно такая каша в голове с основами партийного строительства находится у всех сторонников и пропагандистов «демократического централизма», считающих не важным процесс выработки научного решения, зато крайне необходимым принятие «обобщённого мнения» через голосование «по-большинству».

«Неудачный пример» - это свежий труд Новака, включая его эквилибристику с «ножом», потому как использование ножа в нынешнем обществе строго ограничено юридическим правом, и именно оттого, что воспользоваться ножом для убийства могут «проходимцы». По той причине, что выбор из разных мнений не гарантирует принятие единственно верного решения, и принятое таким образом решение может привести к катастрофическим последствиям, партия пролетариата, как научный авангард, в основу принятия верного решения всегда ставила научный подход. Именно поэтому, партия пролетариата, как во времена Ленина и Сталина, так и сейчас, в основу своего строительства, принципом своей работы всегда ставила и будет ставить совершенное знание марксизма её членами. И только такой подход, именуемый научным централизмом, позволял и будет позволять авангарду пролетариата принимать единственно верные решения.

Для «дэцистов» этот подход само собой выглядит «категорично» и «однозначно» неприемлемым, тем не менее, если эти люди себя считают марксистами, а значит учёными, грызущими гранит всех наук, особенно общественных, разве не им при этом знать, что процесс принятия решений, как и процесс их выработки, в науке носит всегда «категоричный» и «однозначный» характер?! На суде, как и на суде истории, низкая компетентность никогда не являлась смягчающим обстоятельством. Наоборот.

Но именно потому, что в авангарде пролетариата, партии большевиков, основополагающим фактором всегда является знание науки, именно поэтому сторонники демократического централизма, так упорствующие в отстаивании своего принципа «голосования за мнение», являются на самом деле людьми далёкими от марксизма, следовательно, теми самыми «проходимцами» Новака, которым «демократический централизм» позволяет писать всякую чушь и принимать ошибочные решения. Цена такой ошибки нам известна из личного опыта, собственно, именно по этой причине, вместо строительства коммунистических отношений на планете Земля, мы сейчас вынуждены решать вопрос возможности познавать действительность.

Именно так приходится ставить вопрос, когда анализируешь труд Новака, поскольку требование совершенного знания марксизма со стороны актива редакции журнала «Прорыв» он называет возведением сознания и учёности в абсолют. А как ещё можно познавать действительность и процессы в капиталистическом обществе, кроме как при помощи наук?! Как ещё можно планировать строительство партии марксистского толка для уничтожения власти капиталистов, кроме как со знанием дела?! И если уж Новак совместно с дэцистами считают себя тру-марксистами, то есть носителями научных знаний, способных планировать на основе научно выработанных решений, становится непонятным, зачем единомышленникам требуется голосование при принятии решений?! В конце концов, действительность у нас у всех одна и развивается она по известным марксистам законам, и если они, эти люди, действительно владеют марксизмом, у них не может возникнуть разности мнений на одни и те же процессы. Тем не менее, что рабочепутцы, что Новак и вообще, все дэцисты, на словах проявляя заботу о рабочих, утверждают, что рабочий самостоятельно может понять наличие в общественных отношениях классового деления, то есть утверждают, что действительность всё же познаваема. И если уж, как они говорят, рабочий способен увидеть и осознать деление общества на классы, отчего же они тогда отказывают ему в способности изучения марксизма и возможности научного понимания происходящих процессов?

Запевая жалобную песню, Новак даже не замечает, что при рассмотрении вопроса о его полномочиях в журнале «Прорыв», с лишением его редакторской должности согласилось практическое большинство авторов журнала, собственно, кроме самого Новака никто «против» не высказался. Но ведь это и есть тот самый принцип, называемый Новаком, «демократического централизма», что решил его судьбу «по абсолютному большинству» единомышленников. Затевая спор с «подгузниками», рабочепутцам и новакам следовало бы подтянуть свои знания хотя бы в естественных науках, чтобы не нести ерунды об абсолютизации знаний и мышления авторами «Прорыва». В журнале потому и не публикуются авторы, не считающие научное понимание действительности основополагающим фактором, что осознанным глупцам место среди демократов.

Странным образом в среде дэцистов сочетается борьба с «мнением» прорывовцев на развитие марксизма и собственное отношение к марксизму, которое они возводят в ранг единственно верного «обобщённого мнения». Ведь, следуя их логики, именно рабочий, осознавший своё положение эксплуатируемого в капиталистическом обществе, должен решать, чей взгляд, чьё «обобщённое мнение» - авторов «Прорыва», или их оппонентов, дэцистов - является единственно верным. Ан, нет! Начитавшись либеральных книжонок о Ленине, да мемчиков о Сталине, эти новоявленные «марксисты-ленинисты» из того, что Ленин однажды говорил о «широком демократизме», выстроили целую «теорию», убогую «философию» о том, что «демократический централизм» несколько шире ленинского «демократизма», являющегося лишь одной его частью. Редакция «Рабочего пути» в своих добавлениях к труду Новака замечает, мол, «централизм при этом не отменялся», потому как, по их мнению, «он партии рабочего класса необходим всегда, ибо это залог успешной борьбы пролетариата против буржуазии. Не отменялся совсем и демократизм, в том смысле, что решения руководящими органами партии - они все и всегда в партии были коллегиальными - после обсуждения и нередко споров до хрипоты принимались большинством голосов».

Однако, называя «демократизмом» обсуждения и споры «до хрипоты», рабочепутцы и их новоявленный товарищ показывают своё непонимание как работы, так и принципов построения партии пролетариата. Кроме того, поправляя Новака, рабочепутцы лишь подтвердили тот факт, что ни о каком «демократическом централизме», как они его понимают, Ленин никогда и нигде не писал, а весь «демократизм» Ленина заключался в том, что в центральном органе партии, основываясь на совершенных знаниях марксизма, «коллегиально», Владимиру Ильичу Ленину приходилось разъяснять слабо владеющим марксизмом товарищам верность того научного решения, что он выносил на обсуждение.

Во время речи при выборах редакции «Искры» 20 (7) августа 1903 г., Ленин говорил:

«По отношению к неустойчивым и шатким элементам мы не только не можем, мы обязаны создавать «осадное положение», и весь наш устав партии, весь наш утверждённый отныне съездом централизм есть не что иное, как осадное положение» для столь многочисленных источников политической расплывчатости. Против расплывчатости именно и нужны особые, хотя бы и исключительные законы, и сделанный съездом шаг правильно наметил политическое направление, создав прочный базис для таких законов и таких мер».

Возможно, рабочепутцы и Новак, прочитав эту речь В. И. Ленина, прочитав его письма Мартову, Засулич и Троцкому, в которых он уговаривал их возглавить работу Центрального Органа печати РСДРП в 1903 году, решили, что «централизм» - это всего лишь «осадное положение для столь многочисленных источников политической расплывчатости», а так как Ленин «спорил» и «уговаривал», то всё вместе это помогало становлению большевистской партии, и принятию верных решений, что даёт право рабочепутцам и многим другим подобным «специалистам» по марксизму заговорить о существовании «демократического централизма». Новак, тот вообще, договорился до «утопичности» научного централизма. Однако уже тот факт, что наука отрицает возможность существования именно научных догм, говорит о непонимании Новаком и компанией невозможности существования центра при «демократизме» в принципе, следовательно, марксизм утверждает утопичность, именно, «демократического централизма». Говоря о «централизме» и «политической расплывчатости», Ленин, как марксист и учёный, во главу угла ставил истину, именно её ему приходилось доказывать таким откровенным оппортунистам как Мартов, Плеханов или Троцкий.

В. И. Ленин, никогда и нигде, не отдавал принятие необходимого, выработанного им на основе марксизма решения на откуп выборам «по-большинству», что и было отражено в §6 Проекта устава РСДРП, в соответствии с которым ЦО руководит «партией идейно, редактируя ЦО партии, научный орган и отдельные брошюры». Кроме того, в §5 сказано, что «ЦК объединяет и направляет всю практическую деятельность партии и заведует центральной партийной кассой, а равно всеми общепартийными техническими учреждениями. Он разбирает конфликты как между различными организациями и учреждениями партии, так и внутри их». Отчётливо видно, что даже работа Мартова или Троцкого, чью «практическую деятельность» в ЦО направлял ЦК, была необходима партии пролетариата, как труд интеллигентов, способных преодолевать свои интеллектуальные ошибки, помогая тем самым пролетариату в борьбе с буржуазией. Тот факт, что Ленин вынужден был уговаривать интеллигентов работать на интересы пролетариата, с одной стороны, вовсе не делает чести подобной интеллигенции, с другой стороны, лишь подтверждает настойчивость В. И. Ленина в принятии верных решений, именно, как человека, знающего истину. В свою очередь, это никак не оправдывает увлечение «демократизмом» Новака и его новых партнёров.

Проталкивая именно научные решения и умело используя человеческий ресурс, Ленин тем не менее, не собирался останавливаться перед тем, чтобы исключить в партии разномыслие, с чем и было связано требование «осадного положения» и «централизм». И теперь если сложить воедино проталкивание Лениным именно научных решений и требование централизма, можно ответственно заявить, что Ленин, равно как и Сталин, принципом партийного строительства считал научный централизм. Со всей очевидностью §§ 5 и 6 доказывают, что ни в РСДРП(б), ни в КПСС до марта 1953 года, «демократический централизм» никогда не был единственным или главенствующим организационным принципом.

Как показывает историческая и современная практика левого движения, к сожалению, находится много людей среди «левой» интеллигенции, которые чувствуют себя способными возглавить строительство коммунистических отношений, однако, крайне мало тех, что готовы добросовестно и самостоятельно изучать марксизм для умелого, то есть в соответствии с текущим моментом, применения своих знаний на практике, что само собой способствовало бы развитию марксизма и борьбы с буржуазией. Тем не менее, как бы того ни хотелось сторонникам «демократического централизма», «мало» - не значит, что тех, кто марксизм действительно изучил, не существует совсем, и что истину и выработанные на её основе решения необходимо теперь принимать «по-большинству». Все эти «коммунисты»-рабочепутцы и пр., на дух не перенося «Прорыв» и труды его авторов, говоря о себе как о продолжателях марксистско-ленинского дела, определённо преподносят своим читателям себя в качестве тех, кто якобы развивает марксистскую науку, тем самым определяя себя неким центром, что транслирует истину пролетариату. Одновременно с этим, все эти пропагандисты «демократического централизма» наступают на горло собственной песне о научности своего «ключевого способа», основанного на решениях «по-большинству». Возможно, поэтому главные пропагандисты от «Рабочего пути» считают, что рабочий человек в состоянии самостоятельно понять, что в капиталистическом обществе он занимает место эксплуатируемого. Но, если следовать подобной логике, становится неясным, для чего автору «Прорыва», товарищу Р. Огиенко, понадобилось потратить значительное количество времени на научное доказательство существования классового деления в современном обществе2?! Да, и необходимость существования самого «Рабочего пути» тогда логично было бы подвергнуть серьёзному сомнению.

Жонглируя цитатами из трудов Маркса, Энгельса, Ленина, а некоторые и Сталина, сторонники «демократического централизма» попросту прикрывают свою лень и нежелание изучать науки, в противном случае, у них не возникало бы столь рельефных противоречий именно с марксистской диалектикой. Ничегошеньки не соображая в марксизме, эти «титаны» диалектики, тем не менее, заикаются о возможности понимания действительности таковой, каковой она и является даже рабочим человеком, правда, ввиду отсутствия у себя научного мышления, нередко называя этих людей «рабочим классом», или «пролетариатом». Мало того, что у таких «левых» нет понимания диалектического развития мышления у эксплуатируемого рабочего, чей уровень соответствует положению в общественных отношениях, с одной стороны, и степени осознанного, то есть научного понимания этого положения, с другой. Так демократические централисты-рабочепутцы еще и «рабочий класс», как людей уже строящих коммунистические отношения, то есть захвативших в свои руки средства производства и власть, исторически преподносят как людей, только ещё борющихся за свои интересы в капиталистических отношениях. Эти «диалектики», к которым теперь примкнул В. Новак, страстно желающие донести до общественности своё мнение, буквально, вколачивая в неокрепшее сознание трудового народа ростки оппортунистического, антикоммунистического, по своей сути антирабочего мировоззрения, лучше других определяющие «настоящих» марксистов из разнообразия сочувствующих эксплуатируемым рабам, одновременно утверждающие о возможности и невозможности познаваемости действительности, идя на поводу у либерального мнения - эти страстные сторонники «демократизма», научный централизм и сторонников этого принципа партийного строительства, безосновательно и чаще на эмоциях, обвиняют в поклонении вождям и вождизму.

Но касаясь исторического развития понятия «вождь», непременно связывая его с действительностью, особенно с природой, то есть естественной средой, окажется, вождь в племени или обществе, как и вожак, к примеру, в стае горилл, вовсе не является тираном и узурпатором власти, как это представляют «левачки». Говоря о природе, вожаком стаи становится не абы какой, просто самый сильный самец, у которого неожиданно появилось много седых волос на спине. Кроме физической силы, этот самец ещё обладает и самым развитым разумом среди всех остальных самцов, что и позволило ему однажды победить в поединке прежнего вожака. Иными словами, перед животными, в отличие от некоторых представителей homo sapiens, не стоит вопрос о необходимости вожака, и им предельно ясно, что только его наличие делает развитие стаи перспективным. Понятное дело, что развитие общества приматов лишь приближённо отражает те процессы, без которых развитие человеческого общества нельзя считать естественным. Однако, точно так же очевидно, что как и члены стаи приматов, рабочие, являясь членами человеческого общества, и этому не станут сопротивляться даже сторонники демократического централизма, в состоянии определить способность того или иного человека быть своим вождём. Как это случилось в начале ХХ века, и привело в 1917 году к свержению власти буржуазии большевиками, чьим вождём на тот момент был Владимир Ильич Ленин. И ровно так, как знание природных процессов помогало вождям и «подчинённому» племени изо дня в день, из года в год успешно осуществлять своё взаимодействие с природой, точно так же совершенные знания марксистской диалектики позволили В. И. Ленину и И. В. Сталину построить первое в мире государство рабочего класса. Именно познания в науке предопределили победы большевиков в Гражданской и Великой Отечественной войне, а не голосование «по-большинству».

Разместив на своих страницах столь скверный труд, рабочепутцы понадеялись тем самым посрамить коллектив «Прорыва», не впервые пнув и научный централизм. Своим читателям этим шагом они хотят показать, насколько безжалостна редколлегия журнала «Прорыв» к инакомыслящим, что подтверждает её якобы «элитарность». И вот эти демократики после своих громких заявлений, считают приличным делом скрывать комментарии сторонников «Прорыва» к статье Новака, а то и удалять неудобные вовсе, тогда как сама история нам показывает, что Ленин в такой ситуации «спорил до хрипоты». Иными словами, в тот момент, когда сторонники «Прорыва» готовы дискутировать с редколлегией «Рабочего пути» до хрипоты, когда у последних есть возможность публично доказать состоятельность своей позиции, они не задумываясь поступают так, как всякий инквизитор с инакомыслящими.

Не сомневаясь в своих знаниях диалектики, рабочепутцы считают, что партия пролетариата должна содержать в себе две противоположности, постоянно борющиеся между собой, это они называют классовой борьбой в партии. Ну, а так как борьба в партии пролетариата происходит между пробуржуазными элементами и марксистами, то лучшим, практически естественным способом контроля за такими элементами будет... голосование «по-большинству». Очевидно, по мнению рабочепутцев, кто не будет голосовать за «обобщённое мнение», того можно будет считать агентом буржуазии и даже фашистом.

Вот так, не разобравшись в диалектике, рабочепутцы реальную борьбу каждого марксиста с собственным невежеством, многократно увеличивающим политическую силу партии, подменяют борьбой за мнение большинства. Поэтому становится понятным, что диалектическое развитие партии научного, марксистского толка, заключающее в изживании каждым партийцем в своём сознании ростков буржуазного мышления, никак не равно той «диалектике на практике» от рабочепутцев, что говорит, то о нарастании в годы реакции, то об убывании классовой борьбы в партии, то есть о банальной цикличности. Сводить диалектическую борьбу нового с отживающим старым исключительно к борьбе партии с шатающимися элементами - это не диалектика, господа рабочепутцы, это - ваша мания величия, помноженная на желание порулить, не имея при этом склонности к наукам. Ваше «варьирование степенью демократизма», как и положено цикличности, будет приводить ваших соратников лишь к тому, с чего начали - к движению по кругу, потому ваше «варьирование» степенями никак не объясняет развитие партии пролетариата.

Рабочепутцы отчего-то позабыли, что причиной появления партии пролетариата является идея о его освобождении от эксплуатации. Идея породила теорию об освобождении рабочих - теорию классовой борьбы и построения коммунистического общества, называемую сегодня марксизмом. Как теория, марксизм основывается на научном способе познания - диалектическом материализме, утверждающем, что всё в окружающем нас мире развивается и не является раз и навсегда данным. Таким образом, однажды сформулированная Марксом и Энгельсом теория борьбы рабочих с буржуазией, являясь научной теорией борьбы, сама, вместе с изменяющейся действительностью, со временем, неизбежно должна претерпевать изменения, прежде всего, избавляясь от выявленных упрощений и заблуждений. Именно такое диалектическое развитие выразилось впоследствии трудами В. И. Ленина и И. В. Сталина.

Подменяя необходимость развития классовой, научной, марксистской теории - «классовой борьбой в партии», которая якобы есть «диалектика на практике», рабочепутцы тем самым, в отличие от Маркса, Энгельса, Ленина и Сталина, видят возможность построения коммунистического общества без развития теории. Тем не менее, настоящая диалектика утверждает, что развитие целого невозможно без предварительного развития каждой его части, то есть развитие целого возможно только тогда, когда достигнута определённая мера в количестве уже развившихся составных частей. Таким образом, развитие партии пролетариата, как целого, зависит от уровня знаний марксистской теории каждым членом партии, каждой составной её частью, а вовсе не от уровня классовой борьбы в партии. Та «степень демократизма», что так тщательно пропихивается рабочепутцами, никогда не служили принципом построения партии для Ленина или Сталина, в противном случае, им не пришлось бы трудиться над написанием своих трудов. Авторитет Ленина и Сталина среди большевиков и трудового народа основывался не на умении «уговаривать» своих оппонентов, как считает Владимир Новак. Заслуженное звание вождей пролетариата эти люди получили ввиду тщательного и добросовестного изучения ими марксистской науки, своими практическими действиями, в том числе через литературную деятельность, завоевавшими авторитет у осознанных рабочих. Новак и его новые друзья забывают, что прежде, чем завоевать авторитет в рабочей среде, Ленину было необходимо самому состояться как искусному пропагандисту марксизма, то есть полноценно овладеть наукой, что и выразилось в его обширных трудах. И именно знания марксистской науки позволили Ленину на II Съезде РСДРП отстоять свою принципиальную позицию, предопределившую раскол партии на большевиков и меньшевиков, которого некоторые из современных «коммунистов» не могут ему простить (Григорьев Н.К, к примеру). Тем не менее, именно выделение большевистского, научно-мыслящего ядра из всей РСДРП определило и тот факт, что Октябрьская революция стала началом строительства рабочим классом свободного коммунистического общества.

Характерно, что редколлегия «Рабочего пути» утверждает, что «структура партийной организации», составленная на основе «механизма ДЦ», не может работать:

«сама по себе, без классовой борьбы ...которая идет и будет идти в партии до тех пор, пока в обществе и в мире существуют классы. Ведь партия рабочего класса не есть нечто изолированное от общества, она - часть общества, часть рабочего класса, и соответственно, в ней, возможно, даже более ярко, чем где бы то ни было, отражаются все социальные процессы, происходящие в обществе. Отсюда и «злоупотребления», которые есть не столько личные черты характера отдельных членов партии, их «нечистоплотность», сколько форма проявления все той же классовой борьбы в партии».

Перевирая Ленина и Сталина, «диалектики на практике» от «Рабочего пути» совершенно не понимают, что с научной точки зрения, без теории о классовой борьбе пролетариата, сама борьба превращается в пустое вымаливание подачек у буржуазии, так называемый «экономизм». И именно потому, что классовая борьба, существующая в обществе, неизбежно перетекает и в партию пролетариата, именно поэтому редколлегия «Рабочего пути», должна знать, что классовая борьба существует с момента разделения человеческого общества на классы, то есть уже несколько тысячелетий подряд. Однако, как известно редколлегии «Рабочего пути», марксизм как теория освобождения трудового народа, появился лишь 150 лет назад, что говорит о невозможности возникновения научной теории среди класса, не имеющего необходимого образования. Именно по этой причине настоящие марксисты утверждают, что теория эксплуатируемому классу была привнесена извне, то есть со стороны буржуазной интеллигенции, кем и являлись на тот момент К. Маркс и Ф. Энгельс.

С точки зрения диалектического развития классовой борьбы, появление трудов Маркса и Энгельса, а в последствии трудов Ленина и Сталина, стало итогом определённых этапов этой борьбы со стороны эксплуатируемого класса. Именно по этой причине появление партии у рабочих, как результат классовой борьбы - это лишь появление идеи, которая только с трудами Маркса и Энгельса обрела теоретическое совершенство. Теоретики от «Рабочего пути», стоящие на позиции дэцистов «голосования по-большинству», попросту затаскивают своих сторонников в тот период борьбы рабочих, когда ещё не существовало марксизма и возможности осознанного сопротивления буржуазии. И эти люди используют всякую возможность, чтобы посрамить коллектив «Прорыва».

Не голосование помогло Марксу и Энгельсу осознать и научно доказать бесчеловечность капиталистических, а вместе с ними и всех отношений с частной собственностью на средства производства. Не голосование помогло Ленину изучить марксизм, вырвать власть у русской буржуазии и начать строительство коммунистических отношений. Не голосование помогло Сталину победить троцкистов в 1920-х годах, победить в войне с капиталистами всего мира и в кратчайшие сроки подготовить страну к скачку в коммунистическое общество. К сожалению, для всех дэцистов вообще, и для рабочепутцев в особенности, сделать это им удалось ввиду совершенных знаний науки. Именно поэтому диалектическим развитием партии, что более ста лет назад, что в современных условиях может быть только каждодневная работа партийцев над совершенствованием своих знаний как в марксизме, так и во многих других науках.

Несмотря на то, что редколлегии «РП» и Новаку не по душе тот факт, что актив журнала «Прорыв» позволяет себе с научных позиций судить как о состоянии «левого движения» в целом, так и о степени научности высказываний отдельных его представителей, сами они вовсе не гнушаются работы судей, называя «характерным для редакции» «уход в надуманность, самолюбование собственной ученостью, веру в свою непогрешимость, высокомерие и безмерное самомнение». То есть редакция «Рабочего пути» и их новый товарищ, не допуская критики в свой адрес, всё же позволяют себе судить о редакторе «Прорыва», Подгузове В., как о «субъективном идеалисте, идеологе буржуазной интеллигенции, испуганном своей прогрессирующей пролетаризацией и стремящемся во что бы то ни стало сохранить свое привилегированное положение в обществе».

Тем не менее, видимое невооружённым глазом бессилие в понимании марксистской диалектики у редакции «РП» на пару с Новаком происходит от отсутствия знаний в вопросе формирования и развития, вслед за изменениями в действительности, понятий. Это является основной причиной того, что для редакции «РП» «прогрессирующей пролетаризации» достаточно, чтобы человек мог заявить о себе как о коммунисте. Даже несмотря на то, что постановку вопроса т. Подгузовым «Можно ли считать себя коммунистом, не владея методологией марксизма в полной мере?», Новак и сотоварищи, для себя и «миллионов (!!!) простых членов коммунистических организаций и их сторонников», считают оскорбительной, уже то обстоятельство, что К. Маркс писал именно о научном коммунизме, людей, действительно желающих помочь рабочим свергнуть власть буржуазии, заставило бы задуматься об обратном. Почему-то «диалектикам» и «марксистам» от «РП», как и Новаку, так и не стало ясно из теории, что большевики потому строили такое количество школ и оказывали образованию такую заботу, чтобы в коммунистическом обществе каждый его член в совершенстве владел изменившейся к тому времени марксистской диалектикой. И уже из этого становится понятно, если ты, конечно, действительно изучаешь марксизм, то коммунистом сегодня можно считать только того, кто в совершенстве овладел сегодняшним уровнем развития марксистской диалектики, и регулярно использует свои знания на практике. Именно поэтому «мнение» товарища И. Грано о том, что «нужно лишить права принятия решения людей, которые не знают марксизма», сегодня, когда борьба пролетариата постепенно выходит на новый уровень, а в левом движении наблюдаются разброд и шатания не меньше того, что были сто лет назад, наконец, когда появление настоящего авангарда пролетариата становится делом не столь отдалённым, именно в этот период совершенное знание марксизма теми, кто себя считает коммунистами, становится той объективной оценкой, которую субъективному мнению дэцистов и Новака будет никогда не побить.

Новак и рабочепутцы не понимают, что текущий момент истории классовой борьбы диктует необходимость усиления просветительской работы со стороны тех, кто считает себя марксистом. Сейчас важно, чтобы рабочие не просто верили марксистам, сейчас важно, чтобы трудовой народ понимал, что на самом деле стоит за теми или иными шагами буржуазии, ловко прикрываемые марионеточной властью. Однако, именно потому, что манипуляции эти касаются всего капиталистического общества, только совершенное знание марксизма позволяет вскрыть их настоящую суть.

Новак и новые его сотоварищи могут теперь сколько угодно прояснять читателям степень невежественности авторов «Прорыва» в марксизме, но именно те из нас, кто докажет обществу свою научную состоятельность, того пролетариат и назовёт впоследствии своим авангардом.

Уговорами здесь не поможешь!


P. S.: Очень хорошо то, кого из себя на самом деле представляют Новак В. и редколлегия «РП», станет понятно читателю по нижеприведённой цитате из работы В. И. Ленина «Что делать?». И для меня становится совершенно очевидной та причина, по которой Новак и компания, ссылаясь на цитату Ленина о «естественном отборе» и выборности, вроде как, случайно, не «поняли» основной мысли его труда.

... Все, кто толкует о «переоценке идеологии», о преувеличении роли сознательного элемента и т. п., воображают, что чисто рабочее движение само по себе может выработать и выработает себе самостоятельную идеологию, лишь бы только рабочие «вырвали из рук руководителей свою судьбу». Но это глубокая ошибка. В дополнение к сказанному выше приведем еще следующие, глубоко справедливые и важные слова К. Каутского, сказанные им по поводу проекта новой программы австрийской социал-демократической партии:

«Многие из наших ревизионистских критиков полагают, будто Маркс утверждал, что экономическое развитие и классовая борьба создают не только условия социалистического производства, но также и непосредственно порождают сознание его необходимости. И вот эти критики возражают, что страна наиболее высокого капиталистического развития, Англия, всего более чужда этому сознанию. На основании проекта можно было бы думать, что этот якобы ортодоксально марксистский взгляд, опровергаемый указанным способом, разделяет и комиссия, вырабатывавшая австрийскую программу. В проекте значится: «Чем более капиталистическое развитие увеличивает пролетариат, тем более он вынуждается и получает возможность вести борьбу против капитализма. Пролетариат приходит к сознанию» возможности и необходимости социализма. В такой связи социалистическое сознание представляется необходимым непосредственным результатом пролетарской классовой борьбы. А это совершенно неверно. Разумеется, социализм, как учение, столь же коренится в современных экономических отношениях, как и классовая борьба пролетариата, столь же, как и эта последняя, вытекает из борьбы против порождаемой капитализмом бедности и нищеты масс, но социализм и классовая борьба возникают рядом одно с другим, а не одно из другого, возникают при различных предпосылках. Современное социалистическое сознание может возникнуть только на основании глубокого научного знания. В самом деле, современная экономическая наука настолько же является условием социалистического производства, как и современная, скажем, техника, а пролетариат при всем своем желании не может создать ни той, ни другой, обе они возникают из современного общественного процесса. Носителем же науки является не пролетариат, а буржуазная интеллигенция, в головах отдельных членов этого слоя возник ведь и современный социализм, и ими уже был сообщен выдающимся по своему умственному развитию пролетариям, которые затем вносят его в классовую борьбу пролетариата там, где это допускают условия. Таким образом, социалистическое сознание есть нечто извне внесенное (vоn аиВеn Нinеingеtrаgеnеs) в классовую борьбу пролетариата, а не нечто стихийно (иrwиchsig) из нее возникшее. Соответственно этому старая Гайнфельдская программа и говорила совершенно справедливо, что задачей социал-демократии является внесение в пролетариат (буквально наполнение пролетариата) сознания его положения и сознания его задачи. В этом не было бы надобности, если бы это сознание само собой проистекало из классовой борьбы [выделено мной - И. С.]. Новый же проект перенял это положение из старой программы и пришил его к вышеприведенному положению. Но это совершенно перервало ход мысли.»

«Раз о самостоятельной, самими рабочими массами в самом ходе их движения вырабатываемой идеологии не может быть и речи, то вопрос стоит только так: буржуазная или социалистическая идеология. Середины тут нет (ибо никакой «третьей» идеологии не выработало человечество, да и вообще в обществе, раздираемом классовыми противоречиями, и не может быть никогда внеклассовой или надклассовой идеологии). Поэтому всякое умаление социалистической идеологии, всякое отстранение от нее означает тем самым усиление идеологии буржуазной. Толкуют о стихийности. Но стихийное развитие рабочего движения идет именно к подчинению его буржуазной идеологии, идет именно по программе «Сrеdо», ибо стихийное рабочее движение есть тред-юнионизм, есть Nиr-Gеwеrksсhаftlеrеi, а тред-юнионизм означает как раз идейное порабощение рабочих буржуазией. Поэтому наша задача, задача социал-демократий, состоит в борьбе со стихийностью, состоит в том, чтобы совлечь рабочее движение с этого стихийного стремления тред-юнионизма под крылышко буржуазии и привлечь его под крылышко революционной социал-демократии. Фраза авторов «экономического» письма в № 12 «Искры», что никакие усилия самых вдохновенных идеологов не могут совлечь рабочего движения с пути, определяемого взаимодействием материальных элементов и материальной среды, совершенно равносильна поэтому отказу от социализма, и если бы эти авторы способны были продумать то, что они говорят, до конца бесстрашно и последовательно, как должен продумывать свои мысли всякий, кто выступает на арену литературной и общественной деятельности, то им ничего не осталось бы, как «сложить на пустой груди ненужные руки»...

Поэтому, не коллектив журнала «Прорыв» «хоронит» демократический централизм Новака и его новых коллег по литературной деятельности, с этим у нас проблем не возникает, а вы сами, своим собственным невежеством в марксизме, вырыли своему детищу могилу.

Ноябрь 2017
Написать
автору письмо
Ещё статьи
этого автора
Ещё статьи
на эту тему
Первая страница
этого выпуска


Поделиться в соцсетях

Рейтинг@Mail.ru Rambler's Top100
№5 (56) 2017
Новости
К читателям
Свежий выпуск
Архив
Библиотека
Музыка
Видео
Ссылки
Контакты
Живой журнал
RSS-лента