Валерий Подгузов

Можно ли коммунистам идти вперёд,
стесняясь слова коммунизм?
Часть 31

О гарантиях точности исторического прогноза

Странная робость охватила современных левых. Не решаются заглянуть далеко вперёд. Практически, во всех их публикациях господствует констатация мерзостей капитализма, даётся фотография народных страданий и пропаганда различных моделей социализма в качестве альтернативы капитализму. Много слов уделяется переходному периоду. Выпущено много «видео», в которых разными лекторами заявлялся, якобы, разговор о коммунизме, и читалась лекция... об экономике социализма. О коммунизме, практически, ни слова.

Большинство современных политиков и бизнесменов для получения ответа на вопрос о том, что их ждёт в будущем, обращаются к гадалкам, астрологам, к дипломатам США, а те, кто не верит этим шарлатанам, кропят свои начинания святой водой, бьют поклоны в храмах... с тем же успехом.

Иначе поступил Маркс, когда взялся за составление долгосрочного стратегического прогноза о будущем всего человечества. Следуя требованиям, уже освоенной им диалектики материализма (диаматики), вместо наивного прожектёрства своих предшественников, примитивного доктринёрства многих своих современников, Маркс изучил содержание, практически, всех описанных исторических способов производства в рамках одного или нескольких регионов и объективные материальные предпосылки, созревание которых вызывало последовательную смену экономического базиса в этих сообществах, т.е. смену форм производственных отношений между людьми.

Это исследование привело Маркса к выводу, что каждый способ производства имеет свою классическую форму, наиболее полно представленную в той или иной, отдельно взятой, стране, а потому картину развития каждого конкретного глобального способа производства можно, без ущерба для научной точности, изучить на примере отдельной страны, достигшей наиболее устойчивых практических результатов.

Забегая вперёд, можно сказать, что классическим образцом победоносного переходного периода и первой фазы коммунизма, достойным самого скрупулёзного изучения, в главных его противоположностях и противоречиях, являлся СССР до 1953 года. Многие современные недотеоретики не разделяют эту точку зрения, поясняя, что опыт Ленина и Сталина можно было бы считать успешным, если бы СССР не рухнул, несмотря на всю дурость Хрущева, вредительство Андропова, предательство Горбачёва и подлость троцкистов, сознательно и разрушительно гадивших всю постсталинскую историю КПСС.

Поскольку Марксу нужно было точно и добросовестно ответить на вопрос, прежде всего, самому себе: вечен ли капитализм, застыл ли он в своём нынешнем состоянии, постольку особо скрупулёзному исследованию им была подвергнута господствующая, к тому времени, модель английского капитализма, причем, анализ этот был осуществлён с предметностью, которой позавидовали бы Гегель и его лучшие выученики, Клаузевиц с Рикардо.

В результате проделанной работы, Марксом были открыты законы простого товарного производства и обращения, по которым и происходило многовековое, постепенное, из формации в формацию, естественное развитие предпосылок возникновения капитализма и, в силу дальнейшего развития этих же предпосылок, а не по желанию социалистов, т.е. утопистов (а это был самый светлый и безобидный тип социалистов), происходило одновременное формирование объективных сил замены капитализма на принципиально иной, неэксплуататорский способ производства и, следовательно, по общему правилу, переход на новый комплекс производственных отношений.

Разумеется, Маркс был не единственным учёным, который занимался исследованием капитализма. Одни буржуазные теоретики, подобно тому, как Макиавелли пытался оправдать феодальных государей, защищали учения о капитализме как о единственно возможной и самой совершенной системе рыночного устройства общества на все времена. Другие теоретики и беллетристы, порой, точно описывая все мерзости капитализма, изобретали различные варианты более гуманного капитализма, апеллируя, зачастую, к религиозной морали, к психологическим и организационно воспитательным аспектам формирования личности и общества. А поскольку речь во всех случаях велась о совершенствовании социума, то различные модели его «более справедливого» устройства большинство теоретиков стали обозначать бессодержательным термином «социализм», наполняя каждую авторскую модель «социализма» произвольными чертами.

Не владея диаматическим методом, первые социалисты или не занимались вопросом предпосылок построения справедливого общества, описывая готовые, неизвестно откуда взявшиеся, например, «Атлантиду», «Город Солнца», или ставили героев своих фантазий в юрисдикцию надуманных законов острова Утопия, на котором, руководствуясь идеей достижения максимального душевного комфорта, люди сознательно отказались от феодальных и буржуазных форм эгоизма и тирании, т.е. от частной собственности и денежного обращения, в пользу справедливых, собственно человеческих, безденежных, а потому бесконфликтных отношений.

[Попутно можно заметить, что русское слово «справедливость» можно трактовать как образованное двумя древними понятиями: «справный», т.е. совершенный, и «ведаю», т.е. знаю. Таким образом, применение слова «справедливое» будет оправдано для обозначения общественного устройства, превосходные свойства которого являются продуктом высокой научной компетентности членов общества].

Поскольку диаматика, в отличие от диалектики Гегеля, исключает возникновение чего бы то ни было из «ничто», постольку Маркс и исследовал реальный, наличный английский классический капитализм, уже превратившийся в господствующую систему отношений между людьми и странами, и открыл в сложившемся капитализме те его грани, которые, с одной стороны, показывали, как данный способ производства возник, каковы законы его функционирования, развития и загнивания, а с другой стороны, не уступая Евклиду в логичности доказательств своих «теорем», Маркс вскрыл те противоположности, которые ведут капиталистические отношения к их отрицанию, формируются самим капитализмом вопреки воле предпринимателей и являются следствием действия абсолютного экономического закона капитализма.

Мобилизация широкого массива материалов экономической статистики позволила Марксу открыть абсолютный закон накопления капитала, но, естественно, не как суммы денег или груды товаров, а как накопление взрывоопасного давления «водородно-кислородной» смеси, т.е. общественных производительных сил и паразитарных экономических отношений в замкнутой насилием системе капиталистического способа производства. Было доказано: чем энергичнее предприниматели конкурируют между собой за извлечение прибыли, тем динамичнее специализируются производства, происходит централизация и концентрация капиталов в их персональных руках, тем в большей степени капиталы интернационализируются, тем всё меньшую часть населения планеты составляют крупные капиталисты, поглотившие конкурентов (особенно мелких), и всё меньше олигархические акционированные капиталы напоминают классический случай персонально осязаемой частной собственности, тем ничтожнее роль самих крупных капиталистов, тем выше управленческая роль чиновников, частных аудиторов, бессовестных адвокатов, наёмных хеджеров, брокеров, вороватых менеджеров, киллеров, рейнджеров, коллекторов и, вообще, всех видов насилия в деле удержания производительных сил общества в подчинении олигархически-феодальным кланам монополистов.

Независимое исследование тенденций развития объективных противоположностей и субъективных противоречий эпохи капитализма привели Маркса к важным выводам:
1. развитие капитализма формирует все необходимые материальные предпосылки для превращения его в свою противоположность;
2. своевременный сознательный отказ мирового сообщества от капитализма позволил бы избежать мировых войн, спровоцированных объективными законами развития мирового рынка и, таким образом, спасти сотни миллионов жизней на Земле;
3. в зависимости от сочетания ряда объективных и субъективных факторов, отказ от капитализма в той или иной форме возможен первоначально в отдельных странах с достаточным материально-техническим и культурным потенциалом;
4. научный подход к проблеме строительства посткапиталистического общества требует от пропагандиста использования точного категориального аппарата и потому, вместо бессодержательного слова «социализм», необходимо использовать научно обоснованный термин «коммунизм».

Как показала практика, словами - «социализм», «социалистическая», может обозначаться ЛЮБАЯ, в том числе и самая реакционная, национал-социалистическая организация общества, с любой степенью остроты классового антагонизма. Коммунизмом же называется только такое устройство общества, в котором изжиты объективные предпосылки и субъективные заблуждения, разделяющие общество на классы, тем более, антагонистические.

Диаматика - строгая наука и, следуя законам формирования категориального аппарата, Маркс и Энгельс назвали манифест партии научного планетарного мировоззрения «Манифестом Коммунистической Партии», а не манифестом национальных социалистических партий, которые, к тому времени, все уже были оппортунистическими, хотя и придерживались антиимпериалистической, мелкобуржуазной риторики.

После того, как К.Маркс и Ф.Энгельс выполнили задание «Союза коммунистов», т.е. написали «Манифест КП», они превратились в мишень для грязных нападок со стороны функционеров социалистических партий, уже изрядно пригревшихся в парламентаризме и лейборизме. За всю историю «социнтернов», которые в троцкистской литературе отождествляются то с I, то со II Интернационалами, к заметным «заслугам» социалистических партий можно отнести лишь одобрение ими... первой мировой войны, непротивление созданию партий национал-социалистического толка после первой мировой войны, обеспечение поражения коммуниста Эрнста Тельмана в борьбе против гитлеризма в Германии и оплёвывание сталинизма в одной компании с Троцким, Гитлером, Геббельсом, Хрущёвым. Искать ещё какие-либо «заслуги» социалистических партий, кроме бесплодных конгрессов Социнтерна - безнадёжное дело.

Руководствуясь положениями и выводами теории марксизма-ленинизма о том, что капитализм формирует множество необходимых объективных и некоторые субъективные предпосылки для построения коммунизма, опираясь на факты истории победоносной практики строительства коммунизма в СССР во времена Ленина, Сталина и, учитывая причины крушения КПСС под ударами социалистического оппортунизма, приходится относиться к термину «социализм», по меньшей мере, как к анахронизму, и считать единственно научным использование термина «коммунизм», применительно и к первой, низшей, и к высшей фазе его развития. Многолетняя пропагандистская практика убеждает, что, если в своих рассуждениях исходить из того, что за капиталистической формацией следует коммунистическая формация, то нет ни малейшей необходимости использовать расплывчатое, засаленное оппортунизмом, слово «социализм», допускающее многочисленные смысловые спекуляции от национал-социализма до персонализма.

При соблюдении терминологической точности, рассуждения приобретают строгую логическую последовательность, ясность формулировок целей и этапов движения к победе, а у оппортунистов, если их вынудить оперировать только словом «коммунизм», существенно сокращается вербальное и смысловое поле для пробуржуазных спекуляций на почве слова «социализм».

Коммунизм и хозяева

Всесторонняя детальная разработка и пропаганда теории коммунизма необходима, прежде всего, потому, что коммунизм - это первый и единственный в истории человечества уже научно обоснованный и объективно обеспеченный путь избавления одних прямоходящих млекопитающих от роли домашнего животного при своём хозяине, а других людей от синдрома хозяина над людьми, который был нормой массового сознания в эпоху перехода этносов от, т.н., «дикости» к «цивилизации» на базе частной собственности. Кто мог, тот выбивался в число хозяев, кто не смог, перешел в класс домашних животных. Тем не менее, во всех формациях существовал широкий слой обывателей, которые ещё не разорились до состояния говорящих орудий труда, но и не выбились в их хозяев. Надежда умирает последней, поэтому, обычно, представители «среднего класса», до последнего вздоха, борются за возможность выбиться в число эрзацхозяев, т.е. в надсмотрщики, в полицаев, в бригадиров, в менеджеры. Здесь, в точном соответствии с диаматикой, мы имеем одном лице и наёмного раба, и, порой, наиболее свирепствующего цепного «хозяина».

Вместе с развитием отношений частной собственности реальная жизнь и толковые словари, вместе со словом «хозяин», наполнялись всё более мерзким содержанием: эгоизм, подлость, рабовладение, эксплуатация, полисия (тирания и демократия в одном флаконе), деньги, войны, преступления, либерализм, предпринимательство, проституция, киднеппинг, тюрьмы... Но не существует ни одного научного довода в пользу того, что людям непосредственного производительного труда для обеспечения себя всеми необходимыми средствами существования и развития «нужны» хозяева и все виды пороков, перечисленных выше. Однако, несмотря на всю свою очевидную ненужность, тирания со стороны владельцев относительно крупных массивов частной собственности, однажды возникнув, сделав безошибочную ставку на массовое невежество, сопровождала человечество последние несколько тысяч лет.

Не требуется больших умственных способностей, чтобы зафиксировать в сознании людей сам факт наличия субъектов, играющих роль хозяев по отношению к другим людям. Для этого достаточно, например, родиться в семье простых тружеников в классовом обществе. Существенно сложнее точно диагностировать причину, по которой это произошло, и следовательно, выяснить, вечно ли действует эта конкретная причина, порождающая противоположные классы людей, или на каком-то этапе развития общества причина исчерпывает себя, и класс эксплуататоров становится совершенно излишним и объективно, и в глазах большинства и, «не мытьём, так катаньем», его «уйдут» с исторической сцены.

Многие, размышляя над проблемой преодоления разделения общества на классы, попадают в плен количественной стороны дела. Много - значит класс. Недопонимается то, что любой класс (и большой, и маленький) образован индивидами, мировоззрение каждого из которых продиктовано противоположностями объективного бытия, и, следовательно, из носителей конкретного мировоззрения и формируются противоположные группы людей с совпадающими взглядами. Исторически более осмысленным сходством характеризуются мотивы господствующего класса: сознательный выбор места, которое они занимают в структуре общества, за которое они борются; подобие заученных ролей, которые они играют в экономике; планирование долей, подлежащих «прихватизации» ими в общественном «пироге». Невозможно представить хозяев, каждый из которых не испытывает жажду прибыли и не рассчитывает её сознательно до начала махинации.

Однако особенностью идеологии класса эксплуататоров является не только то, что для них святы лишь СВОИ средства производства, т.е. капитализируемая прибыль, не только их сходство в том, что они все присваивают ЧУЖУё святую собственность и продукты чужого труда, но и то, что они все непримиримые враги друг для друга. Классический случай тождества и борьбы противоположностей.

Это главное сходство тиранов, в принципе, облегчает классу пролетариев борьбу с ними. Когда же, временами, эксплуататорам удавалось не воевать друг с другом, в такие периоды они СОВМЕСТНО душили восстания рабов, крестьян, пролетариев, чтобы в дальнейшем им никто не мешал душить друг друга. Как писал российский банкир Блиох ещё в конце девятнадцатого века, социальная революция в России возможна лишь при условии, если российские финансисты ввяжутся в первую мировую войну, организованную западными финансистами, за передел колоний. Как в воду глядел.

Если бы в классе предпринимателей отношения конкурентности не господствовали бы, то рынок всегда оставался бы мелкотоварным, а не тяготел бы к монополизму, империализму и, следовательно, к мировым войнам. В силу этого, все союзы между предпринимателями эпизодичны, а их стремление к поеданию конкурентов, т.е. «одноклассников» - перманентно. Класс хозяев и возникает, и трансформируется, и качественно, и количественно, не иначе, как в результате межклассовой, так и в результате ОСОЗНАННОЙ внутриклассовой борьбы. Внутриклассовая борьба хозяев, - одна из разновидностей классовой борьбы, ведь именно в результате внутриотраслевой борьбы часть класса капиталистов разоряется и переходит в класс пролетариев, если не люмпенизируется, не маргинализируется или не кончают жизнь самоубийством. Именно внутриклассовая борьба, а не происки большевиков, ведет капитализм к империализму и это поднимает всю межклассовую борьбу на качественно новый, финальный уровень.

Эксплуататорские классы не могут возникнуть вне паразитарного УМЫСЛА одних субъектов и БЕЗГРАМОТНОСТИ других, т.е. без неразрывного единства объективных и субъективных классообразующих факторов.

Исследуя причины классового устройства общества, невозможно ничего понять, если не руководствоваться диаматикой единства объективного и субъективного факторов в формировании общественных структур и отношений.

Как показала практика тысячелетий, любой уровень развития производительных сил общества, даже самый простой, собирательский, охотничий, является достаточной объективной основой для того, чтобы люди могли вступить между собой исключительно в коммунистические производственные отношения и не имели над собой хозяев. Казалось бы, если уж в условиях явной скудности средств существования люди тысячелетиями умудрялись сосуществовать в рамках коммунистических отношений, буквально, кровного братства, то, по мере роста производительности труда и объема материальных благ, эти отношения могли бы только совершенствоваться. Но, тогда, почему всё-таки за первобытным коммунизмом последовалоЕ рабовладение?

Если коротко, то в результате безграмотности основной массы населения, и узурпации знаний узким слоем соплеменников. Это - важная субъективная предпосылка объективного расслоения общества. [См.: выступление Грефа на форуме Сбербанка России «Выход из управленческого тупика»2.Лейтмотивом его сообщения была мысль, что трудящиеся массы должны быть целенаправленно погружены в состоянии полной безграмотности по самым важным вопросам общественного бытия, и только тогда ими легко МАНИПУЛИРОВАТЬ, хоть «водить по пустыне» 40 лет, хоть на Майдан, хоть на Болотную площадь.] Иными словами, обязательным фактором деления общества на класс эксплуататоров и класс эксплуатируемых, сохранения этого деления является разность образовательных потенциалов и поддержание разрыва между ними на необходимом уровне.

Показательно, что и в 21 веке, в силу равенства образовательного уровня для всех членов общества, без хозяев над собой живут (на фоне тирании американских ТНК над цивилизованными народами) племена бушменов, зулусов, пигмеев, австралийских аборигенов, индейцев бразильской сельвы... без денег, без государства, тюрем, мировых войн (т.е. в рамках первобытного коммунизма) столько же тысяч лет, сколько мучаются субъекты в цивилизованных странах, которых сегодня, чуть ли не каждый день, давят грузовиками на улицах крупнейших городов рыночного мира, полицейские травят слезоточивым газом, религиозные террористы режут ножами, насилуют, взрывают, расстреливают в Барселоне и Лас-Вегасе, Киеве... Однако это не означает, что необходимо поддерживать низкий уровень образованности населения, чтобы обеспечить бесконфликтность в обществе. Важно обеспечить РАВЕНСТВО РАСТУЩЕЙ образованности, прежде всего, в мировоззренческих вопросах. Равенство образованности в точных науках, чаще, ничего не даёт человеку для формирования его гуманистического мировоззрения, но, в большинстве случаев, развивает в нём чванство. Здесь показательна биография одного из главных бомбистов-перебежчиков, Сахарова - король физики бомб и полный профан в обществоведении. По этой же причине те, кто кичится дипломами Гарварда, Стэнфорда, Кембриджа, но не знакомы с действительным содержанием марксизма-ленинизма, не могут обойтись без хозяев над собой, без воровства, терроризма, самоубийств, наркомании, войн, полиции, тюрем и других форм массового перманентного уничижения себя себе подобными?

Такое положение вещей, в некотором смысле, предопределено исторической инерцией: однажды сказавши А в экономике, т.е. вступив между собой по недомыслию и недальновидности в отношения частной собственности, большинство людей вынуждены были встать в неизбежную позу Б, т.е. вступить между собой в отношения продажности и насилия на всех социальных уровнях и, многие тысячелетия последующей истории, хозяева свободно бились между собой «за металл», а у холопов трещали и трещат «чубы».

Заслуга научной расшифровки и теоретической формулировки ПРИЧИН, по которым, практически, повсеместно, повышение производительности труда и рост «оседлости» на базе частной собственности, приводя, с одной стороны, к возникновению избыточного продукта, с другой стороны, порождали класс людей с нарастающим изуверством борющихся, не жалея ни своей, ни чужой жизни за отторжение избыточного продукта от непосредственного производителя, за концентрацию бессмысленных объёмов материальных и хрематических «ценностей» в руках одного владельца, принадлежит классикам марксизма.

Основная причина возникновения фигуры эксплуататора, превращение его в социальный класс диалектико-материалистично была очерчена уже в трудах классиков марксизма-ленинизма, в частности, в работе Энгельса «Происхождение семьи, частной собственности и государства (В связи с исследованиями Льюиса Г. Моргана)»3. Естественно, каждый, читавший эту работу, в зависимости от поставленных перед собой познавательных задач, обращал внимание на разные её аспекты, но, как показывает опыт изучения, например, учебников марксизма, наименьшее внимание уделялось и уделяется роли... ЛЮДОЕДСТВА в возникновении частной собственности и всех пород эксплуататоров, хотя Энгельс, опираясь на исследования Моргана, прямо об этом писал.

Людоедство есть наиболее последовательная, абсолютная форма отношений между людьми, приводящая к возникновению прочих форм отношений частной собственности, возникающих между двуногими прямоходящими млекопитающими тогда, когда и поедаемый, и поедающий ещё не доросли до понимания того, что они оба «хомо сапиенсы», т.е. существа и мыслящие, и общественные и, поэтому, могли бы не подчиняться безрассудному «голосу» желудка. Но во времена, когда людоедство не считалось чем-то отличным от прочих гастрономических пристрастий, еще не существовало научной теории, и люди не могли ещё ни обобщать, ни прогнозировать последствий от своих поступков.

Большинство обществоведов КПСС мимолётно касались мысли о том, что рабовладение лишь открыло более эффективную форму поедания тела человека через поедание времени жизни раба. Да и в причащении верующих «к телу и крови Иисуса» нет ничего мистического, божественного. Можно ли приблизиться к богу ближе, чем откушав его плоти и крови? Ведь мы то, что мы едим, считали наши дремучие предки. Если первобытный эпизодический каннибализм продлевал жизнь людоеду в условиях природных неурядиц, то рабовладельческая форма потребления человечины позволяла хозяевам осуществлять систематическое накопление излишков продуктов производительной деятельности раба в абсолютно бессмысленных масштабах и формах, например, в виде религиозных сооружений. И, если о египетских пирамидах ещё можно спорить как о концентраторах энергии, построенных пришельцами из космоса, надорвавшимися при этом, то, глядя на бессмысленный Парфенон или кровожадный Колизей, этого не скажешь.

В результате верхоглядства многих теоретиков КПСС, в их рассуждениях рабовладельцы, феодалы и предприниматели совершенно нематериалистично «падают с потолка» истории на шеи несчастных рабов, крестьян и пролетариев, как бы беспричинно. Просто, наличествуют, и всё тут.

Фигуры эксплуататоров во многих современных работах левых теоретиков рассматриваются как некая данность без выяснения объективных причин, почему «вдруг» в обществе возникает фигура, например, патриархального рабовладельца, латифундиста или современного предпринимателя. А, на самом деле, она не возникает внезапно, а является развитием неэффективной формы людоедства в более продуктивную.

С римскими императорами и монгольскими ханами всё ясно: кто зарезал предшественника, тот и становился очередным императором. С христианскими царями, тоже, всё понятно. Они помазанники божьи (поскольку любая власть, согласно писанию, от бога), и здесь не над чем задумываться.

При изучении «Капитала» Маркса многие, известные мне коллеги из КПСС, тоже, рассуждали простенько: капиталист - данность, а потому следует лишь понять, как он грабит, а поняв, можно выбирать, бороться с предпринимательством или стать предпринимателем. Многие партбилетчики КПСС в годы «перестройки» выбрали второе и стали называть себя либералами, патриотами и клерикалами. Большинство советских академиков, философов, экономистов, как и простые советские рабочие, особенно шахтёры, т.е. будущие пролетарии, не утруждали себя поиском ответов на наиболее общие вопросы: почему некоторые люди, не просто, становятся предпринимателями, а страстно и криминально борются за возможность стать ими, особенно банкирами или строителями финансовых пирамид на манер Мавроди, Полонского, Мэдоффа, почему они становятся активными рейдерами на манер Ходорковского или Порошенко?

Более того, вопрос заключался не только в том, что кто-то ХОЧЕТ стать предпринимателем, а в том, какими ЗАДАТКАМИ нужно обладать, чтобы остаться предпринимателем, выжив в конкурентной борьбе, не попав на прицел киллеру, обанкротив своих соперников, безжалостно сокращая наёмный персонал на многие тысячи душ, как Дерипаска или Греф, чтобы повысить стоимостную эффективность своих активов?

На этот вопрос, особенно после Сталина, в теоретическом плане, в литературе, претендовавшей на звание марксистской, ответы не рассматривались, хотя в своих карикатурах даже Кукрыниксы изображали представителей класса предпринимателей, чаще всего, именно в виде хищных зверей (от шакалов, до акул и удавов).

Если внимательно вчитаться в труды Аристотеля, Макиавелли, Мальтуса, Фон дер Гольца, Фоша, Гитлера, Сороса, Джина Шарпа, то нетрудно понять, что данные литераторы, стратеги, предприниматели, всего навсего, откровенно, а порой нахально, формулировали руководящие мотивы своего типа двуногих прямоходящих млекопитающих, которые воспринимают ближних своих, исключительно, как РАСХОДНЫЙ МАТЕРИАЛ, поедаемый, пардон, потребляемый в той или иной форме, затаптываемый для достижения ПЕРСОНАЛЬНОЙ цели владельца циклопических объемов частной собственности.

«Контроль над деньгами, - пишет Сорос в книге «Кризис мирового капитализма», - требует, чтобы человек посвятил себя ОДНОМУ делу - ДЕЛАНИЮ ДЕНЕГ, и все остальные аспекты личности должны быть подчинены только этому... Инвесторы, как и определенные виды животных, имеют основания для передвижений стадами. Только на точках перегиба тренда курсов не думающие инвесторы, следующие за тенденцией рынка, понесут настоящие убытки, но если они будут проявлять бдительность, то у них есть возможность выжить. Однако инвесторы-одиночки, привязывающие свои состояния к основным показателям рынка, могут быть затоптаны стадом».

Сорос старался никогда не следовать стадным инстинктам, а предпочитал, как хищник, резать себе подобный «скот», разоряя стада акционеров, хеджеров, банки, пенсионные фонды и т.д.

Не понимая ленинской теории экономического соревнования коммунизма с капитализмом, как формы классовой борьбы, не видя людоедской природы предпринимателей, особенно, выбившихся в монополисты, Хрущев призывал империалистов соревноваться с СССР по производству бытовых благ на душу населения. Трагикомизм ситуации состоял в том, что Хрущёв уговаривал урождённых людоедов не есть людей, не понимая, что империалисты все эти года рассматривали только один вопрос: как поджарить в ядерной войне ВСЁ население СССР, Европы, но так, чтобы сами США не превратились в мангал. Ещё более лопоухо в данном вопросе повёл себя Горбачёв со своими общечеловеческими ценностями в классовом обществе.

Сегодня ни у кого не возникает сомнений относительно того, что потенциал способностей к различным видам творчества, тем более, к его гениальным уровням, коренится в структуре хромосом. При благоприятных общественных условиях они формируют личность, способную на выдающиеся результаты в сферах, соответствующих природным задаткам. При НЕблагоприятных общественных условиях природные задатки консервируются или утрачиваются окончательно, тем более, если владелец гениального генного набора приказал всем долго жить ещё во младенчестве. Все эти объективные генные предпосылки играют значительную роль в формировании как паразитических, так и альтруистических задатков личности.

В рабовладельческих, феодальных и буржуазных условиях, низы, под надзором церковно-приходских школ и медресе, католических университетов, синагог, инквизиции и синода, бояр, опричников, жандармов, палачей, каторг и острогов, независимо от генной предрасположенности, в массовом порядке были вынуждены плодить низы. Верхи, независимо от степени своей бездарности, плодили хозяев этих низов. Социальные условия самым существенным образом влияли и влияют на процесс реализации генных задатков, исключая автоматизм их раскрытия в личности в условиях классово-антагонистического общества. Только при коммунизме исключаются тормозящие воздействия на природные созидательные задатки ВСЕХ индивидов и, одновременно, условия коммунизма не содержат в себе элементов бытия, которые питали бы людоедские, паразитарные задатки в психике индивидов.

Редкие случаи прорыва отдельных представителей «низов» в «верхи» в классовом обществе, не делая «погоды», не отменяя действия господствующего закона, породили в русском фольклоре снисходительную поговорку: «Из грязи в князи».

Таким образом, есть все основания утверждать, что существуют не только ЗАДАТКИ, способные развиться в скрипача, врача, художника, изобретателя, но существуют и ЗАДАТКИ, толкающие человекообразное на стезю паразитизма, т.е. способствующие формированию в человеке рабовладельца, феодала, предпринимателя, либерала, служителя культа, людоеда. Случаи каннибализма, имеют место и в 21 веке и свидетельствуют о наличии в генах определённых индивидов наследственной склонности к данному виду атавизма4.

Наличие врожденных конструктивных задатков в характере способствует превращению человека в профессионала, в демиурга в той ли иной области производственной, интеллектуальной или художественной деятельности. Отсутствие созидательных задатков исключает пристрастие личности к какому-либо виду производительного творчества, и потому их психотип формируется лишь вокруг аппетита и либидо, и отличается от представителей животного мира тем, что все свои мерзофилии такой индивид способен оформить и попытаться оправдать вербально.

Многим известно высказывание Фрейда, судившего обо всех по себе, что миром правит жажда власти, секса и чувство голода, но упускается из виду, что это мнение сформировалось у Фрейда в эпоху империализма, когда общество находилось на пределе своего классового разделения, когда капитализм оценивался как загнивающий империализм вовсе не большевиками, а добропорядочными социалистами. Фрейд, не владея диаматикой, скользя по поверхности явления, не понял, что миром правит кучка, которая уже имеет власть, пресытилась всеми сексуальными извращениями и десятилетиями не знала, даже, чувства лёгкого голода. Свои мещанские страстишки, типичные для альфа-самца бабуинов, Фрейд распространял на всё человечество. Но вряд ли романы Толстого рождались чувством голода, таблица Менделеева - жаждой секса, а расчёты и мечты Циолковского - жаждой власти.

В публикациях «Прорыва» не раз обращалось внимание читателей на ту марксистскую истину, что человек это не говорящий бабуин. Любая обезьяна потребляет вещество природы в «сыром виде» и существует только в тех регионах, где средства пропитания произрастают в течение всего года. Как показали исследования, обезьяна может пристраститься пить пепси-колу, виски, но никогда не сможет их произвести, оставаясь обезьяной. Однако стаи обезьян одной той же породы, ведущие «городской» образ жизни, существенно отличаются характером от своих лесных собратьев меньшей диковатостью и большим миролюбием внутри стаи.5

Человек же потребляет «природу», преимущественно, в переработанном виде и, занимаясь этим, индивид, одновременно, развивает в себе способности к ещё большему творчеству, большей производительности труда, которые не могут не фиксироваться на генном уровне, т.е. «записываются» в генном аппарате в нарастающем объёме. Именно этого не понимал Фрейд, поскольку формировался в обществе, в котором господствовала религиозная идеология и отрицалась, даже Фейербахом, могучая сила науки в мотивации человека и общества, исключалось превращение науки в главную, непосредственно производительную силу общества и наличие объективных законов расширенного воспроизводства самого общества.

Физиологическая и интеллектуальная деградация всех абсолютистских династий эпох рабовладения, феодализма, олигархических кланов эпохи предпринимательского империализма доказывает, что замедление процесса очеловечивания личности и общества пропорционально подчинению интегрального потенциала человечества делу обслуживания убогих по своему спектру интересов, потребностей, предрассудков классов, отмеченных отсутствием каких бы то ни было созидательных творческих потенций, подавленных глотательной и оргастической функциями. Именно в развитых рыночных странах систематически проходят конкурсы: «Кто больше и быстрее съест», в капиталистической России уже проводились конкурсы «Кто больше и быстрее выпьет», развивается индустрия производства кукол для половых сношений, поскольку многие современные преуспевающие люди обоих полов становятся настолько пустыми, что вызывают друг у друга только отвращение.

Один из наиболее ранних исследователей классовой структуры общества, Кенэ, обозначил класс феодалов и религиозных иерархов как «класс земельных собственников». Это и был тот их единственный «талант», единственная черта, достойная научной фиксации. Кенэ не занимался вопросом, откуда взялся этот класс. Большего из данного генотипа «выжать» для науки было невозможно. Пророческим оказалось и название «бесплодный класс», присвоенное Кенэ городским ремесленникам, в большинстве своём, позднее, переродившихся в пролетариев, с высокой степенью бессодержательности их индивидуальных трудовых навыков (придаток к конвейерной операции) или в узкий слой предпринимателей, главный талант которого измерялся склонностью к коллекционированию нулей на своём банковском счёте. В любом случае, представители этого бесплодного класса не создавали ничего дополнительного к материальному богатству природы и общества, а лишь перерабатывали природные материалы и полуфабрикаты сельского производства в иную потребительную форму, при этом создавая нечто абсолютно эфемерное, т.е. стоимость, пригодную лишь к обсчёту, обмеру и обману своих ближних, если не считать, какую угрозу экологии несут в себе все «достижения» рыночной экономики. Никакой человеческий талант не интересовал представителей бесплодного класса предпринимателей, если этот талант не вёл к увеличению нулей на их персональных счётах в банке. Им была абсолютно безразлична потребительная стоимость товара, которую они и по сей день изобретательно фальсифицируют, скармливая либералам, националистам и клерикалам копчёное ГМО из сои с пальмовым маслом под видом салями. Они с садистским удовольствием отторгали и отторгают от себя товары, лишь бы этот процесс влёк за собой прибыль нулей в банке.

Как показала история капитализма, нет такого, даже самого разрушительного, преступления, на которое не пойдут «лучшие» представители этого бесплодного класса (заказные убийства, война, наркоторговля, убийство детей ради органов для пересадки), если это преступление против человечества гарантирует им увеличение нулей на их счетах. В сентябре с.г., в Ростове Великом, риелторы, т.е. квартирные... предприниматели, по предварительным данным, озвученным в СМИ, сознательно выжгли исторический квартал в центре города, чтобы превратить пепелище в свою недвижимость и построить на нём дома для последующей продажи. Другие варианты объяснения события в СМИ, пока, ещё не рассматривались. Естественно, были сожжены и травмированы живые люди. В начале октября один за другим полыхали рынки в Москве и Ростове. Предварительный вывод пожарных - поджоги конкурентами. Полыхают леса в Приморье. Предварительный вывод - лесозаготовительная мафия...

В принципе, поведение ростовских риэлторов отличается от поведения людоедов, описанных в книге Даниэля Дефо, «Робинзон Крузо», только тем, что риелторы не танцуют вокруг кострищ и не обгладывают человеческие останки лично.

Долгие тысячи лет своей истории и до сих пор, некоторые племена, осуществлявшие первобытно-коммунистические отношения внутри своих племен, не брезговали каннибализмом по отношению к чужакам, случайно приобретёнными в ходе охоты, например, на оленя. В благоприятных климатических и географических условиях это качество у первобытных людей было выражено в меньшей степени, подобно тому, как на некоторых изолированных островах, до появления там европейцев, в фауне этих островов вообще отсутствовали плотоядные существа.

Таким образом, если при исследовании причин возникновения отношений подчинения и эксплуатации между людьми руководствоваться законами материалистической диалектики, то придётся признать, что объективная противоположность между эксплуатируемым и эксплуататором, между хозяевами и их рабами, возникая по причине объективно материальной, не может возникнуть в отрыве от того, что заложено в психике на генном уровне и влияет на то, что наиболее энергично усваивается сознанием.

Аксиома о первичности материи и вторичности сознания указывает, прежде всего, на обязательность факта наличия общественного сознания как одного из свойств бытия высокоорганизованной материи. Пока существует объективное общественное бытие в том или ином виде, до тех пор существует общественное сознание. Но верно и обратное. Если, например, массовое увлечение современными наркотическими средствами приведёт к полной деградации индивидуального человеческого сознания, то некому будет осуществлять общественное бытие вообще. Объем живых существ в океане грандиозен и разнообразен, но признаков общественных отношений нет, даже, у пингвинов и дельфинов, поскольку им для существования хватает одних инстинктов и рефлексов.

Но, поскольку в процессе становления цивилизаций, обе социальные противоположности (и эксплуататоры, и эксплуатируемые) тождественны друг другу по степени антинаучности мировоззрения, постольку всегда имел место конфликт двух вариантов обыденного сознания, отличающихся между собой лишь разной массой усвоенных заблуждений. Парадокс состоит в том, что все лауреаты нобелевских премий в области экономики пытались возвести в ранг науки обыденные представления олигархов. Типичному олигарху нужна лишь монополия на финансы страны и мира, а пролетарию, до поры, до времени достаточно зарплаты, пусть даже задержанной на полгода и выше торгов на рынке труда за зарплату он, самостоятельно, подняться не сможет. Т.е. конфликтный характер цивилизаций, основанных на частной собственности, изобилие социальных уродств указывают на то, что качество мышления эксплуататора, и качество мышления эксплуатируемого одинаково ущербно, негармонично в самых существенных моментах.

Пороки любого периода истории земного сообщества есть следствие тождества противоположных классовых мировоззрений в своей антинаучности. У одной противоположности классового общества мозгом управляет желудок и предстательная железа, у другой противоположности - мозг обслуживает, в основном, мышцы. Разумеется, существуют субъекты, живущие не по Фрейду, но они составляют пока меньшинство.

Лишенное научности, сознание одних активных индивидов находило смысл только в поглощении, независимо от того, что поглощается: кровоточащие бифштексы или конкуренты, а других - вынуждало униженно напрашиваться на работу к хозяину, чтобы иметь лепёшку к обеду.

В классическую рабовладельческую эпоху аристократы отдавали предпочтение накоплению рабов, территорий и умножению массы ценных металлов в склепах, а при феодализме, ценные металлы омертвлялись в сундуках, но уже в монетарной форме, а при клиническом капитализме аристократы отдают предпочтение накоплению нулей, и только нулей, на своих банковских счетах, благо, что предприниматели сегодня не испытывают недостатка в НАЁМНЫХ рабах.Гастарбайтеры сами ищут и находят хозяина себе на шею.

Лишенные научного сознания, физиологически здоровые люди не могут прогнозировать своё будущее, и потому они веками относительно спокойно смотрели на то, как в руках более агрессивных соплеменников накапливались, например, земельные пространства, ранее принадлежащие общине, как на этих угодьях эксплуатировались рабы-иностранцы, не понимая, что через некоторое время в феодальных рабов превратится и большинство коренного населения.

Маркс во всех своих рассуждениях исходил из неоспоримой исторической данности, что после первобытного коммунизма все общественно экономические формации были эксплуататорскими. Все остальные их признаки не являются сущностными. Главы «Капитала» о генезисе капиталистов констатируют сам факт и широкий спектр исторических и технических предпосылок превращения крупных латифундистов, сначала, в крупных феодалов, а позднее, крупных феодалов в крупных аграрных капиталистов, но в этих главах Маркс не рассматривал детально методологические вопросы исследования причин превращения отдельных человекоподобных особей в агрессивных паразитов, абсолютно не «комплексующих» по этому поводу.

Бесспорно, что общественное бытие определяет сознание, но приходится констатировать, что сознание одного человека в условиях одной и той же эпохи, как писал Гейне, выбирает себе судьбу молота, а тысячи других субъектов «выбирают» себе судьбу наковальни, а позже удивляются, почему жизнь их постоянно и со всех сил бьёт, почему большинство оказывается в роли овечьей шкуры, а меньшинство или в роли живодёров, или скорняков.

Практически поголовная безграмотность низов и верхов, а потому, практически, полное господство в их психике вербально оформленных инстинктов и рефлексов, неотличимых от инстинктов и рефлексов животного мира, не позволяла многим людям осуществлять какую-либо иную модель отношений между собой, кроме модели пищевой цепочки в биоте.

Характеры и темперамент, физическая сила приматов, потреблявших в пищу и растения и млекопитающих, делала их мутированных потомков сначала племенными вождями, а позднее рабовладельцами высокой степени паразитизма, кровожадности и тщеславия

Потомки приматов-вегетарианцев сохранили психику неагрессивного приспособления к природным катаклизмам, к муссонам, обрекая себя на роль жертв в эпоху, когда каннибализм стал нормой отношений между различными родами и племенами.

Сегодня никого не удивляет ни различие между породами приматов, ни устойчивость передаваемых признаков той или иной породы, в том числе, устойчивая близость одних пород к человеку, т.е. человекообразных бесхвостых обезьян, и неизменность признаков тех приматов, которые, порой, имеют лишь 2-3 незначительных физиологических признаков, позволяющих относить их к приматам.

Психологи давно установили факт врожденности темперамента и характера человека, поэтому, оставаясь на позициях материализма, невозможно отрицать, что склонность к паразитизму и безделью объективно закладывается в «характер» клопа, крокодила и человекообразного, генами соответствующих типов. Уже давно не является предметом спора генная предопределенность различных видов слабоумия. Склонность к хрематическим «ценностям» не может быть исключением и, в то же время, не может быть фатальной. Избавление общества от денег избавит его и от финансового бешенства, и перестроит геном.

Материализм исходит из того, что центральная и периферическая нервная система материальна, и именно она порождает все реакции человека на проявления окружающей материальной же среды. В обществе ничего не происходит без участия объективного аппарата высшей нервной деятельности и её субъективных реакций.

Объективно, без участия сознания, природа не способна сделать ничего, похожего, например, на орбитальную станцию «Мир». Точно так, субъективно выработанная стратегия построения общества, способна обставить субъекта с паразитическими наклонностями такими объективными условиями, чтобы у него не возникало ни паразитических, ни агрессивных мотивов.

Прежде чем вывести на арену цирка хищников, дрессировщики кормят их ровно в таком объёме, чтобы они не уснули на арене, но и не рассматривали дрессировщика и зрителей как пищу. Иного подхода хищники не приемлют.ясно, что по иной методике готовят к выступлению на арене, например, лошадей, попугаев, тем более, людей-актёров. По крайней мере, волнистых попугайчиков вообще не нужно стимулировать. Они, глядя на людей, сами не прочь поболтать. Но если проанализировать буржуазную литературу, то выше теории бихевиоризма (стимул-реакция) в ней, пожалуй, ничего иного не найти. И относительно молодая дисциплина, генетическая психология, недалеко ушла от этого подхода. Однако возникновение теорий когнитивности указывает на то, что диаматические истины о том, что идеи материализуются, когда они овладевают массами, постепенно, прямыми и окольными путями проникают в общественное сознание.

Т.е. трансформация геномов происходит не только под воздействием излучений, химических веществ и механических воздействий, но и под влиянием научно-безупречных идей, как и под воздействием либерально-националистической-религиозной чуши. Правда, это не означает, что генные трансформации происходят сразу во время лекции или чтения статьи. Но практика доказала, что, например, реклама, преподносимая определённым образом в течение длительного времени, самым решительным образом сказывается на психике, особенно молодого человека, порождая такой вид психоза, как, например, шопоголия, игромания. Будучи усвоенными, рекламные штампы обуславливают поведение с детства, а поведение, в свою очередь, формируют характер потребления. В дальнейшем, потребление изменяет обмен веществ, что не может не отразиться на клеточном уровне, формируя рефлекс. Рефлекс способен трансформироваться в инстинкт. Например, капиталу выгоденфастфуд. Найдётся ли сегодня теоретик, который бы отрицал, что это не привело к перерождению психики многих людей; это перерождение - в ожирение; а ожирение - в новый тип обмена веществ, например, диабетический, передающийся уже по наследству.

К подобным выводам постепенно склоняется и современная экспериментальная и теоретическая физиология высшей нервной деятельности. В статье Константина Сивкова, опубликованной в октябре 2017 года в газете «Военно-промышленный курьер» №39, отмечалось, что известный нейробиолог из Университета города Осло Гернот Эрнст в ходе своих многолетних исследований доказал, что люди с различными моральными установками приобретают различные морфологические изменения в соответствующих отделах головного мозга. Из этого следует, что либералы, индивидуалисты, живущие по моральной установке - бери от жизни всё, мутируют и физиологически. И наоборот, даже, в условиях капитализма, физиологические особенности в соответствующих отделах головного мозга способствуют формированию из одних индивидов, преимущественно, эгоистов, из других - альтруистов. А по мере реализации эгоистических и альтруистических наклонностей, отделы головного мозга претерпевают ещё большие изменения. Не случайно, что «лас-вегаский» стрелок, игроман и развратник, убивший 59 и ранивший 500 человек в октябре 2017 года - прямой потомок широко известного в США крупного банковского грабителя.

Таким образом, и паразитизм, и альтруизм в психике, как и мудрость, и глупость, имеют и материально-социальную предпосылку, и клеточно-молекулярную мутацию, и вербальную обусловленность. Маркс писал, что идеи имеют такую власть над человеком, что эти «цепи-идеи» невозможно разорвать, не разорвав своё сердце.

Редчайшие попытки отдельных мыслителей древности сформулировать принципы более человеческих отношений между людьми с неравными физическими и умственными задатками, с разными темпераментами и характерами в классовом обществе, не получали признания, развития и распространения, не только в результате силовой политики господствующего класса, но, прежде всего, по причине массовой письменной неграмотности наибольшей части отряда прямоходящих млекопитающих, как писал Аристотель, якобы, по природе своей, пригодных лишь для роли рабов. Какой бы тяжелой и унизительной не была бы доля раба, долгие века в его сознании, как ни странно, ютилась, преимущественно, покорность, достигшая своего апогея при феодализме, позволившая поэту написать: «Чем тяжелей наказание, тем им милей господа». Например, в Индии каста неприкасаемых веками не создавала никаких неудобств другим кастам. На таком же положении находились веками баракумины и айны в японии. Фактически, два недавних века африканские рабы не создавали проблем для своих рабовладельцев в обеих Америках. А вот, генотип индейцев не позволили им опуститься до рабской психики. Строго говоря, сделать из них рабов не смогли ни голландские, ни французские, ни даже английские колонизаторы.

Таким образом, существует комплекс объективных, и, порожденный ими, комплекс субъективных факторов, провоцирующих индивидов, одних на роль эксплуататора себе подобных с постоянно нарастающей степенью холодного зверства, а других на холопство. Но, пока, очень редко, кто из современных марксистов вспоминает об исследованиях Льюиса Моргана, в том числе, и по проблемам людоедства, и выводах, сделанных Энгельсом на основе открытий Моргана. Поэтому в ряде случаев у либеральных, националистических и клерикальных идеологов остаётся пространство для попыток представить современных потомков людоедов - добродеями.

Мало сказать, что обществоведческое невежество большинства провоцирует меньшинство на эксплуатацию большинства. Основоположники марксизма стройно и последовательно доказали, какие объективные экономические предпосылки, и субъективное невежество в каких вопросах, обрекают одного простого смертного думать о себе как о фараоне, басилевсе, императоре, царе, князе, бизнесмене, а другого искренне относиться к себе, как к холопу.

Тем не менее, даже, не имея научного ответа на этот вопрос, эксплуатируемые массы, видя идиотизм самого факта тирании меньшинства над явным большинством, периодически восставали против этой ненормальности и, от формации к формации несколько ограничивали возможности своих тиранов распоряжаться самой жизнью эксплуатируемых, однако, не видя путей полного избавления себя от эксплуатации. Подобная историческая практика относительного сокращения тиранических возможностей паразитирующего меньшинства позволяет утверждать, что юридическая свобода пролетариев, по логике истории, должна, в конце концов, быть заменена ФАКТИЧЕСКОЙ, полной НЕЗАВИСИМОСТЬё каждой личности от самодурства любого другого физического лица.

Как известно, Маркс называл лишь полный коммунизм - началом истории человечества, а все предыдущие формации, особенно эксплуататорские - предысторией человечества. И, действительно, абсолютно ненаучно называть историей человечества тот период общественного бытия, когда отношения между людьми и по своей форме, и по сущности являлись ярким проявлением атавизма и все научно-технические достижения человечества, прежде всего, ставились на службу взаимного истребления и закабаления.

Коммунизм, аскетизм и потреблятство

По мнению многих граждан развитых цивилизованных стран, современные племена, ведущие образ жизни первобытного коммунизма влачат относительно аскетичное существование именно потому, что в их среде нет хозяев и, в силу этого, они не смогли достичь тех уровней урбанизации, научно-технического прогресса, роскоши, которые достигли этносы, руководимые фараонами, латифундистами, мандаринами, ханами, олигархами, т.е. не смогли настроить египетских пирамид, циклопических арен для боёв гладиаторов, а так же Великой китайской стены крайне «необходимой в хозяйстве», Бастилии, храма Василия Блаженного, «Крестов», создать оружие массового уничтожения людей.

Есть люди, которые до сих пор считают, что все римляне жили, почти, так же развратно, как патриции, а пролетарии Италии - существенно комфортнее, чем племена «на краю Ойкумены», которых, к их счастью, не коснулись греческая демократия и римское право. Многие не понимают, что суды, кандалы, плётки, колодки, децимации, тюрьмы и другие изобретения права и демократии являются средствами для удержания подавляющего большинства населения всех цивилизованных стран и их колоний именно в пределах категорического, желательно, вечного аскетизма.

Есть немало свидетельств тому, что большая часть населения США в период Великой депрессии жила несравненно унизительнее и аскетичнее (как свободные собаки, выброшенные на улицу хозяевами), чем кулаки в СССР, выселенные в Сибирь. Иначе, чем объяснить массовое участие западных инженерных кадров в состоявшейся первой советской пятилетке индустриализации, сыгравших заметную роль в её выполнении за три года, и героизм сибирских дивизий при наступлении под Москвой в декабре 1941 года??? Только тем, что спецпереселенцам и западным специалистам в СССР было в те годы много комфортнее, чем в США, а тем более, в поверженной веймарской Германии, точно так, как многим гастарбайтерам, утверждающих при опросах, что на Родине их ждёт только голодная смерть и ещё большие унижения.

Иной вопрос, что единственным мотивом большинства иностранных пролетариев умственного и физического труда в создании заводов на территории СССР была вполне приемлемая зарплата, т.е. деньги, поэтому можно быть уверенным, что значительная часть западных специалистов была с «двойным дном», т.е. и с «серой» зарплатой от секретных служб своих стран. Только предельно наивный человек может сомневаться в бесцеремонности разведок империалистических стран, которые «не додумались» бы использовать смертельно затруднительное положение своих специалистов и не принудили бы их подписаться на шпионаж и вредительство в СССР за дополнительную оплату.

Ничем иным невозможно объяснить типично высокую ТРУДОГОЛИЮ, ИНТЕНСИВНОСТЬ и ДИСЦИПЛИНУ труда в капиталистических странах, кроме как вопиющим аскетизмом миллионов безработных и гастарбайтеров, жизнью отверженных в «гарлемах», «фавелах» и «детройтах» развитых капиталистических стран. Читайте Ге Мало, Диккенса, Драйзера, Короленко, Горького, Джека Лондона, если не хватает трудов Маркса.

Что же касается аскетизма и «отсталости» современных первобытных племён в вопросах цивилизованных форм «комфорта», можно сказать: слава объективной реальности, что за тысячи лет своего существования все поколения современных индейцев бразильской сельвы не потратили ни секунды, ни единой калории, ни одной нервной клетки, ни на один из этих грандиозных памятников массовой тупости: т.е., не участвовали в строительстве пирамид, храмов, в мировых войнах, в которых МИЛЛИОНЫ, угодивших в капкан цивилизации на базе частной собственности, выступили в роли молодого, отлично обманутого пушечного мяса, как правило, идущего служить в империалистические армии именно под давлением аскетизма, иначе говоря, страха перед голодной смертью на Родине. Особенно много такого «мяса» было воспитано голодом именно на цивилизованном кроволюбивом Западе.

Но речь, в данном случае, ведётся не в оправдание лени, обломовщины, а о том, что гигантское количество сил и энергии людей в цивилизованном обществе, основанном на частной собственности, ВСЕГДА бездарно расходовалось на совершенно идиотские, человекоубойные проекты, на удовлетворение самых больных потребностей узкой прослойки хозяев. Марксистская теория доказала, что только коммунизм избавляет общество от бессмысленного растранжиривания человеческой, единожды данной жизни.

Как бы высока не была интенсивность и производительность труда пролетариев умственного и физического труда при капитализме, этот строй существует до тех пор, пока потребление благ основной массой населения не выходит за рамки аскетического объёма и качества, позволяющего народу осуществлять лишь ПРОСТОЕ воспроизводство своей наёмной рабской силы, но при решительном замораживании его умственного развития. В интеллектуальном отношении основная масса пролетариев - аскеты поневоле. Сегодня капитализм развитых стран делает ставку на гастарбайтеров, как на самых аскетичных обладателей товара «рабочая сила» в её мускульном варианте. В этом одна из стратегических причин массового завоза дешевейшей рабочей силы в Европу. Причем, это не афроамериканские рабы, а сознательные наёмные рабы, которые долгое время готовы сами зарабатывать на жизнь самым изнурительным образом. Если бы зарплата гастарбайтеров превышала аскетический минимум, многие из них осуществили бы накопление излишков и сами перешли бы в ряды буржуазии, включаясь в конкурентную борьбу со своим бывшим хозяином с азартом начинающего игромана. В этом случае, люди поменяются местами в системе общественных отношений, но ни на грамм не изменится суть этих отношений между хозяином и наёмным домашним животным.

С точки зрения потребности человечества в прогрессе, было бы недурно, если бы темпы роста качеств личности напрямую зависели бы от количества потребляемых материальных благ, от дороговизны продуктов, пропущенных через желудочно-кишечный тракт потребителя. Поел супчик из ласточкиных гнёзд или ложечку мозгов из черепной коробки живой обезьяны и... сразу поумнел. Но нет никаких признаков того, что в странах с большим размером ВВП, т.е. в «богатых странах», качество развития населения пропорционально выше, чем в странах с меньшим ВВП на душу населения.

«Утечка мозгов» из Индии, Пакистана, например в США, доказывает, что собственная система подготовки кадров в США ничуть не превосходит индийскую или пакистанскую. Страны с олигархами, объявившие себя наиболее цивилизованными и успешными по критерию ВВП, характеризуются лишь более динамичным ростом ВИЧ-инфицированности людей, ростом наркомании, диабета, ишемических и раковых заболеваний, алкоголизма, преступности, вплоть до терроризма и других видов психопатий. Да и в демократической РФ, по мере движения к американским стандартам потребления образовательных услуг, т.е. обучения детей и молодёжи без воспитания, вполне закономерно учащаются случаи расстрела учеников и учителей в школах. Америку, конечно, пока, не догнали, но разговоры о продаже оружия нарастают.

Опыт цивилизованного мира показывает, что НЕТ никакой прямо пропорциональной зависимости между объёмом, тем более, калорийностью личного материального потребления истеблишмента и темпами роста прогрессивности его, например, интеллектуальных, художественных или спортивных достижений. Судя по исследованиям биографий, например, Ньютона, Шекспира, Пушкина, Толстого, Тернера, Ван Гога, Репина, Фарадея, Маркса, Сталина эти лица уступали по количеству съеденного и выпитого, например, Александру III, Черчиллю, Герингу, Ельцину, Гайдару... А какое разительное отличие между интеллектуальным наследием этих двух групп людей! Вряд ли, западноевропейцы и американцы, достигшие 200 и более килограммов живого веса, достойны подражания большего, чем Лермонтов, Некрасов или Ленин. Даже будучи урождёнными дворянами, названные люди не стали игроманами, алкоголиками, наркоманами, обжорами, фанатами своих банковских счетов и других типичных животных потребностей, рожденных цивилизацией частной собственности.

Симптоматично, что в сообщениях СМИ, например, о смерти А.Носика, ярого антикоммуниста и, следовательно, последовательного сторонника феодально-буржуазных ценностей, сказано, что причиной его смерти было «неправильное питание И нездоровый образ жизни». Можно подумать, что неправильное питание - это противоположность нездоровому образу жизни, а вот, у гастарбайтеров в РФ, «благодаря борьбе» таких, как Немцов, Навальный, Носик, и питание правильное, и образ жизни (в строительных «вагончиках» и бытовках) - изумительный. Строго говоря, Носик, как и Немцов, свою единственную жизнь посвятил борьбе за право вести именно нездоровый образ жизни, чтобы погибнуть от мерзостей своего выбора, вместо того, чтобы развить в себе здоровые потребности созидателей, жить долго и счастливо. Видимо, они так поняли сказки старухи Изергиль: «Лучше прожить тридцать лет пьяным, чем триста лет умным».

В часы, когда писались эти строки, интернет сообщил, что Носик скончался тогда, когда решил отказаться от «нездорового образа жизни», т.е., несколько дней подряд вёл аскетический образ жизни, не пил. А почему он так много пил? Здесь нужно понять проблемы человека, согласившегося за приличное вознаграждение обливать помоями историю своей Родины, особенно социалистической, так, как это делал и Носик.

Необходимость пить много перед сном возникала у многих предателей, переоценивавших роль денег в своей единственной жизни. Они очень быстро начинали понимать, сколь неэквивалентна их новая зарплата величине предательства. По той же причине относительно рано, по сравнению с Толстым, ушел из жизни, например, отлично материально обеспеченный писатель, В. Аксёнов, хотя, провел много лет на вожделенном Западе, в странах всеобщего изобилия и шикарного потребления, когда макдоналдсами в СССР ещё и не смердело? Объяснение большим мешкам под его глазами можно найти в его же книге: «Десятилетие клеветы». Ведь ему хорошо (по меркам советских бытописателей) платили на Западе, пока, он повествовал об ужасах жизни в СССР так, как того хотели его хозяева. При этом нужно было делать вид, что ты и сам веришь в то, что говоришь. Но СССР рухнул, и Аксёнов стал, практически, не нужен. И лгал Аксёнов так долго, что, вернувшись «с заката» в РФ, он уже умел хорошо пить кальвадос, но разучился писать как художник. Он потерял то, чем обладал, пока был советским писателем и творил с оглядкой на Тургенева, Горького, Ильичёва и Суслова. Живя без партийных поводырей, Аксёнов превратился в поверхностного фактолога, местами в литературного проктолога, протокольным языком фиксировавшего политико-сексуальные аспекты в «Редких землях», а тем более, в «Московской саге». Но Голсуорси из него всё равно не получился. Он утратил то художественное, что присутствует только в душах бессребреников, способных любить и всё человечество, и ближнего своего и не опускающихся до вранья. Его произведения, как и плакаты вечного очернителя СССР, Глазунова, превратились в безжизненные схемы, лишенные именно художественной выразительности, поэтического романтизма.

Но, лежащие на поверхности, факты очевидной растленности большинства представителей рыночной элиты не избавляют науку от необходимости точно установить: в силу каких обстоятельств одни люди выбирают возвышающие формы потребления и потому развиваются в гениев гуманизма, которых не могут забыть даже враги, как, например, Сталина, а другие - завершают свой земной путь и быстро, и гадко, зачастую от пули киллера, подосланного конкурентом, от яда, петли или взрывного устройства от политического оппонента. Почему многие, владеющие миллионными состояниями, не имеющие преград в потреблении деградируют до уровня Каспарова, Ходорковского или Березовского. Кстати, в интернете размещались фотографии рекордно аскетичной могилки Березовского в Англии. Как говорится, за что боролся.

Не будет преувеличением, если сказать, что коммунистические и антикоммунистические формы потребления соотносятся как, например, развивающие личность симфонии Бетховена, Чайковского, Свиридова после 18.00. со звуками отбойного молотка за окном после 24.00. Наиболее «золотая молодёжь» устанавливает в салонах своих «тачек» звуковые колонки, превосходящие по децибелам любой отбойный молоток. Как говорится, о музыкальности слуха не спорят. «Мажоры» выделяются только тем, чем могут, т.е. шумом своих «тачек» за папины деньги. Уже в школе каждый мажор знает кое-что о власти денег, но не знает ни «вкуса» минимальной зарплаты, ни «вкуса» полугодовой её невыдачи.

Музыка как элемент культуры, особенно классическая, является хорошей иллюстрацией сущности и проблем потребления, поскольку многим кажется, что в вопросах потребления - все потребители гении выбора. Но на примере условий, приведших к возникновению классической музыки, можно увидеть, что её появление обусловлено не волей потребителя, а прогрессом во многих областях человеческого бытия. Классическая музыка не могла появиться раньше бумаги, раньше нотной грамоты, раньше появления многих музыкальных инструментов, художественной литературы, теории гармоники, раньше зачатков научной акустики, свободного времени у больших масс материально обеспеченных людей, сделавших симфоническую музыку спасением от непреодолимой тоски и относительно доходным ремеслом для композиторов и исполнителей. Только вобрав в себя все достижения этих областей материальной и духовной культуры, исторической науки, мифологии, религии, композиторы приобрели необходимый набор условий для создания своих произведений.

Но это не означает, что, будучи созданным, продукт предельно развитого музыкального творчества может быть потреблён любым и каждым, а тем более, усвоен умом, в котором «оперативная» память и «жесткий диск» еще не заполнен соответствующими «программами».

История не знает случая, чтобы футбольные фанаты после матча шли послушать симфонии Шнитке. Узкие «фильеры» социального опыта и уровня образованности подростка не могут соответствовать «размерам», содержанию, драматургии музыкальных фраз, рождённых переживаниями, ассоциациями, жизненным опытом классиков. Большинство подростков воспринимают музыкальную классику как усыпляющий шум. В данном случае речь о музыке ведётся лишь как об одном из примеров индикации интеллектуальной зрелости личности, её способности воспринимать, т.е. «потреблять» сложные, предельно высокие продукты развития общественного сознания в любой области. Уши - это локаторы, воспринимающие все колебания звуковых частот, но только развитый мозг способен расставить по местам классическую симфоническую музыку и рэп.

Но ещё трагичнее эти социально-возрастные и образовательные ограничители качества потребления проявляют себя при столкновении подростка с единственной научной литературой об обществе, т.е. с марксизмом.

Уже сформулированы многие мировоззренческие истины и законы. Тома, содержащие эти истины, открыты, но фильеры ЕГЭ, современной узкой дипломированности, отсекли эти знания от потребителей, и не только потому, что националисты всех наций СНГ, клерикалы и либералы уничтожили множество библиотек на территории бывшего СССР, а в современных СМИ и ВУЗах господствует трусливая самоцензура безжалостно сокращаемой оппортунистической и даже коллаборационистской профессуры, но и потому, что современные образовательные технологии натаскивают индивида лишь на ближайший, примитивный круг его первичных технических функций. Огромные толпы, пикеты, демонстрации дипломированных, но обманутых вкладчиков, пайщиков, дольщиков, жертв пирамид, кинутых туристов доказывают полную свою инфантильность в вопросах мировоззрения и широкого круга общественной практики.

Казалось бы, что страшного в том, что миллиарды субъектов способны переварить любое копченое ГМО под видом салями из сои на пальмовом масле, но не способны потребить «Науку логики» Гегеля и четыре тома «Капитала» Маркса? Но достаточно вспомнить, что натворили в истории, например, Рокфеллер, Ротшильд, Муссолини, Гитлер, Гимлер, Геббельс, Хрущёв, Солженицын, Горбачёв, Ельцин, Гайдар, Чубайс... чтобы оценить разрушительную силу антимарксизма, как и недомарксизма. Непонимание марксизма рождало самых услужливых дураков за последние сто лет. Но только совершив реальное преступление перед всем человечеством, например, изготовив атомную бомбу и вручив её в руки американских маньяков, ничем не уступающих гитлеровцам, Эйнштейн, Оппенгеймер, Сахаров сделали вид, что осознали меру своей узкопрофессиональной недалёкости, но не надолго. Ведь предстояла технически интересная и хорошо оплачиваемая работа по созданию водородной, нейтронной бомб, по развалу СССР.

Именно в этом смысле необходимо понимать знаменитую формулу, выведенную марксистами в эпоху отсутствия у человечества научного уровня сознания: общественное бытие определяет сознание. Там и тогда, где и когда научные знания об обществе ещё не выработаны или выработаны, но не усвоены, господствующее мировоззрение человечества определяется стихийным общественным бытием, законами джунглей, зафиксированных в римском праве, и потому лишь немногим отличается по содержанию от инстинктов животных. В этих условиях решения принимаются или, как бог на душу положит, или демократически, по большинству, но именно поэтому большую часть истории в обществе бушевали бессмысленные, беспощадные, безрезультатные... «тахриры» и «майданы».

При господстве массового либерального, клерикального, националистического невежества, опыт является не критерием истинности мышления, а подтверждением ошибочности принятых решений без какой-либо гарантии выйти на адекватное решение. До Октябрьской революции массам и вождям иногда случайно удавалось выбрать из худших решений лучшее, но никогда не удавалось выработать решение единственно верное, тем более цепи стратегически верных решений на долгие годы, как это было свойственно Ленину и Сталину. Образно говоря, дураки безуспешно учились на ошибках других дураков до самой своей безвременной кончины, как это случилось, например, у Геббельса, Старовойтовой, Немцова, Носика...

Таким образом, грамотные, конструктивные ПОТРЕБНОСТИ собственно человеческого, т.е. стратегического характера, вообще не могут возникнуть в безграмотном или узко натасканном уме. Каких положительных результатов можно ожидать от процесса потребления чего бы то ни было, если потребности порождены лишь инстинктами и рефлексами. Что можно извлечь из наследия Солженицына, кроме ненависти, лжи и предложений вернуться во времена «земств». В мемуарах Хрущева невозможно обнаружить ничего, что указывало бы на его знакомство с «Капиталом» Маркса. Нет ни одного свидетельства, что у Ельцина была потребность овладения информатикой выше потребности в алкоголе или еде. На доведение сознания субъекта до уровня усвоения высших достижений переживаемой ими эпохи, необходимы, к сожалению, годы (при самом благоприятном стечении внешних обстоятельств и при высоком личном трудолюбии).

Даже, для передач Галкина не удалось найти детей, которые к семи годам освоили бы тензорные уравнения и творчески применяли их для развития теории Эйнштейна или овладели диалектикой, хотя бы в исполнении Гегеля. Психика детей, модель, довольно близкая к психике тех взрослых, сознание которых не содержит информации о законах развития общества, т.е. подобна сознанию первобытных людей, исключающему само желание потребить то, о существовании чего детский ум ещё не догадывается, хотя, эти предметы существуют и сведения о них уже содержатся в научных энциклопедиях. Потому Галкин так искренне восторгается всему, чему его учат дошколята из передачи «Ты самый лучший».

Чтобы, например, диалектика Гегеля превратилась в предмет вожделения, необходимо успешно освоить, хотя бы, школьный курс наук. У подростка, застывшего в своём развитии на уровне «качка», и в зрелые годы потребности не выйдут за рамки его костно-мышечной системы, т.е. запросов мозжечка и желудка. Он, конечно, не желает быть аскетом. Но он объективно аскет, поскольку не видит богатства во всём богатстве, которое выработало человечество. Слепые люди - аскеты поневоле на цвет, свет, живопись, т.е. на красоту. Глухие - аскеты на всю звуковую палитру. Умственно неразвитый человек - аскет на всё человеческое.

Со времён царизма во многих семьях в России детей воспитывают в строгом уважении, прежде всего, к еде: «Когда я ем, я глух и нем». Когда либерал произносит: «Не хлебом единым живёт человек», он имеет ввиду, ещё и сливочное масло, черную икру, пармезан, севрюгу под хреном, гусиную печень, трюфели, обязательно виски, текилу, абсент... Только от людей либеральной ориентации и образованности, т.е. от антикоммунистов можно услыхать категорически первобытное: «Мы то, что мы едим».

Действительно, как иначе объяснить, что огромное количество «финансовозрелых» субъектов, находясь за рулём своих майбахов и бентли, называют друг друга баранами, свиньями, коровами, скотинами или тупыми гениталиями? Это, без всяких шуток, можно объяснить только тем, что, в системе их потребления главным компонентом является жареное, пареное, вареное мясо мелкого и крупного рогатого скота, «секас» и ни грамма «Анти-Дюринга».

Марксизм, в отличие от либерализма, руководствуется истиной, что Человек далеко не только то, что он съел. Для окончательного преодоления животных начал в психике человека, марксистско-ленинская теория и требует от претендента на звание Человека и коммуниста не только потребления здоровой пищи в разумных пределах, но и усвоения всех тех интеллектуальных БОГАТСТВ, которые выработаны человечествомза всю историю его существования. Короче говоря, если антикоммунисты - это то, что они едят, и с этим не поспоришь, то коммунисты это те, кто, наряду со здоровым питанием, УСВОИЛИ ВСЁ интеллектуальное БОГАТСТВО, которое выработало человечество.

Поэтому, человеку, вступающему в компартию, следует самому, сначала, задать себе вопрос о том, насколько он свободен от потреблятства, т.е. от продажности ради материальных, а тем более, финансовых ИЗЛИШЕСТВ. Индивиду, ещё не избавившемуся от детского истерического «хочу-у-у-у-у», от «шопоголии», научное мировоззрение ещё не присуще, а партбилет в сумке может таскать и кенгуру.

Иными словами, между материальными и интеллектуальными потребностями индивида существует подвижная граница: чем больше по времени сознание занято проблемой личного материального потребления, особенно питания, тем меньше времени жизни остаётся у него на духовную, тем более, научную работу мысли. А поскольку во всех странах с рыночной экономикой очень остро стоит вопрос борьбы успешной части населения против собственного ожирения, несварения и диабета, то само собой ясно, как мало у них остаётся времени на вечное и доброе. Посмотрите, что творится с толпами на Западе в дни распродаж или презентаций, перерастающих в массовые погромы. Глядя на этот агрессивный идиотизм, трудно отделаться от мысли, что европейцы произошли от пираньи, а не от обезьяны.

Широко известен «фотошоп», якобы, снимка из космоса, Ю.Кореи и КНДР, в качестве доказательства превосходства системы потребления электричества при рыночной экономике над социалистической. Но истории неведом случай, когда бы в крупных городах развитых капиталистических стран, особенно в США, если случались перебои с подачей электроэнергии, чтобы это не сопровождалось массовым разгромом магазинов и банкоматов не только ночью, но и днём, поскольку отключалась охранная сигнализация. Но это нужно видеть. В часы, когда пишутся эти строки, над территорией США свирепствуют тайфуны и... по свидетельству Евроньюс, шайки мародёров. Они удовлетворяют свои потребности в соответствии с американской мечтой. По очень многим, чисто коммунистическим причинам, если в КНДР отключат электричество для решения какой-либо общей, третьей задачи, то самые маститые американские аналитики не смогут предсказать в Пхеньяне массовых погромов. А вот за Париж или, тем более, Лондон - никто не поручится.

Однако критика потреблятства не означает, что коммунизм как-то связан с аскетизмом или с казарменностью, изобретённой, как раз, классовым обществом, а не большевиками. Ничто человеческое марксисту не чуждо. Коммунизм, поскольку он базируется на мобилизации достижений ВСЕХ наук, выработанных человечеством ради повышения производительности ВСЕХ видов труда, следовательно, сокращения обязательного рабочего времени, увеличения свободного времени, качества и объемов производства, постольку коммунизм, уже на стадии производства, обеспечивает ГАРАНТИЮ, с одной стороны, удовлетворения всех научно оправданных потребностей общества, а с другой стороны, научно ГАРАНТИРУЕТ каждому индивиду защиту от форм и объемов потребления, разлагающих личность и грозящих всему человечеству вымиранием, как это происходит сегодня. Маме при коммунизме не нужно будет думать о том, что её ребёнок найдёт на улице... пистолет и пойдёт «пугать» сверстников в школе, что он где-то купит бутылку водки или «дозу».

При коммунизме будут ликвидированы все современные виды производства оружия, прежде всего, массового поражения, а производство спирта и наркотиков будет осуществляться только в пределах потребностей лечебных заведений. У человечества не будет повода, чтобы... «сколько раз увидел, столько раз и убил», как это было недавно в Лас-Вегасе, чтобы «читать стихи проституткам» и «с бандюгами «жарить» спирт». Капитализм использует стресс, как важное мотивирующее средство к труду на хозяина. Коммунизм, ликвидируя фигуру хозяина над человеком, делает невозможным наступление черного дня в жизни человека по воли субъекта, и человек освобождается от необходимости каждый вечер снимать с себя стресс алкоголем или наркотиками.

Коммунистическая теория рассматривает процессы производства и потребления как тождественные противоположности. Производство чего бы то ни было - ПОТРЕБИТЕЛЬНО, если в наличии имеется то, что необходимо и можно потребить в ходе производства. Потребление - ПРОИЗВОДИТЕЛЬНО, если потребляемое не содержит в себе заведомо разрушительных компонентов. Не стоит, например, строить дом из тротиловых шашек или пить метиловый спирт, какой бы низкой не была его цена.

Производя, например, чугун, мы потребляем, как минимум, руду и уголь определённого сорта, а равно, только потребляя уголь определённого сорта и руду, мы можем произвести чугун, если знаем, как это делается. Потребляя биологически оправданную пищу, мы воспроизводим физиологическую субстанцию прямоходящего двуногого млекопитающего, а потребляя, к тому же, например, и стихи Маяковского, каждый индивид воспроизводит себя в качестве Человека.ясно, если не производить пищу, одежду и жилища, то нечего будет потреблять, и тогда некому будет читать стихи Маяковского, чтобы стать Человеком. Иначе говоря, существует достаточный, т.е. биологический уровень и формы потребления для воспроизводства биологической оболочки индивида, и необходимая структура потребления для расширенного воспроизводства личности Человека, которую можно воспроизвести, лишь предоставив личности всю необходимую номенклатуру предметов материального и духовного потребления, создаваемых производительными силами всего общества. В этом смысле и нужно понимать тезис Маркса о превращении науки в непосредственную производительную силу общества. Ничто не делает личность такой свободной, как подлинная и всесторонняя образованность, как умственное превосходство над бывшим хозяином.

Поэтому теория коммунизма никогда не рассматривала потребление как самостоятельную обособленную ценность. Пушкин обессмертил своё имя не тем, что зубрил стихи Державина, а тем, что создавал их много искуснее Державина.

В теории коммунизма (как знак сложения в алгебре не ставится в начале уравнения) рассуждения о потреблении не выносились в начало манифеста потому, что потребление в марксизме считается аксиоматичным, само собой разумеющимся, простейшим, а порой и тупейшим актом жизнедеятельности, если налажено производство предметов потребления. Если нет производства во всех его необходимых культурных, номенклатурных и объемных аспектах, то потребление или невозможно вообще, или приобретает животные, часто, людоедские формы.

При коммунизме производство не самоцель. Объективно, момент производства и потребления - есть диаматически понимаемое единство процессов производства средств производства ради производства предметов непосредственного развивающего потребления. Капитализм не сможет существовать, если рядом с потребительными излишествами членов олигархических кланов не будет АСКЕТИЧЕСКОГО потребления МИЛЛИАРДНОЙ армией наёмных работников, особенно гастарбайтеров всех наций.

Общественное производство, с научной точки зрения, бессмысленно, если оно не организовано с учётом объёма и номенклатуры потребностей всего общества, если произведённое не обеспечивает удовлетворения ВСЕХ НАУЧНО ОБОСНОВАННЫХ потребностей КАЖДОГО индивида как элемента общества на всех стадиях его поэтапного социогенеза.

Гипертрофия физиологически порожденных потребностей, всегда является следствием нарастающей атрофии интеллектуального потенциала общества, а, следовательно, и личности. Особенно ясно эта зависимость просматривается на примере роста алкоголизма, наркомании, обжорства, игромании и шопоголии. Независимо от причин возникновения, атрофия интеллектуальных потребностей ведёт к гипертрофии физиологических похотей, психопатических прихотей, не имеющих созидательного содержания. Например, производство и накопление одного лишь абстрактного труда, т.е. стоимости.

При коммунизме производство не может ставить перед собой, в качестве основной цели, изготовление оружия или выращивание стоимости, что составляет основной смысл и цель производства при капитализме. Без насилия не завоюешь новых рынков, без экстенсивного роста рынков невозможно накопление стоимости в темпе, соответствующем империалистическим аппетитам. Теория и практика капитализма вращается вокруг производства СТОИМОСТИ, в особенности, прибавочной СТОИМОСТИ.

Теория И ПРАКТИКА коммунизма вращается вокруг вопросов расширенного воспроизводства самого ОБЩЕСТВА, главной потребностью которого является ПРОИЗВОДСТВО индивидов, потребностью которых, в свою очередь, является строительство справедливого во всех отношениях ОБЩЕСТВА. Отсутствие же научного уровня сознания в первобытном обществе и предопределило невозможность формирования индивидов, научно осознающих условия, при которых первобытный коммунизм мог бы беспрепятственно развиваться в полный и перманентный коммунизм. Человечество оказалось без вины виноватым и, в силу этого чисто технического исторического факта, ему пришлось расстаться с первобытным коммунизмом ради возвращения в полный коммунизм, но через кровавые уроки рабовладения, феодализма, империализма и первой мировой войны. Наиболее старательными и талантливыми учениками оказались в тот период народы России, образовавшие в своё время СССР. Однако и здесь народам не хватило скорости в качественном усвоения науки о построении ПОЛНОГО коммунизма. Поэтому, под руководством Горбачёва и Ельцина, «дубина народного гнева» вновь победила и... народ получил за это одни лишь... ВАУчеры.

Таким образом, история показала, что коммунизм можно построить и жить в нём, не обладая научными знаниями, но это будет первобытный коммунизм без гарантий выживания и развития общин. Но ныне созрели практически все необходимые предпосылки для реализации модели коммунизма, построенной на основе поголовной грамотности людей, на полном развитии их главных личных задатков.

О том, что, с теоретической точки зрения, при любом уровне развития производительных сил интеллект способен порождать теоретические нормы коммунистической морали, теоретические модели коммунистических производственных отношениях, свидетельствуют культурные памятники различных периодов цивилизации, гениальные догадки отдельных мыслителей. В самый расцвет рабовладения человек оказался способным написать «Атлантиду», труд о совершенном устройстве общества, т.е. частично преодолеть стандарты рабовладельческого, предельно эгоистического мышления. Люди способны сконструировать религиозную картину рая, верно подметив довольно существенную деталь: вечное блаженство и райское отношение между душами в раю возможно потому, что у бессмертных душ за душой нет частной собственности и денег. В период самого разнузданного религиозного мракобесия, феодализма и, набирающего силу, капитализма, мировая мысль рождала и проповеди Яна Гуса, и «Дон Кихота», и «Остров Утопия», и «Город Солнца», и «Новую Утопию» Бекона, и «Эмиля», и «Путешествие из Петербурга в Москву», и «Что делать?» Чернышевского, не говоря уже о «Принципах коммунизма».

Тем не менее, несмотря на эти литературно-философские шедевры и гениальные догадки, общий уровень развития населения мира всё ещё был таковым, что, происходившие социальные революции меняли мелкие детали общественного устройства, а эксплуатация и объёмы паразитического бессмысленного, часто, самоубийственного потребления представителями эксплуататорского класса, их чиновной и идеологической челядью только нарастали.

Иначе говоря, во все эти века, когда мыслители поднимали подобные вопросы, соотношение писателей и читателей не выходило за рамки пропорции: один писатель на сто тысяч, фактически, неграмотных рабов различной холопской мотивации и степени покорности. Поэтому ни одна здравая мысль о коммунистическом устройстве общества долгое время не могла найти путь к сознанию миллионов эксплуатируемых, оставаясь вещью в себе. Ситуация с потреблением интеллектуального богатства, выработанного человечеством, меняется, но очень медленно. Потреблятство по-прежнему готово избавить Землю от человечества.

Октябрь 2017

Окончание следует

Написать
автору письмо
Ещё статьи
этого автора
Ещё статьи
на эту тему
Первая страница
этого выпуска


Поделиться в соцсетях

Рейтинг@Mail.ru Rambler's Top100
№4 (55) 2017
Новости
К читателям
Свежий выпуск
Архив
Библиотека
Музыка
Видео
Ссылки
Контакты
Живой журнал
RSS-лента