Редакция «Прорыва»

Обращение к читателям
по случаю выхода в свет журнала «Прорыв» №40

Дорогие друзья!

Позади трудный, но, несомненно, плодотворный год. Журнал «Прорыв» и «Газета коммунистическая», нравится это кому-то или нет, фактически состоялись в качестве своеобразного научно-теоретического и публицистического «водораздела», справа и слева от которого сосредотачивается некая разность идейных потенциалов. С одной стороны, молодые люди, выросшие при капитализме и уже осознавшие, мягко говоря, алогизм и цинизм этого общественного устройства, испытавшие на себе его тираническую сущность, начинающие постигать теорию марксизма как самостоятельно, так и с помощью публикаций в «Прорыве». С другой стороны, сконцентрировалось все оппортунистическое сообщество, прямо или косвенно, сознательно или по простоте душевной, фактически поддерживающее ужасы рыночной экономики.

Некоторые читатели достаточно сурово учат нас, что нужно делать, чтобы быть более продуктивными, хотя не делают ничего из того, чему сами нас учат. Другие «левые» объявляют нас «нарывом» на светлом, абсолютно не изуродованном наукой, челе современного акционизма. Но, если, ещё недавно, они пытались «подправлять» нас своим дремучим невежеством, то теперь наши основные эпигоны лишь обругивают журнал рыночными словами и «стращают» обещаниями прекратить писать в ЖЖ свои отклики на наши статьи. Видимо, ими уже исчерпан весь арсенал урезанных цитат и ругательств, а другими «знаниями» они не обладают.

Наши оппоненты не понимают, что КРИТИКА, в научном смысле этого слова, означает аргументированное изложение позитивной концепции с целью замещения существующей, абсурдной, т.е. критика это не обругивание оппонента, а вытеснение заблуждений из сознания читателей. Критика - это публикация результатов теоретических исследований, которые не содержат ошибок и наполняют «цветом» «белые пятна» общественного сознания, что позволяет практикам не совершать прежних ошибок, а добиваться планируемых положительных результатов. Наши же оппоненты, в самом лучшем случае, без искажения приводят лишь отдельные слова из цитат классиков, чаще всего, совершенно не понимая смысла, заложенного в них, противореча даже самим себе. Обычно, получив от редакции ответ по сути, наши оппоненты надолго замолкают, не находя в себе совести извиниться перед ЧИТАТЕЛЯМИ за упрощение, опошление и искажение цитат и мыслей классиков, в чем, чаще всего, и проявлял себя, в последние годы, Курмеев и его соратники.

За прошедший год отчетливо обозначило себя увеличение числа новых вдумчивых читателей нашего журнала, тяготеющих к теоретическому творчеству, состоялись новые постоянные подписчики, в том числе и далеко за пределами РФ. Несколько расширился круг авторов, в достаточной степени владеющих марксистской методологией добросовестного мышления. Активизируется реальная кружковая работа по организации образования и самообразования, в том числе, мотивированного публикациями в «Прорыве». Правда, «Прорыв» нигде и никогда не призывал читателей изучать марксизм по материалам нашего журнала. Мы призываем читателей творчески, добросовестно изучать марксизм, прежде всего, по первоисточникам, но тут же проверять свои познания, пытаясь с их помощью самостоятельно ответить на актуальные проблемы общественной практики. Иной вопрос, что «Прорыв» оставляет за собой право публиковать или не публиковать поступающие материалы. Но человека, настроенного на поиск истины, подобное препятствие не может остановить.

С учетом перечисленных обстоятельств, актив журнала и впредь будет проводить научное мировоззрение в среде молодых читателей, повышать собственный потенциал, особенно, в области диаматического осмысления основ МАТЕРИАЛИСТИЧЕСКОГО мировоззрения, т.е., например, физики, экономики. Актив журнала будет и впредь не только защищать, но и РАЗВИВАТЬ марксистскую теорию вширь и вглубь, ОСОВРЕМЕНИВАЯ и КОНКРЕТИЗИРУЯ её таким образом, чтобы закономерная неизбежность коммунизма становилась все более очевидной для молодых читателей, а путь к нему - оптимально технологичным для состоявшихся практиков.

Важнейшая стратегическая задача

Каждый марксист знает, что «Капитал» являлся самым страшным «снарядом», пущенным в голову буржуазии» в девятнадцатом веке. Несомненно, что работы Ленина конца XIX и начала ХХ века, например, «Развитие капитализма в России», «По поводу так называемого вопроса о рынках» и «Империализм как высшая стадия капитализма» явились очередными «снарядами» главного калибра, пущенными в голову буржуазии и ее адвокатов. Недооцененным и, пока, неиспользованным в должной мере «снарядом», осталась работа Сталина «Экономические проблемы социализма в СССР». Дело за теоретиками двадцать первого века, последнего, по всем признакам, века в истории капитализма на планете Земля.

Для полной победы сил прогресса необходим очередной научно-теоретический «снаряд», выточенный современными марксистами, калибр которого соответствовал бы актуальным объективным и субъективным предпосылкам и потребностям пролетарского движения. Разумеется, современные «леваки», как и большинство предпринимательских меньшинств, в силу ничтожности их мировоззрения, поймут слова о «снаряде» по-своему. Мы же должны помнить, что без научной теории не может быть коммунистической практики. Вообще. Поэтому, в области коммунистической теории, всему активу журнала необходимо работать так, чтобы читающему молодому человеку все яснее становилась суть и атавистические корни капитализма, его, лишенное смысла содержание, чтобы люди яснее видели, что ИЗДЕРЖКИ постиндустриального капитализма с лихвой перекрывают всё то относительно прогрессивное, чем мог гордиться капитализм, заменивший откровенное крепостничество афроамериканским и наемным видами РАБСТВА, основанного на страхе перед насильственной смертью и перманентным голодом.

Нужно, чтобы все сторонники истинного прогресса, преобразования общества на научной основе не повторили ошибок защитников «Белого Дома» октября 1993 года. Нужно научиться доказывать, что не только гастарбайтеры, но даже преуспевающие, по рыночным меркам, клерки и менеджеры, на самом деле влачат полуживотное, полурабское, холопское унизительное существование, совершенно недостойное звания Человека. Мы должны НАУЧИТЬСЯ доказывать, что, если кто-то из наших современников испытывает муки неудач, непреодолимые трудности, если их близкие гибнут в террористических актах, в транспортных катастрофах, если их знакомые кончают жизнь самоубийством, то вина за все это лежит, прежде всего, на самой товарно-денежной форме общественных отношений. Несомненно, задача подобного самообразования и просвещения трудящихся сложна, но есть ли такие крепости… ?

Актив журнала должен работать так, чтобы молодые, вдумчивые, интеллектуально трудолюбивые люди в нашем журнале увидели тот центр, вокруг которого они могут осуществлять первичные формы организации и научно-теоретического роста. Мы должны, и у журнала есть возможность, функционировать не как клуб для безответственных любителей бесплодной полемики, а как издательство, способное сплотить единомышленников, вырабатывать совместными усилиями не только основу стратегии общественного прогресса, не только сделать её содержание достоянием широкого круга лиц наемного труда, но ответить и на общие, и на «частные» вопросы строительства коммунизма, на которые, в силу объективных обстоятельств, не успели детально ответить классики, и недооценка которых в КПСС привела к крушению СССР.

Изучение печального опыта КПСС, РКРП, КПРФ активом «Прорыва» позволило в публикациях 2013 года отчетливо выделить и описать главную причину перерождения и неизбежного крушения этих партий.

Начиная с 1953 года, КПСС как всемирный научный центр в СССР, фактически, прекратила своё существование, и все попытки восстановить авторитет коммунистической науки через формальные решения Съездов и резолюций Совещаний коммунистических и рабочих партий оказались безрезультатными, поскольку тогдашнее руководство не понимало, что, прежде чем совещаться и объединяться, необходимо довести компетенцию совещающихся до бескомпромиссно научного уровня.

Что касается РКРП и КПРФ, то руководство этих партий никогда и не ставило перед собой задачу превратить партию в центр интеллектуального притяжения. Некомпетентность всех, прикрытая мнением большинства, естественна при рыночной демократии и, в равной мере, при рабовладении, как показала колониальная практика США, Великобритании, Франции, Испании, Португалии, Бельгии, но абсолютно чужеродна в коммунистической организации. По мере того, как РСДРП освобождалась от социал-демократизма, она все больше превращалась в партию реальной диктатуры рабочего класса, в которой научность принимаемых решений делала излишним голосование. Ленин требовал от партийцев, прежде всего, умения убеждать массы, после чего голосование лишь отразит картину убежденности. Самые грандиозные военные и созидательные победы ВКП(б) одерживала ровно в той мере, в какой партия переходила от формализма демократических процедур к соблюдению принципов диктатуры рабочего класса, т.е. привнесения научного мировоззрения и во внутрипартийную жизнь, и во всю политику.

Показательно, что по мере того, как Хрущев восстанавливал практику очередных и внеочередных съездов КПСС, построил специальный дворец для съездов, вместо усиления конкретной работы с молодежью по вооружению их мировоззрения научными знаниями, проводил огульные молодежные фестивали, темпы строительства коммунизма, т.е. уровень научности планирования во всех сферах общественной жизни реально снижался.

Современные партии с коммунистическими названиями свою внутрипартийную деятельность осуществляют так, как будто их руководители никогда не читали работу Ленина «Что делать?».

Научного авторитета Ленина и Сталина долгое время хватало для того, чтобы вся полемика в партии и все демократические процедуры вращались и складывались вокруг их генеральных и гениальных выводов и рекомендаций. Жалкие теоретические потуги децистов, центристов, отзовистов, ликвидаторов, правых и левых уклонистов неизменно терпели поражение.

В условиях наличия в партии объективно компетентных лидеров и массового их признания, демократические процедуры не способны обеспечить преимуществ оппортунистам. В условиях отсутствия компетентного и авторитетного центра в партии, оппортунистическое её перерождение за счет демократического централизма - гарантировано.

Строго говоря, Сталин был последним руководителем КПСС, который был способен не только научно-теоретически решать коренные проблемы строительства коммунизма в СССР, но и объяснять, какие логические построения приводили его к реализуемым выводам. Но, решая задачи индустриализации и коллективизации, организации победы над мировым фашизмом, Сталин не успел окончательно очистить партию от невежества сознательных оппортунистов, оценить возможные масштабы потерь от деятельности многочисленных вознесенских, хрущевых, косыгиных, андроповых и создать систему гарантированной научной подготовки и воспитания пропагандистского актива. Система партийного образования оказалась самым узким, практически, провальным местом в кадровой политике КПСС. Чистка партии от состоявшихся оппортунистов - необходима, воспитание компетентных кадров - достаточно, чтобы партия выполняла свои функции до полной победы.

За годы напряженной исследовательской работы актива «Прорыва», по нашему мнению, мы подошли достаточно близко к практическому разрешению этой проблемы. Можно утверждать, что, если члены современных политических партий с коммунистическими названиями искренне хотят избавить человечество полностью и окончательно от идиотизма рыночного капитализма, от тирании олигархов, то нет другого средства, кроме как напрячь все свои творческие силы и ЗАВЕРШИТЬ создание и массовое освоение полноценной теории построения КОММУНИЗМА на основе объективных предпосылок, рожденных развитием современных производительных сил.

О соотношении научного
и художественного в политике

Необходимо признать, что, практически не оправдала себя надежда Ленина и Сталина на пропаганду идей коммунизма с помощью художественной литературы и киноискусства. Начатый при Сталине, процесс превращения искусства в однозначно конструктивный элемент культуры, в дополнительный инструмент формирования абсолютно прогрессивных общественных взглядов и отношений между людьми, был прерван смертью Сталина. Научно-теоретическая немощь постсталинской КПСС породила идейный вакуум в умах подавляющего большинства беллетристов, поэтов и сценаристов. Для одних искусство превратилось в средство наживы, для других в рассадник всего больного и упаднического, для третьих в средство удовлетворения тщеславия, для четвертых в средство «диванной» формы потребления удовольствий. Неслучайно «оттепель» ознаменовалась выходом на экраны советских кинотеатров таких «актуальных шедевров» как «Идиот», «Гусарская баллада». Хорошо ещё, что не успели экранизировать «Яму» Куприна. Правда, Глазунов успел её трогательно и со знанием предмета проиллюстрировать.

Моральные уродства верхов и интеллектуальный примитивизм мещанских масс, естественные для классового общества, художественно-салонная элита воспринимала как вечные общечеловеческие ценности и ставила кухонно-альковную и товарно-денежную романтику большой дороги в число единственно достойных сюжетов для своих произведений. Свою социальную бескрылость, полную научную оскопленность большинство художников выдавало за форму выражения свободомыслия.

Призыв к социалистическому реализму, к классовому подходу оказался непонятым большинством «культуртрегеров», а правое мелкобуржуазное политическое косоглазие в искусстве они объявили главной добродетелью своего художественного творчества. Свои скромные художественные способности, в борьбе за популярность, они компенсировали политически эпатажной позой. Основная масса будущих поэтов, писателей и режиссеров, выпускников литературных институтов, ВГИКа и т.п. заведений, настолько формально изучали марксизм, а профессорско-преподавательский состав настолько бездарно преподавал его, что в своем умственном развитии армия «нуриевых» остановилась на уровне Лолиты. Её «унутренний» мир оказался тем единственным, что многие 50-ки и 60-ки осилили, хотя, объективно, между внутренним миром лолиток и надувных кукол западного производства принципиальной разницы нет. А, как известно, сон разума рождает чудовищ. И они родились. Горькому и Николаю Островскому, Маяковскому и Шолохову противостояла вся диссидентская рать: Булгаков и Платонов, Бабель и Пастернак, Солженицын и Тополь, Аксенов и Астафьев, Евтушенко и Войнович, Ерофеев и еще более Ерофеев, В.Белов и Распутин... Как свидетельствуют их автобиографические произведения, важнейшим для них была не мудрость, не следование высоким научным идеалам, а дворовая отвага мелкого пакостника, с кулацко-местечковым кругозором, с «фигой в кармане» в адрес коммунизма, с искренним презрением к людям честного труда, с грустью от невозможности заглянуть в «Яму» после «Яра» или исполнить, по завершении партийной конференции союза писателей, вместо «Интернационала», что-нибудь глубоко элитарное: «В банановом, лимонном Сингапуре», или «Чубчик кучерявый». В размышлениях, чему отдать предпочтение - социальному прогрессу или севрюге под хреном, они всегда выбирали второе, поскольку не имели ни малейшего научного представления о первом. Огромные массы художественной шпаны так и не доросли до научного мировоззрения. А если «инженеры человеческих душ», с мировоззренческой точки зрения, заражены примитивизмом, то ясно, что социальное созревание масс происходит не только в замедленном режиме, но, чаще всего, в режиме деградации. В этих «мелочах» и кроется большая доля «секрета», почему становление коммунистических отношений между людьми после смерти Сталина повсеместно стало замедляться.

Невозможно построить коммунизм, не разрабатывая научной стратегии этого строительства, не превратив знания в убеждения, в осознанный мотив миллионов молодых людей, тем более, партийных.

Художник, способный облечь научные истины в художественную, чувственную форму, может оказать неоценимую услугу обществу в его очеловечивании. Но чаще всего, современный художник работает с оглядкой на сборы с толпы подростков, на узкий слой покупателей с толстым кошельком, на вкусы «корпоратива», с оглядкой на стаю своих аристократствующих коллег-конкурентов. Именно рев стадиона, заполненного подростками, является сегодня мерилом самооценки и предметом зависти большинства представителей художественной богемы. Фраза: «Она собирала стадионы зрителей», отправляет любых современных художественных аналитиков и критиков в нокаут. Но трагические биографии большинства служителей искусства своим наркотическим, алкогольным, затворническим финалом доказывают, сколь мелкими были их мотивы, когда они превращали искусство в ремесло для добывания денег и дешевой популярности. Можно без преувеличения сказать, что современное художественное искусство, в основной своей массе, является надежным консервантом всех современных пороков, питательной идейной средой для всех форм фашизма, национализма, шовинизма (что, практически, одно и то же), для всех форм клерикализма, терроризма, садизма и проституированности. Художников, творящих и сегодня доброе-вечное в РФ, можно пересчитать по пальцам одной руки.

Разумеется, нельзя сбрасывать со счетов положительный вклад, который сделали в теорию и практику коммунистического движения Мао Цзэдун, Хо Ши Мин, Ким Ир Сен, Фидель Кастро. Но их вклад не является, в точном научном смысле, универсальным и фундаментальным настолько, насколько универсальными и диаматически фундаментальными были труды Маркса, Энгельса, Ленина и Сталина, имевшие, безусловно, всемирно-историческое, а не местное и не тактическое значение.

Поэтому, какой бы основательной ни была физическая и моральная порка, устроенная олигархами своей наемной челяди, например, на территории бывшего СССР, какими бы серьезными ни были жестокие уроки банкротств и локаутов, преподнесенные рынком миллионам обывателей, каким бы ни был холодным «душ», которым окатили бывших советских граждан, уехавших за границу, местные полицейские цивилизованных стран, все эти синяки и шишки, трагедии и, даже ностальгия не могут помочь делу строительства коммунизма. Коммунизм невозможно построить на основе одной лишь горячей ненависти к капитализму или ностальгических переживаний о социализме.

Коммунизм есть, прежде всего, система научных знаний о законах развития общества, о конструктивных общественных отношениях и об отмирании атавистических отношений. Законы коммунизма коренным образом отличаются от бесчеловечного хаоса рыночных принципов и капиталистических производственных отношений, а потому требуют точной научной концепции путей полного отрицания СТИХИЙНОЙ товарно-денежной формы общественных отношений, а не только пропаганды «теории» совершения политического переворота и взятия политической власти.

Политическую власть на некоторое время, как показала историческая практика, может захватить любой герострат, начиная с Хрущева, Горбачева и Ельцина, не кончая Шушкевичем, Ющенко, Шеварднадзе, Бакиевым, Саакашвили… Построение коммунизма это не вопрос эмоционального или политического импульса. Это вопрос мобилизации и воплощения всех конструктивных познаний человечества в повседневную практику.

Поэтому, если авторитетный научный обществоведческий центр (т.е. партия) так и не будет создан, если его научно-теоретическая состоятельность не будет абсолютно точно доказана классу наемных работников, уже «откушавших по уши» рыночных прелестей, значит, не будет создана ось, вокруг которой можно осуществить организационную работу, а капитализм и дальше будет обгаживать планету до полной, глобальной некомпенсируемой военной, экологической, этической и демографической катастрофы.

Вот, какая задача-минимум стоит перед прогрессивными людьми, перед учеными и художниками сегодня, вот в какой сложной работе необходимо участвовать активу «Прорыва» и «Газеты коммунистической» самым предметным, напряженным и добросовестным образом.

Смертельная болезнь в коммунистическом движении

К сожалению, в современном левом движение, как и в КПСС, совершенно игнорируется предупреждение Ленина о смертельной опасности, исходящей от «комчванства». К сожалению, Ленин не оставил подробного определения термину «чванство». Однако, в принципе, в наиболее общих моментах ясно, что он имел в виду. «Прорыв» уже обращался к анализу этой проблемы.

Из контекста последних ленинских работ следует, что под словом чванство он понимал, прежде всего, высокомерную претензию многих «партийных сволочей» на власть, на тираническое её осуществление без должной требовательности к уровню своей собственной компетентности и нравственности. И, судя по тому, что в РКРП исключают из партии за одно лишь сотрудничество с «Прорывом», это направление теоретической формы классовой борьбы против безграмотности и недобросовестности в коммунистическом движении выбрано нами правильно. Оно тем актуальнее, чем выше неудовлетворенность молодых людей капитализмом, рыночной дикостью и, одновременно, плачевным состоянием дел в коммунистическом движении на планете, чем выше степень осознания молодежью необходимости возрождения партии, коммунистической по сути, а не по названию.

Как говорил Сталин, самый опасный враг тот, с которым не борются. Комчванство как форма интеллектуальной незрелости, «детской левизны» и политического «аксакальства», шапкозакидательства, опасно тем, что, пораженный этим недугом не только не замечает отклонений в своей психике, её асоциальности, но он, как правило, агрессивен по отношению к тем, кто пытается помочь ему избавиться от этой формы духовной гнилости.

Вредоносность комчванства прямо пропорциональна невежеству члена партии, умноженному на широту и полноту его властных полномочий. В период, т.н., «красногвардейской атаки на капитал» понятие диктатура рабочего класса воспринималась многими руководящими членами партии, прежде всего, троцкистами разных оттенков, как безответственная тирания от имени пролетариата, совершенно не обремененная необходимостью безукоризненной научной подготовкой. Ленину пришлось много повозиться с кадрами ЦК, чтобы направить «красногвардейскую атаку на капитал» в нужное русло и в необходимых пределах.

Но победоносная эпоха, отмеченная руководством Ленина и Сталина, породила в сознании многих партийцев представление об автоматически высокой компетентности демократически избранных верхов вообще и, следовательно, ощущение естественности их властных полномочий, осуществляемых, исключительно, в стратегических интересах рабочего класса. Это представление соответствовало истинному положению вещей, пока партией руководили Ленин и Сталин. Вырабатываемые ими решения всегда были глубоко научными. В их деятельности невозможно найти иных личных мотивов поведения, кроме научно обоснованных, кроме искреннего служения угнетенным в их борьбе за свободу от эксплуатации паразитами.

К сожалению, уровня научно-теоретической подготовки последующего поколения партийных управленцев было совершенно недостаточно для грамотного и совестливого осуществления своих полномочий, хотя население СССР представляло собой наиболее управляемый социум в мире, убежденный в том, что практически «все идет по плану». Именно большая административная власть делала значительную часть партийных руководителей крайне нетребовательными к своей образованности. Бег по карьерной лестнице не сопровождался погоней за знаниями. Как бесстыдно говаривал в период «перестройки» известный словоблуд, Травкин, оценивая своё пребывание в Высшей партийной школе при ЦК КПСС: «Спасибо партии родной за трехлетний выходной».

Свое пребывание на формальном олимпе подобные чваны воспринимали как продукт личной одаренности, а не как следствие простофильства голосующего большинства хрущевского или ельцинско-горбачевского периода. А если к необразованности прибавить дефекты морали, порожденные невежеством, природные недостатки характера и необузданный темперамент, то становится ясно, что численный рост КПСС, при неуклонном снижении научной подготовки её верхов, не мог не сопровождаться падением качества управления и, следовательно, замедлением темпов строительства коммунизма.

Дело в том, что, начиная с Хрущева, никто в руководстве КПСС не знал, что значит строить коммунизм, а власть позволяла партийным руководителям все больше и безответственно погружаться в мещанские удовольствия, помпезность процедур, юбилейных торжеств и т.п. мишуры.

Как уже отмечалось в публикациях «Прорыва», питательной средой, в которой возникает и размножается комчванство, является демократический централизм. Достаточно присмотреться, например, к структуре высших руководящих органов, ЦК КПРФ или ЦК РКРП, чтобы порадоваться за этот «монблан» комиссий, отделов, секций, формируемых не ленинским методом подбора и расстановки кадров, а механизмом голосования, и не удивляться абсолютно мышиному результату «работы» этой «горы». Зато чувство полного морального удовлетворения, как у Щукаря, возникало и возникает у подавляющего большинства из тех, кто занял ту или иную клеточку в этой структуре, приобрел соответствующий портфель. А там, хоть трава не расти. И не растет.

Многие члены названных и не названных здесь партий, глядя на эти квадратики, умудряются полностью забыть то, ради чего создавалась коммунистическая партия, и на долгие годы погружаются в борьбу за партийную карьеру, мечтая, чтобы это самоудовлетворение продолжалось вечно, особенно, если удается пробиться к самому верхнему квадратику. Партийные карьеристы самым решительным образом борются со всеми, кто мешает их игре в партийные «классики». Самое омерзительное то, как показала практика последних лет, что большинство из любителей прыгать по «классикам» формальной партийной лестницы не только НЕ УМЕЮТ работать, но и не намерены ни учиться работать, ни работать, ни, тем более, головой. Главное для них удовлетворить свою примитивную потребность «порулить», а тем более, посидеть в президиуме, абсолютно не заботясь о результатах, как это было с Горбачевым, Ельциным, как это происходит сегодня, практически, со всеми современными партийными лидерами. Десятилетия безрезультатной парламентской будто бы деятельности, например, руководства КПРФ, КПУ, ПКРМ - убедительное тому доказательство.

Подобных партийцев увлекает не конкретная скрупулезная работа с пролетариями умственного и физического труда, не обличение буржуазии и её рыночной экономики, а участие в прениях на своих съездах, голосование за бессодержательные пункты резолюции и, с особым рвением, участие в тайном голосовании по выдвижению членов в квадратики оргструктуры по принципу: «Ты меня выдвигаешь, а я тебя».

В сталинские годы, после определенных событий, стал модным лозунг самокритики. И многие руководители стали критиковать себя на съездах и конференциях, порой, даже соревнуясь в самобичевании. Однако, как показала практика, такие руководители тщательно готовились к самокритике и каялись в грешках столь же безобидных, сколь и легко устранимых, особенно в том, что не смогли своевременно выявить и расстрелять врагов, но теперь, прозрев, готовы их покарать. Многие руководящие троцкисты делали вид, что не понимали, что самокритика есть, прежде всего, глубоко индивидуальный процесс применения диалектики к исследованию МОТИВОВ собственных поступков, моральных принципов, которыми руководствуется данный индивид при принятии решения на действие, к оценке содержания и последствий самого действия.

Многие руководители современных партий с коммунистическими названиями ни наедине с собой, ни на собрании не хотят признавать, что, ЧАСТО, ими движет примитивный набор мотивов, в котором господствует и тщеславие, и карьеризм, и властолюбие, и интеллектуальная лень, и зависть, т.е. все то, что и порождает широкую когорту партийных чванов, ведущих левые партии к загниванию и поражению.

«Прорыв», ставя перед собой задачу изжития чванов из партийного руководства, призывает актив партий с коммунистическими названиями перевести формальную самокритику в реальную и подвергнуть свое мировоззрение самому предметному, беспощадному научному исследованию. В принципе, человеку не трудно дать себе отчет об истинных мотивах каждого из своих поступков, образующих, в своей совокупности, деятельность партийного активиста. Но, естественно, расстаться со своими собственными пороками, недостатками и слабостями индивиду так же трудно, как и бросить курить или пить спиртное. Живя в обществе, пронизанном сребро- и гастрофилией, алкоголизмом и наркоманией, сексопатологиями, карьеризмом, цинизмом, ксенофобией, клерикализмом, очень сложно приобрести и сохранить черты «человека разумного» в полном смысле этого слова. Но, если удары рыночной судьбы толкают человека влево, тем более, в число активистов, то делать этот шаг следует решительно, ИСКРЕННЕ освобождаясь от познавательного и морального мусора, интеллектуального иждивенства, заложенного в сознании индивида всей предыдущей практикой личного бытия в рыночном окружении. Между тем, неискренность, недостаточная самокритичность актива большинства руководства современных партий с коммунистическими названиями, с закономерной неизбежностью превращает руководящие органы в кланы чванов с круговой порукой.

Без искренней и, что очень важно, компетентной самокритики, сопровождаемой беспощадным моральным «самобичеванием», становление полноценного партийного активиста - НЕВОЗМОЖНО.

Или весь актив, в том числе и «Прорыва», безоговорочно примет это условие, или перерождение любой организации в болото типа КПСС, КПРФ - неизбежно.

Но и большинству т. н. «рядовых членов» партий с коммунистическими названиями не чуждо комчванство. Многие с искренней гордостью носят в кармане членский билет, исправно платят членские взносы, посещают собрания и митинги, на выборах голосуют только за своих лидеров и, в душе, твердо убеждены, что в экстремальной ситуации отдадут жизнь за идеалы коммунизма, но... ничего не могут сделать, и не делают для того, чтобы, безусловно, соответствовать требованиям «Манифеста коммунистической партии», чтобы действовать не как обычный пролетарий, а как организатор борьбы пролетариев умственного и физического труда за полную победу коммунизма во всем мире.

Как показала история КПСС, её партийные школы, военно-политические академии, аудиторные формы занятий по марксизму, тем более дискуссионные клубы, оказались неспособными перелицевать подавляющее большинство членов партии в коммунистов. Иными словами, объективно, в КПСС и во всех современных партиях с коммунистическими названиями действует меньшевистский устав: числиться в партии, поддерживать материально и ни черта не делать на пределе своих природных задатков.

Между тем, коммунистом можно назвать только такого индивида, который предельно ответственно подходит к самообразованию, к творческому овладению марксизмом, к проверке своих теоретических знаний в ПРАКТИКЕ организаторской работы, чтобы между теоретическими знаниями и результатами практической деятельности не оставалось ни малейшего «зазора» или, иными словами, разрыва между мыслью и делом. Необходимо, чтобы каждое дело было освещено творческой, т.е. научной мыслью, а каждая мысль подтверждалась практикой, а не голосованием. Такова диаматика партийности.

Как показала десятилетняя практика «Прорыва», избавить организацию от оппортунистов, в том числе и комчванов, можно. О какой партийности можно говорить, если человек не может, а тем более ленится изложить свои мысли по важному вопросу самостоятельно, убедительно, на бумаге. Мы не принимаем в состав актива, не сближаемся ни в какой форме с теми, прежде всего, кто сознательно не хочет научиться работать на научно-пропагандистском поприще. Здесь мы твердо придерживаемся указаний Ленина, что лучше, когда тысячи работающих не называют себя коммунистами, чем, когда один болтающий называет себя коммунистом. Только убедившись в ИСКРЕННОСТИ политической позиции индивида, в его готовности, «засучив рукава», не страшась усталости, терпеливо работать на длительную перспективу без малейшего расчета на вознаграждение, мы переходим к организационным отношениям. У каждого, несогласного с позицией «Прорыва», есть замечательная возможности доказать свою правоту и дисциплину в деле, а не только на страницах ЖЖ.

Как известно, уже в 1917 году в мире созрели, прежде всего, объективные, а в России и субъективные предпосылки, для коренного переустройства общества. Компетентности большевиков хватило, чтобы реализовать эти предпосылки в России полностью и в оптимальные сроки. Главная причина победы состояла в том, что большая часть руководства партии, действительно, по уровню образованности и искренности полностью соответствовала статусу авторитетного центра.

Что касается большинства социал-демократов, то именно они трансформировали слово авторитетный в «авторитарный» и, объявив борьбу против «авторитаризма», выторговывая и себе властные полномочия в партии, на самом деле, боролись против объективно авторитетного центра, составленного из людей не только талантливых от природы, но и овладевших реальными навыками творческого, добросовестного, т.е. диаматического мышления в несравненно большей степени, чем все вожди меньшевизма и троцкизма.

Но, после победы СССР в ВОВ, особенно в середине 50-х годов, у многих членов партии возникло ощущение, что дальнейшее строительство коммунизма пойдет необратимо, независимо от качества партийного центра, содержания и степени прилагаемых усилий. Это и послужило субъективной предпосылкой прекращения перерастания социализма в коммунизм. Как и предполагал Ленин, мелкобуржуазная идеология была и осталась самой страшной разрушительной силой на пути социального прогресса. Многие интеллигенты того времени думали, что раз война с мировым фашизмом закончилась успешно, то теперь можно будет «пожить» в самом обывательском смысле слова. Найдется, конечно, но не много, служителей искусства, сформировавшихся в ту эпоху, которые не погрязли в бытовщине, не переполнились снобизмом, не спились, не растворились в наркотиках или не умерли от СПИДа за кордоном. Если интеллигент той закваски вспоминал НЭП, то, прежде всего, речь шла исключительно о прилавках нэпмановских магазинов, ломящихся, как и сегодня, от высоты цен, а потому и от изобилия мяса и копченых колбас, осетрины и черной икры, о ресторанной атмосфере с «Муркой»... Если диссидент начинает говорить о загранице, то перед его взором открывается рекламный рай, колбасный дождь, а в дорожных пробках - одни роллс-ройсы, вдоль дороги одни проститутки и гей-парады, виски льется рекой, Бродвей сияет театральными афишами стриптиз-клубов, и у всех диссидентов море денег, ящиков печенья, бочек варенья, свободного времени, и все их любят за храбрость в борьбе с КПСС и КГБ. Вполне закономерно, что, откушав всех этих гадостей, наконец, испробовав их, даже обделенные умом Солженицын и Шафутинский, Токарев и Аксенов, Агузарова и Вишневская вернулись умирать в издыхающую не без их помощи РФ.

Многие извращенцы - невозвращенцы, только ткнувшись носом в Запад, почувствовали, что именно капитализм, несущий на себе смесь наиболее характерных черт феодализма и рабовладения, в том числе, и демократию, и абсолютно безумные излишества верхов, существует лишь потому, что обрекает девять десятых населения планеты на вынужденный аскетизм китайских кули.

Ничто человеческое, как учили классики, не чуждо коммунисту. Коммунизму абсолютно чужд аскетизм. Коммунизм уже сегодня имеет на своем вооружении теорию, которая гарантирует всему человечеству нормы потребления духовных и материальных благ, обеспечивающие всестороннее и полное развитие КАЖДОЙ ЛИЧНОСТИ, что, почти соответствует понятию счастья. Но, историческая инерция, судя по материалам обильной светской хроники, пока сохраняет в сознании многих людей стандарты «счастья» лишь в виде безграничного ЗЛОУПОТРЕБЛЕНИЯ материальными, властными, алкогольными и сексуальными благами, причем в масштабах формулы: «у меня даже процент сахара в моче больше, чем у соседа». Только в этом случае психика многих людей эпохи рыночной демократии испытывает некоторую кратковременную удовлетворенность.

В условиях господства преимущественно рыночных, не очеловеченных, т.е. полуживотных отношений и пристрастий, когда проблема простого выживания, избавления от голодной смерти, съедает львиную долю времени жизни у современных людей, актив журнала, большинство его читателей тоже вынуждены решать задачу выживания, но они находят в себе душевные силы, оптимизм для выполнения просветительского и организаторского долга.

Человеку разумному, в современных разлагающих условиях, необходимо точное понимание МЕРЫ соотношения между рутинными житейскими проблемами и стратегическими целями жизни индивида, между путями достижения этих противоположных целей; между борьбой за биологическое выживание и реализации себя как личности. Практически всем активистам нашего журнала эти проблемы удается решать в той или иной мере, преодолевая мерзости рыночного быта.

Аскетизм, левое «францисканство», истерическая героика, революционное позерство, все это абсолютно неприемлемый для нас путь, все это элементы показной левизны, комчванства. Биография Энгельса убедительно доказывает, что гармоническое сочетание научной, литературной работы с деятельностью по обеспечению себя достаточными материальными средствами возможны и при капитализме. Пролетарии столетиями остаются пролетариями потому, что приняли за норму формы и объемы потребления, продиктованные им предпринимателями.

Коммунисты же, разработав теорию норм, необходимых для обеспечения всестороннего и полного развития КАЖДОЙ личности, сами в своей практике руководствуются объективными законами и потому отдают приоритет интеллектуальному потреблению, как наиболее эффективному средству развития личности и её творческих потенциалов. И нет никакой нужды нам, на данном этапе, специально повторять опыт известного «теленка, бодавшегося с дубом», спекулировать синяками, полученными от безмозглых полицейских, что много глупее боев с ветряными мельницами, когда еще не созрели субъективные предпосылки скачка в социальном развитии общества.

Качество научной подготовки Энгельса позволило ему, занимающемуся предпринимательством ради обеспечения разумного уровня потребления, не заразиться ни одним из видов буржуазного упадничества. И наоборот, большое количество молодежи, начавшей свой путь в качестве самопровозглашенных «левых», именно в силу недообразованности, закончили свою левую биографию в чиновном кресле или в тюремной камере, или в ранге фашистов, как это было с Муссолини. Горбачев, Ельцин, Яковлев, Гайдар и т.п., начав карьеру членами КПСС, с годами, в силу формальной дипломированности, переродились в комчванов и закончили биографию антикоммунистами, фактическими повитухами фашизма на территории бывшего СССР.

Ясно, чтобы победить комчванство, т.е. претензию на власть, на управленческие функции без наличия у субъектов необходимых знаний, навыков и психических образований, НЕОБХОДИМО разобраться в природе, в причинах возникновения подобных уродств в психике людей, формально объединенных уставом и программой партии.

Для того, чтобы не повторить печальный опыт перерождения многочисленных партий с коммунистическими названиями, необходимо вспомнить одно из коренных положений философии марксизма: общественное бытие определяет общественное сознание, и исторический контекст, в котором родилась эта конкретная истина. А эта истина была открыта в условиях, когда общественное бытие целиком и полностью формировалось без какого либо участия науки об обществе. А отсюда следует, что стихийно, т.е. ненаучно, организованное общественное бытие не может автоматически породить научный уровень общественного сознания. Общественное сознание ненаучно ровно в той степени, в какой ненаучно общественное бытие. Иной вопрос, что научная теория всегда присутствовала в системе элементов общественного сознания, однако господствующий класс, не имея возможности остановить развитие научной мысли отдельных индивидов, делал все возможное, чтобы достижения науки не могли стать достоянием широких масс трудящихся, особенно молодежи. Повсеместно использовались не только религиозные формы зомбирования, но и прямое сожжение на кострах непосредственных носителей научных открытий.

Поэтому, прежде чем говорить о коренном переустройстве общества, необходимо превратить науку об обществе в реальное достояние большей части человечества, создать организацию, в которой большинство её членов владело бы методологией научного познания и в своей деятельности руководствовалось бы исключительно положениями и выводами науки.

Ленину в России пришлось решать крайне непопулярную и низкопродуктивную в педагогике задачу: переучивать миллионы «ученых», т.е. людей, богатых на опыт лакейства, опыт многолетнего растлевающего общественного бытия феодального капитализма в многонациональной, многоконфессиональной, преимущественно, крестьянской, много пишущей, но мало читающей стране.

Как уже отмечалось, ненавидеть капитализм за пережитые личные муки совершенно не равно пониманию идей коммунизма. При капитализме, к сожалению, многие, страдая, связывают избавление от страданий как раз с возможностью выбиться в хозяева, т.е. самим стать паразитами и комфортно жить за счет… страдания других. Поэтому во всем цивилизованном мире, со времен луддизма, идет борьба, прежде всего, против плохого капитализма за хороший... капитализм, а вовсе не за коммунизм. В широких слоях пролетариев, тем более в начале ХХ века, феодально-капиталистическое бытие пустило обильные метастазы в массовое сознание трудящихся практически всех стран, смертельная опасность которых по достоинству была оценена только в ходе первой мировой войны и, прежде всего, пролетариями и крестьянами России. Поэтому Ленин и связывал падение царизма исключительно с буржуазной революцией, зная заранее, что основные массы народа с восторгом примут буржуазное временное правительство и отправятся, пока не протрезвеют окончательно, умирать на фронтах мировой войны, но уже не за царя, а ради прибылей буржуазии. Более того, уже после свержения власти министров-капиталистов, при выборах в учредительное собрание, трудящиеся вновь проявили свою мелкобуржуазную сущность, поддержав эсеров и анархистов, усложнив задачи большевикам. Даже на стороне Колчака сражалось некоторое количество рабочих ижевских заводов. Не говоря уже о том, какое количество рабочих европейских стран позднее активно служили идее фашизма.

Следовательно, господство буржуазных форм бытия закономерно порождает тиранию буржуазной идеологии в сознании каждого индивида, в том числе и в пролетарских массах, и как показала историческая практика, сколько бы столетий пролетарий не боролся за торжество собственно пролетарских интересов, они не идут, и не могут идти (сознание не пускает) дальше вопроса о «справедливой зарплате» при приемлемой продолжительности рабочего дня. Поэтому нет никаких надежд на некое автоматическое образование коммунистического сознания и убеждений в пролетарских массах.

Строго говоря, все найденные формы работы, по привнесению научного сознания в среду рабочего класса СССР, пока не оправдали себя. До 1953 года можно было лишь утверждать о наличии благоприятной тенденции в развитии политического сознания рабочего класса, о постепенном развитии системы политического образования населения. Но и эта работа была еще далека от своего оптимума. После 1953 года начался рост волюнтаризма, групповщины, формализма. В деле пропаганды и агитации, и в пропагандистском аппарате КПСС и высшей школы укоренилось комчванство, о чем и предупреждал, и чего опасался Ленин.

Забывается, что готовые знатоки диаматики с неба не падают. В стране, в которой веками господствовали богословы, сформировать слой философов, материалистов-диалектиков - весьма сложно. Требуется время и оригинальная методика, которую ещё только следует разработать.

Молодой человек, психика которого сформировалась в рыночных условиях, не может иметь сознание, вооруженное диаматическим мышлением. Во-первых, потому, что весь личный опыт каждого человека, рожденного в рыночных условиях, построен на практике господствующего буржуазного бытия, полного алогизмов, а во-вторых, для усвоения, даже примитивных по своей сути, буржуазных знаний, необходимых для выживания, при нормальных условиях и способностях, молодому человеку приходится напряженно учиться не менее 15 лет.

Как показал многовековой опыт работы образовательных и воспитательных учреждений мира и несколько десятилетий истории СССР, социально-философские убеждения в их глубоком и развернутом виде могут быть усвоены лишь в связи с полным физиологическом созревании личности и при наличии достаточного примера и личного социального опыта. И, если, например, балетом и плаванием необходимо заниматься с дошкольного возраста, ради доведения физиологических задатков до оптимума, то овладеть диаматическим мышлением, в первом приближении, можно не раньше, чем удастся выжить в первом круге ада рыночной жизни, т.е. после первого непоступления в институт, первого непринятия на работу, первой невыплаты зарплаты, первого увольнения с работы, первого развода, первого банкротства, не говоря уже о первой отсидке в КПЗ за несовершенные преступления. Если бы не все это, то не было бы «перенаселенности» тюрем, очередей на биржу труда современной протяженности, такого количества поглощаемого алкоголя, наркотиков и других «антидепрессантов».

Поэтому нынешнее поколение людей необходимо не только перевоспитывать, но и переучивать, поскольку самое большее, с чем может прийти молодой пролетарий или студент в партию, это чувство глубокой неудовлетворенности или ненависти, реже чувство презрения ко всему строю рыночной жизни. Однако, как показала история СССР, на одних чувствах, даже самых сильных, решить позитивные задачи коммунистического строительства НЕВОЗМОЖНО. Конечная победа дела коммунизма куется не на баррикадах, а, прежде всего, за книгой и в ходе самостоятельных исследований актуальных проблем общественного бытия, в сложном и трудоемком процессе превращения своего индивидуального сознания в научное материалистическое мировоззрение.

Необходимость гигантского объема научной работы продиктована тем объективным обстоятельством, что рыночные и коммунистические отношения не формально противоположны, а качественно, принципиально противоположны, и эта качественная определенность коммунистических отношений между людьми остается наименее изученной и наименее описанной проблемой. Несовместимость буржуазного и коммунистического сознания предполагает работу гигантской сложности и филигранности по замене диктатуры рефлексов и инстинктов в мотивации людей на научно обоснованное поведение, т.е. на собственно человеческое, коммунистическое поведение.

Поэтому, чтобы должным образом отреагировать на предупреждение Ленина об угрозе коммунизму со стороны комчванства, чтобы крушение СССР не повторилось, необходимо продолжить самым настойчивым образом работу по теоретической дискредитации «логических» основ капитализма, по созданию и массовому усвоению общей теории коммунизма в полном смысле этого слова.

За работу, товарищи.

Февраль 2014
Написать письмо
в редакцию
Редакционные
статьи
Ещё статьи
на эту тему
Первая страница
этого выпуска


Поделиться в соцсетях

Рейтинг@Mail.ru Rambler's Top100
№1 (40) 2014
Новости
К читателям
Свежий выпуск
Архив
Библиотека
Музыка
Видео
Ссылки
Контакты
Живой журнал
RSS-лента